Военкоры юнармейского отряда «ФЕНИКС» им. Адмирала П.С. Нахимова «МС ДИНАСТИЯ» МЦ МАОУ СОШ 135 в образовательном путешествии по школьному музею останавливаются у экспозиции «Святые воины и полководцы», «Военно-морской флот»: национальные герои, родная история, культура, великая литература; киноклуб РО РВИО  П.к. Очередной, выпуск  посвящён: Дню МОРСКОГО ФЛОТА РОССИИ.

КЕРЧЕНСКОЕ СРАЖЕНИЕ - ОДНА ИЗ ПЕРВЫХ ПОБЕД РУССКОГО ФЛОТА

19 (8) июля 1790 года — Керченское сражение в ходе русско-турецкой войны 1787-1791 годов. 1790 год. Русская эскадра (10 линейных кораблей и 6 фрегатов, 860 пушек) под флагом контр-адмирала Ф.Ф. Ушакова разгромила турецкий флот (10 линейных кораблей и 8 фрегатов, 1100 пушек) капудан-паши Хусейна. В результате Керченского сражения турецкий план высадки десанта в Крыму был сорван. В ознаменование победы в 1915 году один из эсминцев Черноморского флота был назван "Керчь".

Это была одна из первых крупных побед молодого Черноморского флота, которая оказала значительное влияние на окончательное закрепление Крыма в составе Российской Империи и на становление Севастополя как базы Черноморского флота.

Величие Ушакова проявилось в умении применить основополагающие принципы военного искусства в конкретной боевой обстановке, организовать взаимодействие сил и добиться победы. В этом отношении он был достойным последователем адмирала Г.А. Спиридова — героя Чесменского сражения. Действия Ушакова отличались решительностью и необычайной смелостью. Его флагманский корабль всегда был во главе атаки, поощряя остальных.

Продолжавшаяся более двух лет война с Турцией 1787-1791 годов, несмотря на ряд побед на море и взятие нескольких важных крепостей, не приводила к желаемому миру. При этом политические события к началу 1790 года становились все более угрожающими. Продолжалась война со Швецией. Пруссия подталкивала Польшу объявить войну русским. Находившаяся в союзе с нами Австрия склонялась к миру с Турцией и все больше отходила от России.

Используя благоприятную для себя международную обстановку, Турция планировала в 1790 году активизировать боевые действия и победоносно завершить войну. В качестве главного удара планировался поход 40-тысячного корпуса турецкой армии от Анапы на Кубань. Одновременно, усиленная эскадра турецкого флота с крупным десантом должна была уничтожить русский Черноморский флот, разрушить Севастополь и захватить Крым.

В марте 1790 года командующим Черноморским флотом был назначен Федор Федорович Ушаков. Он решил первым начать боевые действия и не дать туркам подготовиться к рейду на Крым. С этой целью 21 мая его эскадра в составе трех кораблей, 4 фрегатов и 12 крейсерских судов подошла к Синопу. Три дня грохот русских пушек сеял страх, отчаяние и панику среди населения.

Затем Ушаков прошел вдоль восточного побережья Черного моря, обстреливая небольшие турецкие крепости и нарушая торговые перевозки. В последних числах мая он подошел к Анапе и дважды бомбардировал береговые батареи, а через сутки атаковал стоящие вблизи берега военные суда. Эта крепость долгое время была форпостом Турции в борьбе с Россией, более подробно об этом читайте в статье Взятие крепости Анапа. В Севастополь эскадра вернулась 5 июня. В результате этого похода было потоплено 12 и взято в плен 8 турецких транспортных судов с пшеницей. Главным итогом похода стала демонстрация силы и активности русского флота, который посеял панику на всем черноморском побережье Турции.

Турецкий флот был вынужден быстро завершить подготовку и выйти в море. Узнав об этом, Потемкин приказал Ушакову немедленно идти навстречу неприятелю и сражаться. Русский флот вышел в море 2 июля. В его составе было 10 кораблей, 6 фрегатов, 15 малых судов и 2 брандера (860 пушек). Ушаков крейсировал у крымских берегов, а 7 июля встал на якорь у Керченского пролива. Он надеялся перехватить турецкий флот после выхода из Анапы и преградить ему путь в Азовское море и к Крыму.

В 9 часов утра 8 июля показался турецкий флот в составе 10 линейных кораблей, 8 фрегатов и 36 малых судов (1100 пушек). Командовал флотом капудан-паша Хуссейн. При таком превосходстве противника в артиллерии, а также с учетом свежего ветра, правила линейной тактики предписывали принять бой, находясь на якоре. Однако, зная, что турецкий флот не успел хорошо подготовиться к этой кампании, Ушаков решил дать бой под парусами.

Это решение позволяло в полной мере воспользоваться недостатками в подготовке экипажей турецких кораблей. По правилам командующий эскадрой должен находиться в середине строя, а Ушаков возглавил преследование турецкого флота. Были и другие нововведения, которые обеспечили высокую эффективность применения артиллерии, а также сосредоточение превосходящих сил против флагманских кораблей противника.

Наша эскадра снялась с якоря и построилась в линию баталии, имея неприятеля слева. Ушаков держал свой флаг на 84-х пушечном корабле «Рождество Христово» (командир капитан 2 ранга М.М. Ельчанинов) и находился в центре эскадры. Фрегаты заняли свои места в линии между кораблями.

Турецкий флот не только вооружался современными кораблями, превосходившими русские корабли по тактическим свойствам, но и использовал новации, характерные для западноевропейских флотов. Используя наветренное положение и превосходство в артиллерии, турецкая эскадра направила главный удар на русский авангард, намереваясь окружить его и поставить в два огня. Командовавший авангардом бригадир флота капитан Г.К. Голенкин выдержал этот удар. Передовые корабли турок были встречены сильным огнем русских и пришли в замешательство. Хуссейн направил на подкрепление новые корабли.

Стремясь захватить инициативу, Ушаков принял неожиданное решение. Поскольку фрегаты из-за своей слабой артиллерии не могли поражать противника, он приказал им выйти из линии. Благодаря этому корабли центра сократили интервалы и подошли к авангарду. Строй наших кораблей был настолько плотным, что бушприты шедших позади упирались в кормовые надстройки впереди идущих. Таким образом русские получили возможность использовать против атакующих турецких кораблей артиллерию всех своих судов и успешно отразили атаку.

Ближе к 15 часам направление ветра изменилось к норду, наполнив паруса наших кораблей. Ушаков вышел на кратчайшую дистанцию, открыв огонь из всех пушек, и даже из стрелкового оружия, но главное, на такой дистанции можно было эффективно использовать каронады, которые тогда только начинали устанавливать на наши корабли. Одновременно он приказал вышедшим из линии фрегатам атаковать флагманские корабли противника, создавая этим значительное превосходство сил на решающем участке боя. Сосредоточенный и прицельный огонь наших кораблей наносил большие разрушения неприятельскому флоту. Не выдержав такого натиска, турецкая линия распалась. Повернувшие навстречу русским, четыре корабля, включая флагманские, подверглись сильнейшему обстрелу.

Однако капудан-паше удалось восстановить строй и наладить ответный огонь. Разгоревшийся с новой силой бой продолжался более двух часов. Турецкие моряки дрались с фанатизмом, но тут сказалась лучшая подготовка русских бомбардиров, обрушивших всю мощь своей артиллерии на турецкие флагманские корабли. На контр-адмиральском корабле турок два раза возникал пожар. Сбитый артиллерийским огнем вице-адмиральский флаг был захвачен шлюпкой, спущенной с русского корабля «Св. Георгий».

Около 5 часов вечера турецкие корабли стали выходить из боя. Ушаков преследовал их, при этом его флагманский корабль был впереди погони. Однако с наступлением темноты турецким кораблям удалось скрыться. Наши потери составили 29 убитых и 68 раненых. Потери турок были несоизмеримо больше, поскольку на их кораблях находился многочисленный десант.

После боя русский флот встал на якорь близ Феодосии для исправления повреждений, после чего вернулся в Севастополь. За это сражение Ушаков был награжден орденом св. Владимира 2-й степени. В результате Керченского сражения был сорван турецкий план высадки десанта в Крыму, что в значительной мере способствовало нашим победам на сухопутном фронте. Все планы турок на кампанию 1790 года были разрушены. В честь этой крупной победы в 1915 году один из эсминцев Черноморского флота был назван «Керчь».

За две недели до этого на Балтике состоялось Выборгское сражение, которое поставило победную точку в войне со Швецией. Россия значительно укрепила свою безопасность как на юге, так и на Балтийском направлении.

(по материалам Владимира Додонова)

СРАЖЕНИЕ У ФИДОНИСИ (ОСТРОВ ЗМЕИНЫЙ)

14 июля (3 июля) 1788 года — первое морское сражение Русско-турецкой войны 1787—1792 между флотами России и Османской империи, боевое крещение Севастопольской эскадры — боевого ядра Черноморского флота.

14 июля 1788 г. во время русско-турецкой войны 1787-1791 годов русская эскадра из 36 кораблей под командованием контр-адмирала М.И. Войновича у о. Фидонит (Змеиный) вступила в бой с турецким флотом из 49 судов под командованием Хаман-паши. Авангардом русских кораблей командовал Ф.Ф. Ушаков, который применил новый тактический прием - сосредоточенный удар артиллерии по флагманскому кораблю неприятеля. После трехчасового боя турки, несмотря на значительный перевес сил, вынуждены были отступить. Это была первая победа Черноморского флота над превосходящими силами противника, в результате которой турецкая эскадра была вынуждена отказаться от помощи гарнизону осажденной крепости Очаков.

Сражение у Фидониси 3 (14) июля 1788 года — морское сражение русско-турецкой войны 1787—91 годов между бежавшим после разгрома под Очаковым 18 июня остатком эскадры Османской империи и Севастопольской эскадрой уже почти созданного Черноморского флота России. Несмотря на то, что бой у Фидониси не оказал значительного влияния на ход кампании, это была первая победа Севастопольской эскадры над значительно превосходящими силами противника, имевшая большое психологическое значение.

18 (29) июня 1788 года русские войска осадили турецкую крепость Очаков. В тот же день из Севастополя в Очаков вышла русская эскадра под командованием контр-адмирала М. И. Войновича. В состав эскадры вошли два 66-пушечных линейных корабля, два 50-пушечных фрегата, восемь 40-пушечных фрегатов, один 18-пушечный фрегат, 19 мелких парусных судов и три брандера. Главная задача российской эскадры состояла в том, чтобы не дать возможности бежавшей после разгрома под Очаковым 18 июня турецкой эскадре снова вернуться и оказать помощь осажденным в Очакове турецким войскам. Также российская эскадра должна была содействовать русским сухопутным войскам под Очаковым и не подпускать эскадру противника к берегам Крыма.

Из-за встречных ветров русская эскадра к острову Тендра подошла только 29 июня (10 июля) 1788. Обнаруженный здесь скрывавшийся бежавший остаток турецкой эскадры состоял из 15 линейных кораблей (из них пять 80-пушечных), восьми фрегатов, трех бомбардирских кораблей и 21 мелких судов.

Турецкая эскадра, избегая боя, направилась на юго-запад, преследуемая Севастопольской эскадрой.

Встретились эскадры утром 3 (14) июля 1788 недалеко от дельты Дуная у острова Фидониси (Змеиный). Соотношение сил сторон было неблагоприятно для российских сил. Турецкая эскадра имела 1110 орудий против 550 у русской, вес залпа 2,5:1 (благодаря большему калибру орудий турецких линейных кораблей). Соотношение численного состава команд 10 000 человек турецкой эскадры против 4000 — русских экипажей делало неблагоприятным возможный исход абордажной схватки.

Занимая наветренное положение, турецкий флот выстроился в 2 кильватерные колонны и начал спускаться на русскую линию. Первая колонна турок, возглавляемая самим «Эски-Гассаном», атаковала авангард русских под командой бригадира Ф. Ф. Ушакова, более крупная вторая турецкая колонна пошла на кордебаталию и арьергард.

После недолгой перестрелки с двумя русскими кораблями и 50-пушечными фрегатами на дальней дистанции корабль Гассана был вынужден выйти из линии боя, при этом он попытался отрезать два фрегата русского авангарда, но к ним на помощь устремился «Святой Павел» Ушакова. Корабль капудан-паши оказался с одного борта под огнём фрегатов, а с другого — корабля Ушакова. Сосредоточенная стрельба русских судов нанесла турецкому флагману серьёзные повреждения, и Эски-Гассан стал стремительно уходить, чтобы погасить пламя пожара.

Флагманский корабль Войновича «Преображение Господне» вел бой с двумя кораблями турецких вице- и контр-адмиралов. Огонь севастопольского флагмана вызвал пожары на кораблях турок. Сначала им удалось потушить пламя, но после повторных возгораний, они повернули и ушли за линию боя. После этого корабль «Преображение» потопил турецкую шебеку.

У севастопольцев повреждения получили 4 фрегата.

Турецкий флот был вынужден отступить. Задача русского флота по поддержке сухопутных войск под Очаковым (который был взят только 6 (17) декабря 1788 года) фактически была выполнена. Безоговорочное господство турецкого флота на Чёрном море завершилось. Императрица 28 июля восторженно писала Потемкину: «Действие флота Севастопольского меня много обрадовало: почти невероятно, с какою малою силою Бог помогает бить сильные Турецкие вооружения! Скажи, чем мне обрадовать Войновича? Кресты третьего класса к тебе уже посланы, не уделишь ли ему один, либо шпагу?». Граф Войнович получил орден Святого Георгия III степени.

В честь этой морской победы название «Фидониси» получил эскадренный миноносец Черноморского флота, вступивший в строй 25 мая (7 июня) 1917 года.

230 лет назад, 3 июля 1788 года, Севастопольская эскадра разбила турецкий флот в сражении у Фидониси. Это была первая победа молодого Черноморского флота над значительно превосходящими силами противника.

Предыстория

После поражения в войне 1768-1774 гг. и последующей потери Крыма Порта усиленно готовилась к войне с Россией. Турки мечтали о реванше, хотели вернуть Крым и вытеснить Россию из Причерноморья и Кавказа. К войне османов подначивали Франция и Англия. Англичане и французы оказывали сильное давление на Стамбул, призывали «не допустить русского военного флота в Чёрное море». В августе 1787 г. русскому послу в Константинополе был предъявлен ультиматум, в котором турки требовали вернуть Крым и пересмотреть ранее заключенные договоры между Россией и Турцией. Эти наглые требования Петербург отверг. В начале сентября 1787 года турецкие власти без официального объявления войны арестовали русского посла Я. И. Булгакова, а турецкий флот под командованием «Крокодила морских сражений» Гассана-пашы вышел из Босфора в направлении Днепровско-Бугского лимана. Началась новая русско-турецкая война.

Состояние флотов

На суше Османская империя не имела преимущества над русской армией, но на море турки имели подавляющее превосходство. Турецкий флот к 1787 г. имел 29 линейных кораблей, 32 фрегата, 32 корвета, 6 бомбардирских кораблей и значительное число вспомогательных судов. Однако часть сил была в Средиземном море, и часть кораблей была небоеспособна (плохое состояние, нехватка оружия и обученного личного состава). Для действий в Черном море были выделены 19 линейных кораблей, 16 фрегатов, 5 бомбардирских кораблей и большое количество галер и других гребных судов. Турки перед войной постарались улучшить материальное состояние флота. Так, в период Гассана-паши кораблестроение в Турции более строго последовало европейским образцам — корабли и фрегаты строились по лучшим в то время французским и шведским чертежам. Османские линейные корабли были двухдечными и, как правило, относительно более крупными, чем русские соответствующих рангов. Они имели также и более многочисленный экипаж, часто и лучшее вооружение.

Турецкое командование возлагало на свой флот большие надежды, планируя использовать господство на море. Турецкий флот, имея базу в Очакове, должен был блокировать Днепровско-Бугский лиман, а затем с помощью десантов овладеть русской крепостью Кинбурн, нанести удар во верфям в Херсоне и провести операцию по захвату Крыма (турки надеялись на поддержку местных крымских татар).

Россия, присоединив Северное Причерноморье и Крым, начинает активно развивать регион, строить флот, верфи, порты. В 1783 году на берегах Ахтиарской бухты началось строительство города и порта, ставшего главной базой русского флота на Чёрном море. Новый порт назвали Севастополем. Основой для создания нового флота стали корабли Азовской флотилии, построенные на Дону. Вскоре флот стал пополняться кораблями, построенными на верфях Херсона, нового города основанного вблизи устья Днепра. Херсон стал главным кораблестроительным центром на юге империи. В 1784 году в Херсоне был спущен на воду первый линейный корабль Черноморского флота. Также здесь было учреждено Черноморское Адмиралтейство. Петербург пытался ускорить становление Черноморского флота за счёт части Балтийского флота. Однако турки отказались пропустить русские корабли из Средиземного в Чёрное море.

В результате к началу войны военно-морские базы и судостроительная отрасль на Черном море были в процессе создания. Не хватало необходимых запасов и материалов для постройки, вооружения, оснащения и ремонта кораблей. Ощущался недостаток корабельных мастеров, морских офицеров и подготовленных матросов. Черное море было ещё изучено слабо. Русский флот сильно уступал турецкому в числе кораблей: к началу боевых действия Черноморский флот имел всего 4 линейных корабля. По числу корветов, бригов, транспортов и вспомогательных судов, турки имели превосходство примерно в 3-4 раза. Только по фрегатам русский и турецкий флоты были примерно равны. Уступали русские линейные корабли на Черном море и в качественном отношении: в скорости хода, артиллерийском вооружении. Кроме того, русский флот был разделён на две части. Ядро Черноморского флота, в основном большие парусные корабли, базировалось в Севастополе, а гребные суда и небольшая часть парусного флота находилось в Днепровско-Бугском лимане (Лиманская флотилия). Основной задачей флота была задача защиты Черноморского побережья с целью не допустить вторжения вражеского десанта.

Стоит также отметить, что русский флот имел слабое командование. Такие адмиралы, как Н. С. Мордвинов и М. И. Войнович, хотя и имели полную поддержку двора и множество нужных связей для развития карьеры, не были воинами. Эти адмиралы были нерешительны, неумелы и безынициативны, боялись отрытого боя. Они придерживались линейной тактики, считали, что с имеющим видимое превосходство противником нельзя вступать в решительное сражение. То есть полагали, что если у врага больше кораблей, людей и пушек, то вступать в сражение нельзя, так как поражение неизбежно. Русскому флоту повезло, что в это время среди старших офицеров флота оказался решительный и обладающий выдающимися военно-организаторскими способностями Фёдор Федорович Ушаков. Ушаков не имел связей при дворе, не был родовитым аристократом и всего добился своим талантом и упорным трудом, всю свою жизнь посвятив флоту. Главнокомандующий сухопутными и морскими силами на юге империи фельдмаршал князь Г. А. Потёмкин разглядел талант Ушакова и оказывал ему поддержку. В Лиманской же флотилии старшими командирами вовремя назначили храбрых и решительных иностранцев: французского принца К. Нассау-Зигена и американского капитана П. Джонса.

Русский флот, несмотря на свою молодость, и слабость, смог успешно противостоять сильному противнику. В 1787-1788 гг. Лиманская флотилия удачно отбила все вражеские атаки, турецкое командование потеряло много кораблей. Турки не смогли использовать своего превосходства в крупных парусных кораблях с мощным артиллерийским вооружением, так как на Лимане сложилось положение, напоминавшее ситуацию на балтийских шхерах во время Северной войны, когда подвижные гребные суда царя Петра успешно боролись со шведским флотом. В Очаковском морском сражении (7, 17-18 июня 1788 года) турки потерпели жестокое поражение. За два дня сражения («Разгром турецкого флота в Очаковском сражении») турецкий флот лишился 10 (из 16) линейных кораблей и фрегатов, приведенных капудан-пашей в Лиман. Общие потери противника Нассау-Зиген оценивал в 478 орудий и 2000 погибших моряков. Кроме того, 1673 турецких офицеров и матросов попали в плен.

Таким образом, султанский флот потерял десять больших кораблей и сотни моряков. Однако османы ещё сохранили ещё достаточно сил для борьбы на море и преимущество над русским парусным флотом.

Сражение у острова Фидониси

В то время как в Днепровско-Бугском лимане шли яростные бои, Севастопольская эскадра бездействовала, находясь на своей базе. Контр-адмирал Войнович боялся сражения с превосходящими силами противника. Нерешительный адмирал постоянно находил повод не выводить корабли в море. Опоздав с выводом флота в море, осенью он подставил корабли под сильный шторм. Более чем на полгода эскадра ремонтировалась. Лишь весной 1788 г. боеспособность была восстановлена. Войнович снова не торопился с выходом в море. Зная численный состав османского флота Гассан-паши, он боялся встречи с врагом и придумывал различные предлоги, чтобы отложить выход эскадры в море. Только после решительных требований Потёмкина эскадра Войновича вышла в море.

18 июня 1788 года Севастопольский корабельная эскадра в составе двух линейных кораблей, двух 50-пушечных и восьми 40-пушечных фрегатов (552 орудия), одного 18-пушечного фрегата, двадцати малых крейсерских судов и трех брандеров вышла в море. Командующий флотом контр-адмирал Войнович (флаг на 66-пушечном корабле «Преображение Господне») в соответствии с приказом Потемкина направил флот к Очакову для отвлечения от него турецкого флота.

В тот же день командующий турецким флотом капудан-паша Гассан (Хасан-паша) после Очаковского поражения с прорвавшимися из Днепровского лимана кораблями встал на якорь у острова Березань, где проводил ремонт кораблей и вскоре соединился с эскадрой, включавшей наиболее крупные турецкие корабли. Османский флот теперь насчитывал 17 линейных кораблей, в том числе пять 80-пушечных (всего не менее 1120 орудий), 8 фрегатов, 3 бомбардирских корабля, 21 малое крейсерское судно (шебеки, кирлангичи и др.). Таким образом, только главные силы турецкого флота имели двухкратное превосходство в количестве орудий и еще большее превосходство в весе бортового залпа. Семнадцати турецким кораблям Войнович мог противопоставить линию из двенадцати кораблей и фрегатов, из которых только четыре были вооружены орудиями крупных калибров, равноценными орудиям турецких кораблей. Это были 66-пушечные «Преображение Господне» и «Святой Павел», а также 50-пушечные «Андрей Первозванный» и «Георгий Победоносец».

Задержанная ветрами эскадра Войновича только 29 июня, когда армия Потемкина уже подходила к Очакову, достигла острова Тендра, где и обнаружила державшийся к северо-западу от Тендры вражеский флот. Утром 30 июня 1788 года Войнович пошел на сближение с противником, сохранявшим наветренное положение. Учитывая соотношение сил, русский адмирал, в согласии со своим младшим флагманом, командиром авангарда капитаном бригадирского ранга Ушаковым (флаг на 66-пушечном корабле «Св. Павел»), решил ожидать атаки турок в подветренном положении. Это позволяло лучше удерживать плотное построение линии баталии и гарантировало использование артиллерии нижних деков и, следовательно, отчасти компенсировало превосходство противника в артиллерии. Однако Гассан-паша воздержался от атаки. Трое суток флоты маневрировали на виду друг у друга, постепенно смещаясь к юго-западу, к устью Дуная, и удаляясь от Очакова.

К 3 (14) июля оба флота находились против устья Дуная, около острова Фидониси. Гассан-паша, решившись атаковать, на своем флагманском корабле обошел весь флот и дал наставления младшим флагманам и командирам кораблей. После 13 часов османский флот в двух густых колоннах начал спускаться для атаки русского флота. Первую колонну составил авангард под личным командованием капудан-паши (6 кораблей), вторую — кордебаталия (6 кораблей) и арьергард (5 кораблей), соответственно под командованием вице-адмирала и контр-адмирала. Командир русского авангарда Ушаков, считая, что противник пытается атаковать и отрезать арьергард Севастопольской эскадры, приказал передовым фрегатам «Берислав» и «Стрела» прибавить парусов и держать в крутой бейдевинд, чтобы, «выиграв ветр, сделать передовым через контрамарш-поворот и при оном бить неприятеля с ветру».

Оценив эту угрозу, турецкий адмирал с авангардом повернул влево, и вскоре весь турецкий флот начал выстраиваться в линию напротив российского. При этом авангард Ушакова оказался ближе к противнику. Около 14 часов турки открыли огонь и атаковали два сравнительно слабых русских передовых фрегата. Турецкие бомбардирские корабли, находясь по одному за линиями своих авангарда, кордебаталии (средняя колонна) и арьергарда. Поддерживая огонь линейных кораблей, они непрерывно стреляли из тяжелых мортир, но без особого успеха.

Заметив маневр противника, Ушаков на «Павле», атакованном одним 80-пушечным и двумя 60-пушечными кораблями турецкого авангарда, приказал поставить все паруса и вместе с передовыми фрегатами ещё круче привел к ветру, сблизившись с турецким авангардом. При этом русские фрегаты, выходя на ветер и вступив в тяжелый бой на близкой дистанции, начали отрезать два передовых турецких корабля. Один из них сразу повернул оверштаг и вышел из боя, а другой вскоре тоже повторил его маневр, получив несколько брандскугелей и ядер с русских фрегатов. Стремясь вернуть в строй свои корабли, Гассан-паша приказал открыть по ним огонь, но все равно остался один, будучи атакованным двумя русскими фрегатами и подошедшим к ним на помощь 66-пушечным «Святым Павлом» Ушакова, отразившим атаки своих противников. Несмотря на превосходство в весе бортового залпа, флагман Гассан-паши не смог вывести из строя сравнительно слабые русские фрегаты. Турки традиционно били по рангоуту и такелажу, чтобы вывести из строя как можно больше людей (русские канониры предпочитали бить по корпусу), а сам огонь османских канониров был недостаточно меток. Только «Берислав» получил у форштевня большую пробоину от 40-кг каменного ядра.

Сам флагман турецкого флота был тяжело поврежден огнем русских кораблей, стрелявших с дистанции картечного выстрела. Тем временем Войнович оставался пассивным наблюдателем жаркого боя авангардов, не поддержав своего младшего флагмана, хотя и переменил курс, следуя движениям последнего. Восемь кораблей русского центра и арьергарда вели перестрелку с противником на дистанциях 3-4 кабельтова. Пассивность основных сил русской эскадры позволила кораблям турецких вице-адмирала и контр-адмирала выйти из строя и броситься на поддержку своего капудана-паши. При этом турецкий вице-адмиральский корабль дважды загорался от брандскугелей с фрегата «Кинбурн», а затем попал под удар «Св. Павла». Контр-адмиральский корабль противника также не смог эффективно поддерживать Гассана-пашу. Наконец, около 16 часов 55 минут турецкий адмирал, не выдержав сосредоточенного огня русского авангарда, повернул оверштаг и поспешил выйти из боя. За ним поспешно последовали остальные турецкие корабли, и сражение прекратилось.

Итоги

Таким образом, в успешном отражении нападения превосходящих сил османского флота решающую роль сыграли решительные действия Ушакова, которому удалось не только расстроить маневрами замысел Гассана-паши, но и сосредоточить против вражеского флагмана огонь трёх кораблей своего авангарда. Сражаясь на дистанциях картечного выстрела Ушаков не дал противнику использовать преимущество в количестве орудий, и решительно разбил вражеский авангард. Отступление турецкого флагмана привело к отходу всего вражеского флота. Потери турецкого флота в людях точно неизвестны, но все флагманские корабли и несколько кораблей авангарда противника получили серьёзные повреждения корпуса, рангоута, такелажа и парусов. Русский флот потерял всего семь матросов и солдат убитыми и ранеными, из них шестеро приходились на три корабля Ушаковского авангарда – «Святой Павел», «Берислав» и «Кинбурн». На «Стреле» потерь в людях не было. «Павел», «Берислав» и «Стрела» получили некоторые повреждения рангоута, такелажа и парусов. Из других кораблей флота только 40-пушечный фрегат «Фанагория», как и «Берислав», был пробит в подводной части ядром, вызвавшим сильную течь.

После сражения Войнович, опасаясь преследовать противника, продолжал идти к берегам Крыма. Он написал Ушакову: «Поздравляю тебя, бачушка Федор Федорович. Сего числа поступил ты весьма храбро: дал ты капитан-паше порядочный ужин. Мне все видно было. Что нам бог дает вечером?.. Вам скажу после, а наш флотик заслужил чести и устоял противу этакой силы». В последующие трое суток османский флот следовал за русским, но вступить в сражение более не решился. Войнович по-прежнему ожидал атаки в сомкнутой линии и в подветренном положении, надеясь на своего младшего флагмана. 5 июля он писал Ушакову: «Если подойдет к тебе капитан-паша, сожги, бачушка, проклятого... Если будет тихо, посылай ко мне часто свои мнения о том, что предвидишь... На тебя моя надежда, в храбрости нет недостатка». К вечеру 6 июля 1788 года турецкий флот повернул в море, а утром 7 июля скрылся из виду в направлении к берегам Румелии (европейской части Турции).

Войнович не развил успеха и, прибыв в Севастополь, не спешил вновь выйти в море, чтобы вступить в бой с врагом, отговариваясь необходимостью устранения небольших, по существу, повреждений. В то же время Гассан-паша, исправив повреждения, 29 июля вновь подошел к Очакову, откуда удалился к Босфору только 4 ноября 1788 года, узнав о запоздалом выходе в море (2 ноября) Севастопольского флота. Это замедлило осаду Очакова, который взяли только 6 декабря.

В итоге, несмотря на то, что бой у Фидониси не оказал значительного влияния на ход кампании, это была первая победа корабельного Черноморского флота над значительно превосходящими силами противника. Полное господство турецкого флота на Чёрном море осталось в прошлом. Императрица 28 июля восторженно писала Потемкину: «Действие флота Севастопольского меня много обрадовало: почти невероятно, с какою малою силою Бог помогает бить сильные турецкие вооружения! Скажи, чем мне обрадовать Войновича? Кресты третьего класса к тебе уже посланы, не уделишь ли ему один, либо шпагу?» Граф Войнович получил орден Святого Георгия III степени.

Потемкин в ходе последовавшего конфликта Войновича и Ушакова быстро разобрался в сути дела и нашел способ встать на сторону младшего флагмана. Удалив в декабре 1788 года контр-адмирала Мордвинова от должности старшего члена Черноморского адмиралтейского правления (вскоре уволен от службы), Потемкин в январе 1789 года назначил на его место Войновича, который вскоре и уехал в Херсон. Ушаков стал исполнять обязанности командующего Севастопольским корабельным флотом. 27 апреля 1789 года он был произведен в контр-адмиралы, а через год, 14 марта 1790 года, назначен командующим флотом. Под началом Ушакова русский флот решительно бил врага и захватил стратегическую инициативу на море.

ГОГЛАНДСКОЕ СРАЖЕНИЕ

17 (6) июля в ходе русско-шведской войны 1788-1790 годов состоялось Гогландское морское сражение, которое завершилось крупным успехом Российского флота. Планы шведов завоевать господство на Балтике и захватить Петербург были сорваны.

16 июня 1788 года произошел разрыв дипломатических отношений между Россией и Швецией, а 20 июня шведская эскадра герцога Карла Зюдерманландского в составе 15 кораблей, 8 больших фрегатов, 5 малых фрегатов и 3 пакетботов (всего 1336 пушек) уже вошла в Финский залив. Шведы намеривались разбить русский флот, затем высадить 20-тысячный десантный корпус в районе Ораниенбаума и захватить Санкт-Петербург.

26 июня Екатерина II приказала адмиралу С.К. Грейгу вывести русскую эскадру в море для действий против шведского флота после объявления войны. Манифест о начале войны России со Швецией был опубликован 29 июня 1788 года.

Русский Балтийский флот под командованием адмирала С. К. Грейга вышел из Кронштадта 4 июля.

6 июля шведские корабли были обнаружены западнее острова Гогланд. В распоряжении адмирала Грейга в это время находилось 17 кораблей, 8 фрегатов и 8 мелких судов (всего 1220 орудий). По весу залпа шведская эскадра превосходила русскую в 1,5 раза. Шведские корабли были укомплектованы опытными моряками, тогда как на русских кораблях около половины экипажей составляли рекруты. Необходимость срочного усиления Балтийского флота кадрами ввиду угрозы со стороны Швеции привела даже к досрочному выпуску гардемарин и распределению их по кораблям эскадры Грейга. Одним из них был будущий известный мореплаватель и адмирал И.Ф. Крузенштерн, начавший свою морскую карьеру на корабле “Мстислав”.

Находясь в наветренном положении, русская эскадра пошла на сближение. В 17 часов корабль авангарда контр-адмирала Т.Г. Козлянинова “Вышеслав” первым из русских кораблей открыл огонь по противнику. Придерживаясь классической тактики линейного боя, постепенно в сражение вступили все линейные корабли с обеих сторон и 7 шведских фрегатов.

Начало боя сложилось неудачно для русской эскадры. Вскоре после вступления в битву головной корабль авангарда 66-пушечный “Болеслав” из-за повреждений развернулся по ветру и, пройдя между обеих линий кораблей, перешел в арьергард. Следующий за ним 74-пушечный “Иоанн Богослов” через полчаса уже имел перебитыми многие снасти и большую подводную пробоину. Его отнесло ветром, и больше он в сражении не участвовал. Большая часть нагрузки легла на флагманский корабль авангарда 74-пушечный “Всеслав”, которому пришлось вести бой с двумя шведскими кораблями. “Всеслав” нанес им значительные повреждения и заставил на буксирах у шлюпок выйти из линии боя, но и сам вынужден был после этого отойти к арьергарду. Рядом со своим флагманом стойко держался “Вышеслав” капитана С. Эльфинстона. Два последних корабля в авангардной линии русской эскадры, 66-пушечные “Дерись” и “Память Евстафия”, из опасения быть поставленными в два огня, не оказав помощи сильно поврежденному, но сражающемуся “Владиславу”, повернули на другой галс, и далее в сражении не участвовали. В этот же день Грейг снял с должностей капитанов этих кораблей, а также капитана “Иоанна Богослова”.

Выход из линии боя 3 кораблей авангарда заставил Грейга 7 своих передовых кораблей поставить под огонь 12 неприятельских. Корабли русской кордебаталии сражались стойко и отчаянно. Был сильно разбит и вышел под ветер флагманский корабль герцога Зюдерманландского. Заслоняя флагмана, его место занял шведский корабль “Ваза”, сразу же понесший сильный урон от русского огня.

В 8 часу вечера шведы стали медленно отходить. Русские корабли последовали за неприятелем. Уже в сумерках флагманский корабль Грейга 100-пушечный “Ростислав” после часовой перестрелки захватил 74-пушечный корабль вице-адмирала графа Вахтмейстера “Принц Густав”. На нем насчитали 150 человек убитыми.

Только с наступлением темноты бой был закончен. В это время сильно поврежденный русский 74-пушечный корабль “Владислав”, имевший на борту 257 человек ранеными и убитыми, был отнесен в середину шведской эскадры, окружен 5 вражескими кораблями и обстрелян. Так как помощи поблизости не было, до берега было далеко, а все шлюпки были разбиты в бою, и спасти команду при затоплении корабля было бы невозможно, то решением офицерского совета “Владислав” был сдан шведам. Узнав о пленении “Владислава”, Грейг поднял сигнал “Гнаться за неприятелем”, но темнота и многочисленные повреждения кораблей не позволили отбить наш корабль.

Во время боя обе стороны понесли значительные потери, а корабли получили серьезные повреждения. На русской эскадре 349 человек были убиты и 664 ранены, все участвовавшие в бою корабли имели по несколько десятков пробоин. Больше всех пострадали флагманский “Ростислав” (121 пробоина) и соседние с ним “Мстислав” (116 пробоин) и “Изяслав” (108 пробоин). Но планы шведов были сорваны, и поле битвы осталось за русским флотом. С рассветом шведские корабли, не возобновляя сражения, ушли к Свеаборгу, где были блокированы 26 июля эскадрой Грейга. При попытке трех шведских кораблей и фрегата, стоявших перед входом на Свеаборгский рейд, укрыться в порту, 64-пушечный корабль “Густав-Адольф” наскочил на мель и вынужден был сдаться. С него было взято в плен 553 шведских моряка. После нескольких безуспешных попыток снять его с камней, он был сожжен русскими моряками.

Обе стороны объявили себя победителями, хотя, по сути, бой закончился вничью. При этом стратегический успех остался на стороне русских, которые завладели инициативой в войне.

За то, что в начале боя самовольно повернули на другой галс, оставили свои места в линии, отошли от неприятеля, не оказали помощи «Владиславу» и больше не вступали в сражение, адмирал С. К. Грейг снял командиров кораблей «Дерись», «Иоанн Богослов», «Память Евстафия» — С. Г. Коковцева, С. А. Вальронта и А. Г. Баранова, отдал под суд и заменил их другими офицерами.

За отличие в Гогландском сражении адмирал Грейг был награждён орденом Св. Андрея Первозванного, контр-адмирал Т. Г. Козлянинов – орденом Св. Георгия III степени, «во уважение отличной храбрости и мужественных подвигов, оказанных 6 июля 1788 года нанесением более других вреда флоту шведского короля» капитаны 1-го ранга Г. И. Муловский и М. К. Макаров были награждены орденами Св. Георгия IV степени, капитан 2-го ранга П. К. Карцов – орденом Св. Владимира IV степени, капитан генерал-майорского ранга Е. С.Одинцов и цейхмейстер флота генерал-майор Гр. Я. Леман - золотыми шпагами с надписью «За храбрость».

Над Средиземным морем
марево, мираж, обманчивая гладь,
и далеко родное Марьино,
а до беды - рукой подать.
 
Но верят все, что доведется нам
пройти с баяном на ремне
проулком, по мосточкам тёсаным,
в лесной озерной стороне.
 
Уже сто дней с волной качаемся,
давно не видя берегов,
авралим, учимся, печалимся
и поминаем всех богов,
 
ночами паримся бессонными
на затаившихся постах
и разговариваем с жёнами
на двадцати пяти листах...
 
А под ногами только палуба -
поката, влажна и крепка,
на ней уснул закат опаловый,
но тишина не спит пока.
 
Не спим и мы, хоть вахта кончена,
и сигареты мнем во рту.
Ракетоносец, словно гончая,
к рассвету гонит темноту.
 
А под ногами только палуба -
частица Родины большой.
Не будет в нашей песне жалобы,
хотя и думаем порой
 
о той березе со слезинками
на бледно-розовой коре,
о речке с желтыми кувшинками
и белой хате на бугре.
 
Сысоев Виктор Васильевич (1924 – 2004).
Капитан 1 ранга

«УРАГАН» В ЗАКРЫТОМ МОРЕ

Советские сторожевики работали за десятерых!

Корабли оригинальной концепции, не имевшие аналогов в других флотах, в отечественном ВМФ в основном поддерживали приморский фланг войск, эскортировали конвои и контролировали оперативный режим в местах дислоцирования боевых кораблей. С относительно небольшой осадкой, хорошей маневренностью и не столь ценные, как эсминцы (учитывалось и это), в начале Великой Отечественной они стали важной составляющей флотских сил.

Сторожевики типа «Ураган», наверное, самые оригинальные. На них исходя из их первоначального предназначения (в соответствии с программой военного судостроения 1926–1931 годов) возлагались задачи, соответствующие классическим эсминцам: эскорт эскадр, дозорная и разведывательная служба, торпедные атаки надводных кораблей, борьба с ПЛ, минные постановки. При этом водоизмещения они были втрое меньшего, нежели единственные в нашем флоте на момент создания данных сторожевиков эсминцы типа «Новик» («Ленин» – на Балтике, «Сталин» – на Тихом океане»). По огневой мощи уступали вдвое, а скорость даже по проекту имели только 26–29 узлов. Да и мореходность оказалась не лучшей стороной – низкий борт и почти прямой форштевень «Ураганов» делали их пригодными для действий на закрытых МТВД, в частности в Финском заливе, Балтийском и Черном морях.

Появление такого проекта объясняется ограниченными возможностями советской промышленности. Из относительно крупных кораблей по упомянутой программе военного судостроения предполагалось построить 12 субмарин и 18 сторожевиков. Однако сдача всей серии затянулась – последние корабли этого типа вошли в состав флота в 1938 году. Первоначально проекту был присвоен номер два, корабелы заложили восемь корпусов: шесть – в Ленинграде, два – в Николаеве для Балтийского и Черноморского флотов соответственно.

На испытаниях первого из кораблей выяснилось, что скоростные характеристики не соответствуют проектным: удалось выжать лишь 25 узлов вместо 29. Собрались было закрыть серию вообще, но началось создание Северного и Тихоокеанского флотов, для них требовались эсминцы, пусть и такие уполовиненные, как «Ураганы». Их дешевизна и относительная простота предопределили развитие событий: сторожевики строили по двум несколько усовершенствованным проектам – 4 и 39. Однако это был все тот же корабль, отличавшийся от первоначального энергетической установкой и более совершенной артиллерией главного калибра. Таким образом, программа строительства была выполнена в полном объеме в трех сериях.

 

Сторожевик – ровня эсминцу!

Первоначально полное водоизмещение составляло 534 тонны. В дальнейшем по мере модернизации, проведенной уже в ходе Великой Отечественной, оно возросло без малого до 640 тонн. Это не замедлило сказаться на скоростных характеристиках – с первоначальных 24–26 узлов максимальная скорость упала до 18–22. Конечно, сказался износ ГЭУ. Дальность плавания даже экономическим ходом составляла около 900 миль, что, однако, оказалось вполне достаточно для закрытых МТВД.

 

“ За три дня сторожевик выпустил почти два боекомплекта снарядов главного калибра. Не всякий крейсер мог похвастаться таким результатом по итогам четырех лет войны ”

Главный калибр сторожевиков первых двух серий был представлен двумя АУ калибра 102 миллиметра без щитового прикрытия, аналогичными установленным на «Новиках». Остальные корабли получили две новейшие АУ Б-24 калибра 100 миллиметров в башенных установках.

102-мм АУ били на дистанцию около 90 кабельтовых (более 16 километров). 100-мм Б-24 имели большую дальность – 126 кабельтовых, превосходя 150-мм АУ германского флота SKC/28 и SKL/45, основной немецкий «миноносный» калибр 128-мм KM 41 и 127-мм SKC/34, все типы 105-мм орудий и т. д. Скорострельность также была внушительная – 12 в минуту. Так что в бою с равноценным по составу артиллерийского вооружения противником наш сторожевик имел существенное преимущество. СУО главного калибра обеспечивала стрельбу по видимым морским и наземным целям.

 

ПВО «Ураганов» соответствовала тому, что имели наши эсминцы: три-четыре 45-мм полуавтоматические АУ и три-четыре крупнокалиберных пулемета ДШК. С учетом значительно меньшего водоизмещения это представлялось более чем достаточным. Однако первые же бои Великой Отечественной показали, что возможности средств ПВО сторожевиков не соответствуют требованиям времени, и было принято решение о замене 45-мм полуавтоматических АУ на три 37-мм автомата 70-К с сохранением трех-четырех крупнокалиберных пулеметов. К 1943 году все «Ураганы» оснастили зенитными автоматическими пушками. Тем самым в этом отношении они сравнялись с эсминцами. Средств централизованного управления огнем зенитной артиллерии сторожевики не имели.

Противолодочное вооружение было, как у «Новиков». Первоначально «Ураганы» имели два бомбосбрасывателя с комплектом 18–20 единиц. При последующих модернизациях, в основном уже в войну, большинство получили по два БМБ-1, а боекомплект глубинных бомб увеличился до 37–54. Подобно эсминцам, к началу войны сторожевики не имели ГАС или иных относительно эффективных средств обнаружения погруженных субмарин. В дальнейшем часть сторожевиков оснастили ГАС «Дракон-128с» или «Ультрафон». Шесть кораблей получили РЛС.

Торпедное вооружение было представлено одним трехтрубным 450-мм ТА. Чтобы одним залпом добиться хотя бы попадания в маневрирующую надводную цель, сторожевику надо было сближаться с ней на довольно близкое расстояние, что оказывалось весьма проблематичным: не хватало скорости да и боевая устойчивость под огнем противника не впечатляла. Поэтому размещение такого торпедного вооружения надо признать не вполне логичным.

 

Заморские аналоги.

В иностранных флотах нашим «Ураганам» могли бы соответствовать германские эскортные корабли типа F. При близком водоизмещении 712–833 тонны они имели две 105-мм АУ и восемь стволов зенитных автоматов – по четыре 37-мм и 20-мм. Торпедных аппаратов там не устанавливалось. В британском флоте наш сторожевик исходя из предназначения можно сопоставлять с различными эскортными кораблями: от шлюпов времен Первой мировой (они оставались в строю всю Вторую мировую) до фрегатов и корветов более поздней постройки. Все они, как и «немец», имели по одной-две АУ калибра 100 миллиметров и до десятка и даже более стволов различных зенитных автоматов от 20 до 40 миллиметров. При этом оснащались ГАС и располагали мощным по тому времени противолодочным вооружением, включавшим бомбометы «Хеджхог» (кстати, использовавшиеся во флотах развитых стран мира до середины 60-х, а где-то и до начала 90-х). То есть корабли по составу средств ПВО и ПЛО были значительно мощнее «Урагана» и, можно считать, вполне соответствовали предназначению. Достаточно напомнить, что нацисты в годы войны потеряли более 700 подводных лодок, и большая часть была уничтожена именно кораблями сопровождения. Тогда как наши сторожевики не потопили ни одной немецкой субмарины.

 

При этом вести бой с надводными силами противника ни нашим, ни иностранным эскортным кораблям в относительно крупных масштабах не пришлось – главными их противниками были авиация и подлодки.

 

Мастера на все руки.

В Великую Отечественную войну «Ураганам» пришлось хорошо поработать. На Северном флоте их было три: «Гроза», «Смерч» и «Ураган». Все они решали главным образом задачи огневой поддержки войск и десанта на берегу. Сторожевики часто были самыми крупными в отрядах корабельной огневой поддержки. О масштабах использования их артиллерии можно судить на примере «Смерча». В июле 1941-го, поддерживая войска 14-й армии Северного фронта в районе губы Западная Лица, моряки выпустили по противнику 9 июля 130 снарядов главного калибра, 11-го – 117, а 12-го – 280. Стоит напомнить, что боекомплект главного калибра составлял всего 300 снарядов. То есть за три дня сторожевик расстрелял почти два боекомплекта. Не всякий эсминец и тем более крейсер мог похвастаться таким результатом даже за всю войну.

Интенсивность использования «Смерча» при поддержке пехоты не снижалась. Другие сторожевики Северного флота отставали ненамного. Однако со стабилизацией линии фронта основной задачей для североморских «Ураганов» стало эскортирование транспортов союзных конвоев на внутренних морских путях. Потерь североморские сторожевики, несмотря на напряженную службу, за годы войны не понесли.

Из семи балтийских «Ураганов» до конца войны уцелели три. Сторожевик «Пурга» потопила авиация, «Буря», «Снег» и «Циклон» погибли на минах. Почти всю кампанию основным предназначением сторожевиков была огневая поддержка войск на приморском направлении, а также борьба с субмаринами в зоне военно-морских баз.

Черноморские «Шквал» и «Шторм» тоже дожили до конца войны. Правда, один из них оказался в ремонте: 11 мая 1944 года попаданием торпеды немецкой подлодки U-9 у корабля была оторвана корма. Его удалось отбуксировать в порт, где он и встретил Победу.

Черноморские «Ураганы» решали широкий спектр задач, порой не вполне соответствовавших предназначению. Помимо сопровождения гражданских судов и транспортов, нанесения артударов по противнику и огневой поддержки десанта на берегу, им пришлось заниматься доставкой войск и различных грузов на изолированные плацдармы, высаживать разведгруппы, участвовать в эвакуации.

На всех флотах одной из важных задач для этих сторожевиков было поддержание благоприятного оперативного режима в районах базирования сил нашего флота. В целом же эти многоцелевые корабли внесли весомый вклад в нашу Победу.

Константин Сивков,

заместитель президента РАРАН по информационной политике, доктор

 военных наук

Опубликовано в выпуске № 27 (740) за 17 июля 2018 года

 

4

 

17 ИЮЛЯ 1962 г. ПЕРВАЯ СОВЕТСКАЯ АТОМНАЯ ПОДВОДНАЯ ЛОДКА «ЛЕНИНСКИЙ КОМСОМОЛ» СТАЛА ПЕРВОЙ В МИРЕ ПОДЛОДКОЙ, ДОСТИГШЕЙ СЕВЕРНОГО ПОЛЮСА В ПОДВОДНОМ ПОЛОЖЕНИИ

 

К-3. Первая атомная подводная лодка

 

https://www.youtube.com/watch?v=gytA7TtLt8w

 

Создание атомного подводного флота шло параллельно с развитием космического комплекса, и потому все «космические» сравнения тут совершенно правомерны. «Попасть в число первых офицеров атомохода было почти также престижно, как несколько лет спустя быть зачисленным в отряд космонавтов», – утверждал второй командир К-3 Лев Жильцов. Именно он получил задачу доказать, что мы способны достичь подо льдами Северный полюс.

 

ДЕНЬ СЛАВЫ

 

К лету 1962 года, когда был совершен поход на «макушку» Земли, К-3 уже не являлась единственной атомной подводной лодкой в советском ВМФ. Под лед могли пойти и другие, более новые корабли, тогда как «тройка» оказалась уже порядком потрепанной – ведь на ней, как на головном образце, отрабатывались предельные режимы работы всех устройств и прежде всего – реактора, парогонераторов, турбин. На парогенераторной системе «буквально не было живого места, – удивлялся потом Жильцов, – сотни отрезанных, переваренных и заглушенных трубок... Удельная радиоактивность первого контура была в тысячи раз выше, чем на серийных лодках. Почему же, зная о почти аварийном состоянии нашей лодки, при решении вопроса государственной важности о походе на полюс, призванном заявить на весь мир о том, что наша страна осуществляет контроль над полярными владениями, остановились все же на К-3? Ответ, может быть, странный для иностранцев, совершенно очевиден для русских. Выбирая между техникой и людьми, у нас всего больше полагались на последних».

Жильцов не сомневался в своих людях, потому и дал согласие выйти на покорение полюса на «честном слове и на одном крыле». А мужества экипажу было не занимать. Когда стало ясно, что моряки энергетических отсеков облучаются в сто раз больше, чем концевых, команда отдаленного от реактора торпедного отсека предложила разделить радиационную опасность поровну – на весь экипаж, то есть перемешивать «фонящий» воздух между отсеками. Предложение приняли. Таким образом все члены экипажа – рулевые, торпедисты, командование и даже корабельный кок – получали равную дозу с управленцами и турбинистами. И только когда по сто доз получал каждый, лодка всплывала и вентилировала отсеки в атмосферу. Так в новых условиях соблюдался старый принцип: нигде нет такого равенства, как на подводной лодке, – либо все побеждают, либо все погибают. Либо все облучаются...

 

«Заяц» на борту был обнаружен не сразу, а лишь к исходу первых суток плавания. Подлодка была уже на подходе к кромке арктического льда, когда его, оробевшего первогодка из резервного состава, представили пред суровые очи командира корабля. Возвращаться на базу из-за матросика, который страстно хотел побывать на Северном полюсе, решительно было нельзя.

 

Во-первых, не позволяет морская традиция: не к добру это. Во-вторых, возврат субмарины на базу по такому поводу фактически означал срыв важнейшего правительственного задания: атомная подлодка должна была совершить первое в мире прохождение через Северный полюс в подводном положении и всплыть там. Командир принял решение «зайца» оставить…

 

С таким экипажем Жильцов увел свою «тройку» под лед. Шли в прямом смысле слова к черту на рога. Вместо подробной карты с изобатами глубин и отметками подводных вершин на столе штурмана лежала чистая карта-сетка. Шли вслепую и вглухую. Акустики впервые работали в таких условиях, когда ледяной панцирь над головой отражал шумы собственных винтов, рождая слуховые иллюзии. Однажды глубины под килем стали резко уменьшаться.

 

Жильцов: «Получив тревожный доклад, приказываю немедленно подвсплыть и уменьшить ход до малого. Всеобщее внимание приковано к эхограмме: что будет дальше? Откуда взялась эта подводная гора и где ее вершина?» Так был открыт гигантский подводный хребет на дне Ледовитого океана. Его назвали именем известного гидрографа Якова Гаккеля. После Северной Земли, нанесенной на карту в 1913 году русскими моряками, то было крупнейшим географическим открытием ХХ века.

17 июля 1962 года в 6 часов 50 минут 10 секунд подводная лодка К-3 прошла точку Северного полюса Земли. Мичману-рулевому шутники посоветовали свернуть немного с курса, чтобы лодка с размаху «не погнула земную ось».

Потом было всплытие на полюсе. Из воспоминаний Льва Жильцова: «Толщина льдов составляет 20–25 м. Чтобы не прозевать полынью, мы на всякий случай подвсплываем. Как только появляется чистая вода, даем короткий толчок одним мотором вперед, и, погасив инерцию, нос лодки замирает у самой кромки льда. Как говорится, попали в яблочко! Отдраиваю рубочный люк и высовываю голову на свет божий. К-3, как камень в кольце, со всех сторон обжата льдами. С любого борта можно прыгать на лед прямо с мостика – воды между бортом и льдиной нет нигде. Тишина вокруг такая, что звенит в ушах. Ни малейшего ветерка, и облака налегли совсем низко: не завидую гидрографам и штурманам, которым придется отлавливать солнышко».

 

Торжественно водрузили государственный флаг на самом высоком торосе. Жильцов объявил «увольнение на берег». Тут началось неподдельное веселье. Командир вынужден был отметить: «На полюсе подводники ведут себя, как малые дети: борются, толкаются, бегают взапуски, взбираются на высокие торосы, кидаются снежками... Бойкие фотографы запечатлели и лодку во льдах, и множество смешных ситуаций. А ведь перед выходом в море особисты прочистили весь корабль: ни одного фотоаппарата на борту быть не должно! Но кто лучше знает лодку и все потайные места – контрразведчики или подводники?»

«К-3» находилась в Арктике 10 дней. За это время она преодолела 3116 миль, в том числе около 1300 миль подо льдом. Уже на обратном пути, когда подлодка следовала в Западную Лицу, командир получил приказ срочно идти на другую базу — Иоканьгу (ныне Гремиха). Никаких разъяснений, почему изменен курс, не было. Но приказ есть приказ, и 21 июля «К-3» вошла в бухту Иоканьги.

 

Глава государства Никита Хрущев ждал подводников на берегу, чтобы лично вручить геройские звезды руководителю исторического похода контр-адмиралу Александру Петелину, командиру К-3 капитану 2 ранга Льву Жильцову и инженер-капитану 2 ранга Рюрику Тимофееву. Еще раньше Героем Советского Союза стал Леонид Осипенко – первым после войны удостоенный этого звания.

Награжден был весь экипаж подлодки, даже «заяц» и то получил медаль.

 

После этого похода «К-3», которой вскоре было присвоено имя «Ленинский комсомол», проплавала еще 24 года. В 1986 году она была выведена из боевого состава СФ.

 

5

ДЕНЬ ОСНОВАНИЯ МОРСКОЙ АВИАЦИИ

 

17 июля считается днем основания морской авиации ВМФ России. Праздник был установлен по приказу главнокомандующего ВМФ России № 253 от 15 июля 1996 года. Именно в этот день в далеком 1916 году над Балтийским морем русские летчики одержали свою первую боевую победу. В бою приняли участие 4 гидросамолета М-9, взлетевшие с авианосного судна «Орлица» Балтийского флота. В небе им противостояли 4 немецких самолета. Победа в этом воздушном бою Первой мировой войны положила начало истории отечественной морской авиации.

Когда в конце XIX века в Российской империи стремительно возрос интерес к воздухоплаванию, одними из первых заинтересовались покорением неба морские офицеры. Им, покорявшим морские дали, казалось, сама судьба велела и первыми подниматься в небо. Морским офицером был Александр Федорович Можайский – один из пионеров отечественного авиаконструирования (впоследствии, как известно, он дослужился до звания контр-адмирала).

 

Дальнейшее обсуждение возможностей использования воздухоплавательных аппаратов для флотских нужд продолжилось уже в ХХ веке. В 1902 году Главный морской штаб решил создать в Севастополе, Кронштадте и Порт-Артуре морские воздухоплавательные парки. В состав Учебного воздухоплавательного парка были откомандированы морские офицеры – для изучения воздухоплавательного дела и последующего комплектования воздухоплавательных парков. Руководил ими лейтенант М.И. Лавров. Но далеко не все планы морского штаба удалось осуществить в полном объеме, чему способствовало начало русско-японской войны. В частности, на Дальнем Востоке развернуть морскую воздухоплавательную команду не удалось.

В России морская авиация начала развиваться с 1911 года с гидросамолетов, при этом первые машины приобретались за границей. Однако скоро отечественные конструкторы создали несколько типов летающих лодок, которые приняли участие в Первой мировой войне. Российские гидросамолеты использовались для обстрела и бомбардировки с воздуха портов и военно-морских баз, кораблей в море, а также для уничтожения самолетов противника в воздухе.

В июле 1917 года в России было создано Управление морской авиации и воздухоплавания, а в составе флота впервые появились две отдельные воздушные дивизии — одна на Черном море, другая на Балтике. После 1917 года на Балтийском флоте начала формирование отдельная воздушная бригада особого назначения. Позднее отдельные отряды гидросамолетов появились и в составе Каспийской, Волжской и других флотилий. Всего же на всех фронтах гражданской войны использовалось 19 авиационных морских отрядов.

 

В 1930-е годы, когда вся страна «болела» Арктикой и следила за судьбой челюскинцев, именно морские летчики приняли активное участие в спасении полярной экспедиции. За спасение полярников Золотая звезда Героя Советского Союза была вручена Анатолию Васильевичу Ляпидевскому, который являлся воспитанником именно морской авиации.

 

Во время Великой Отечественной войны 1941-1945 годов авиация советского флота стала первой, кому удалось нанести удар по Берлину. Она стала главной угрозой для немецко-фашистских захватчиков в войне на море. В годы Великой Отечественной войны морские летчики выполнили более 35 тысяч боевых вылетов на различные задания. В воздушных боях с противником и на аэродромах они уничтожили более 5,5 тысячи самолетов врага. От ударов летчиков морской авиации Германия и ее союзники потеряли на море 407 боевых кораблей, а также 371 транспорт с войсками и грузами. Это составляет 2/3 общих потерь противника от воздействия советского Военно-морского флота. С тех пор роль морской авиации ВМФ России только увеличивалась.

 

Уже в послевоенные годы морская авиация продолжила совершенствоваться, оттачивая свое боевое мастерство и осваивая новую поступающую на вооружение технику. Именно летчик-североморец в 1961 году первым проложил путь человечества к звездам. В это же время в стране появились новые рода морской авиации — морская противолодочная и ракетоносная, шло совершенствование морской разведывательной авиации. Принципиально новым направлением для флота стало появление в его составе самолетов корабельного базирования вертикального взлета и посадки, а также постройка первых авианесущих крейсеров «Минск», «Киев» и «Новороссийск». В дальнейшем появление палубной истребительной авиации, главным предназначением которой является прикрытие группировок флота в море, стало эпохальным событием в развитии отечественной морской авиации.

 

В настоящее время ВМФ России располагает в своем составе боеспособными пилотами истребительной авиации, а также экипажами вертолетов корабельного базирования. Традиции прославленных морских летчиков-ветеранов бережно хранит и преумножает сегодняшнее поколение морских авиаторов, которые продолжают нести службу и самоотверженно трудиться над укреплением боеготовности отечественного морского флота.

 

Сегодня на вооружении морской авиации России находятся современные реактивные самолеты и различные вертолеты. Собственной авиацией располагают все 4 флота нашей страны: Северный, Балтийский, Черноморский и Тихоокеанский. При этом морская авиация продолжает оставаться одним из наиболее маневренных родов войск в составе российского военно-морского флота, который может действовать как во взаимодействии с другими родами войск, так и полностью самостоятельно.

 

Морская авиация — это отдельный род сил ВМФ России. Она предназначена для поиска и последующего уничтожения десантных отрядов противника, его боевых сил флота, морских конвоев и одиночных судов как в море, так и в морских базах. Помимо этого, морская авиация обеспечивает прикрытие объектов флота и группировок кораблей от вражеских воздушных ударов, занимается уничтожением воздушных целей: самолетов, вертолетов и крылатых ракет противника. Также морская авиация осуществляет ведение воздушной разведки, наведения на корабли противника собственных ударных сил и выдачу им необходимых целеуказаний. Морская авиация может быть привлечена для постановки минных заграждений, осуществления противоминных действий, воздушной перевозки и десантирования войск и грузов, радиоэлектронной борьбы (РЭБ), осуществления поисково-спасательных работ на море. Основу ее сегодня составляют самолеты и вертолеты различного назначения.

Функционально морская авиация России подразделяется на рода авиации: истребительную, морскую ракетоносную, противолодочную, разведывательного и вспомогательного назначения (РЭБ, дальнего радиолокационного обнаружения и наведения, обеспечения управления и связи, противоминную, транспортную, поисково-спасательную, санитарную, заправки летательных аппаратов топливом в воздухе). Морская авиация может базироваться на авианесущих кораблях и аэродромах. По месту базирования ее подразделяют на авиацию берегового базирования и палубную авиацию.

 

Подавляющая часть российской морской авиации имеет береговое базирование. В настоящее время в состав российского флота входит лишь один авианосец — тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов». По состоянию на 2014 год российская корабельная авиация представлена четырьмя типами самолетов: истребителями Су-33 и МиГ-29К, а также учебно-тренировочными машинами Су-25УТГ и учебно-боевыми самолетами МиГ-29КУБ. Все они во время походов могут базироваться на палубе российского авианосца вместе с вертолетами Ка-27 и Ка-29.

 

В настоящее время российская морская авиация пополняется новинками, к которым можно отнести и самолеты МиГ-29К, которые должны полностью сменить самолеты Су-33 на борту «Кузнецова». Помимо этого, 15 июля 2014 года ВМФ России был передан первый серийный самолет Ил-38Н, который является модернизацией патрульного и противолодочного самолета еще советского производства. Модернизированный Ил-38Н был оснащен новым прицельно-навигационным комплексом «Новелла-П-38». Ил-38Н был построен в рамках первого контракта, который был заключен между Минобороны РФ и ОАК. Всего по контракту российские военные должны получить 5 таких самолетов. Первый серийный самолет данного типа был передан центру боевой подготовки и переучивания летного состава морской авиации, расположенному в Ейске. В настоящее время здесь уже идет подготовка бортовых операторов и летчиков для Ил-38Н.

 

В отличие от оригинальной машины, обновленный Ил-38Н оснащен современной цифровой аппаратурой, которая существенно расширяет возможности данного самолета. Машина может использоваться для слежения за надводными и подводными кораблями противника, патрулирования российской экономической зоны, проведения поисково-спасательных операций на море. Аппаратура модернизированного самолета обладает открытой архитектурой, что позволяет в любое время дополнить ее разного рода оборудованием в зависимости от стоящих перед самолетом задач. Во время модернизации Ил-38Н прошел также капремонт, что позволило продлить срок службы самолета еще на 20-25 лет. В общей сложности на вооружении ВМФ России сегодня находится около 40 самолетов данного типа, 28 из них планируется модернизировать до 2020 года.

 

Интересные факты

 

 

Во время ВОВ советские летчики морской авиации уничтожили две трети кораблей, самолетов и других видов транспорта фашистских захватчиков.

 

Каждый из четырех флотов РФ – Балтийский, Черноморский, Северный, Тихоокеанский – владеет собственной авиацией.

 

В 2016 году, к 100-летию праздника, учреждена юбилейная негосударственная общественная медаль.

 

6

 

МИХАИЛ БАХИРЕВ, ПОСЛЕДНИЙ ФЛОТОВОДЕЦ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

 

Михаил Коронатович Бахирев

 

https://www.youtube.com/watch?v=_kUobgP99kc

 

17 июля 1868 года родился вице-адмирал Михаил Коронатович Бахирев — российский морской военачальник, флотоводец, командующий Силами обороны Рижского залива в Моонзундском сражении, один из храбрейших и популярнейших адмиралов Российского флота.

 

Он успел дать последнее сражение российского флота за 18 дней до того, как тот официально сделался советским.

 

Михаил Коронатович Бахирев («Адмирал Коронат», как прозвали его на флоте) родился в 1868 году в Новочеркасске. По происхождению донской казак, отец его, Коронат Григорьевич, — сотник Войска Донского. Но в отличие от него, Михаил пошел по морской линии.

 

Начинал службу, прямо скажем, не на выдающихся должностях.

 

Кастовая система русского флота была одной из самых жестких, и происхождение человека нередко сдерживало его карьеру.

 

А ведь Бахирев был дворянином. Помыкавшись штурманом на транспортах, Бахирев попал на дальневосточную канонерку «Гиляк», где ему открылся случай. В 1900 году, во время штурма китайских фортов Таку при подавлении Боксерского восстания, Бахирев, командовавший десантной партией, отличился настолько, что получил орден Святого Георгия 4-й степени — на большее младший офицер и рассчитывать не мог.

 

С этого момента карьера молодого офицера пошла не то чтобы в гору, но из тихого омута вырвалась. Он стал получать назначения на крупные корабли — броненосный крейсер «Россия» и эскадренный броненосец «Наварин». Русско-японскую войну лейтенант Бахирев встретил комнадиром эсминца «Сильный», а провел уже на должности командира эскадренного миноносца «Смелый» в Порт-Артуре.

 

20 декабря 1904 года, накануне сдачи крепости Порт-Артур, из гавани вырвались шесть миноносцев с приказом уйти в нейтральные порты Китая. Вел их лейтенант Михаил Бахирев. На одном из миноносцев был вывезены знамена гарнизона и секретная документация. В феврале 1905 года Бахирев за отличия в дальневосточной кампании получил золотое оружие, а в декабре того же года — звание капитана 2-го ранга.

 

В 1907 году Бахирев вернулся служить на Балтику. Командовал различными кораблями, в частности с 1911 года — броненосным крейсером «Рюрик», флагманом командующего Балтфлота Николая Эссена (еще одного героического «артурца»).

 

Простые нравы Михаила Бахирева были притчей во языцех на всем Балтийском флоте. Настоящая военная косточка, он не был утонченным аристократом английского образца, к которому стремились многие флотские офицеры того времени.

 

Умнейший и грамотный морской офицер скрывался за образом упрямого, прямолинейного, грубоватого служаки, охочего до рюмки и женского общества.

 

Гуляк и бабников на флоте хватало, но популярен Бахирев был неимоверно именно за свои знания и командирскую хватку.

 

В 1914 году- контр-адмирал и командующий бригады крейсеров, с 1915 года — на бригаде линкоров. В 1916 — вице-адмирал. Быстрая военная карьера талантливого офицера, но не более.

 

Обстановка на флоте стремительно ухудшалась, нарастал откровенный бардак.

 

Двоевластие в стране (Временное правительство и Советы) отразилось и на флоте. Командиров теперь не назначали, а выбирали экипажи.

 

Решения командиров утверждали «судовые комитеты» и контролировали комиссары Центробалта (координационной инстанции революционных матросов, «без одобрения которой ни один приказ, касающийся жизни Балтийского флота, не может иметь силы»). На флоте начали убивать офицеров.

 

Характер прямого, грубоватого казака Бахирева прекрасно оттеняет сцена, случившаяся после Февральской революции.

Выйдя на палубу флагмана, где «авралила» команда, адмирал задал вопрос личному составу: «Вы мне доверяете?». «Доверяем!» — отозвались матросы, действительно уважавшие своего командующего. «А я вам нет! — отрезал Бахирев, — Вы до чего себя довели, от вас царь отрекся!». И ушел.

 

Час адмирала Бахирева пробил уже после Февральской революции. 21 августа 1917 года он был назначен командующим Морскими силами обороны Рижского залива. В этой должности он и дал последнее сражение Российского императорского флота — через полгода после отречения императора.

 

Рижской залив, прикрытый с моря архипелагом Моонзундских островов, притягивал к себе внимание германского флота с самого начала войны. Уже в 1915 году немцы попытались ворваться в залив, однако завязнув на тралении минных заграждений и в отражении набегов легких сил русского флота, повернули назад. Осенью 1917 года в Берлине решили, что рижский вопрос пора решать радикально. Началась операция «Альбион».

 

Операцию эту проще было назвать «против лома нет приема».

 

Значительно превосходящие силы немцев, включая новейшие дредноуты с крупнокалиберной артиллерией, прикрывали десант на острова. Отражать это вторжение могли лишь легкие силы Балтфлота — эсминцы, крейсера, да устаревшие эскадренные броненосцы. Бригада линейных кораблей из Гельсингфорса была ненадежна, да и не прошла бы узким Моонзундским каналом. Подспорьем были и береговые батареи.

 

В ночь на 13 октября «революционная» система управления Балтфлотом показала себя во всей красе. Минный заградитель «Припять» получил от Бахирева приказ выставить минное заграждение в проливе Соэлозунд, куда уже совали нос немцы.

Однако судовой комитет отказался исполнять приказ, аргументировав это опасностью для корабля: ставить мины пришлось бы в зоне досягаемости артиллерии германских кораблей.

Это «героическое» поведение оголило Кассарский плес и привело к жестокому сражению с эсминцами противника, проникшими туда.

Тем не менее, флот Бахирева слушался. Уступая немцам по численности, тоннажу, калибру артиллерии, весу залпа — силы обороны Рижского залива дрались в узких проливах между островами Моонзунда до последнего. Эскадренный броненосец «Слава», например, тот и вовсе притопили на один борт, чтобы увеличить угол возвышения устаревших пушек, не добивавших до ордера германских кораблей. Нахлебавшийся воды броненосец при отходе не мог войти в Моонзундский канал, и был затоплен у входа в него.

 

Моонзундским сражением трудно гордиться с точки зрения результата. Формально этот бой Россия проиграла, уступив архипелаг немцам.

 

По сути же вещей, если держать в уме ту стадию разложения, до которой дошли российские вооруженные силы к осени 1917 года, то работа Балтфлота в Моонзунде должна оцениваться чрезвычайно высоко.

И огромная роль в налаживании элементарного управления утратившим всякую дисциплину и организацию флотом принадлежит Михаилу Бахиреву, как и его формальному начальнику — командующему флотом Развозову.

 

20 октября 1917 года немцы заняли остров Даго. Сражение за Моонзунд, последняя морская битва российского уже-не-императорского флота, окончилось. Через пять дней в Петрограде взяли штурмом Зимний дворец.

 

Бахирев, и к февральским-то республиканским порядкам относившийся скептически, новую октябрьскую власть ценил еще меньше, и она отвечала ему взаимностью.

На предложение послужить в красном флоте, он ответил: «Каждый человек ищет себе оправдание. Ничего этого не нужно».

В январе 1918 года адмирал Бахирев был уволен с военной службы «без права на пенсию» и довольно скоро попал в тюрьму, где и просидел почти семь месяцев, до весны 1919 года.

Выйдя из тюрьмы, Бахирев пошел работать в Мориском (Морскую историческую комиссию), изучавшую опыт Первой мировой войны на море. Именно благодаря этой работе Михаил Коронатович сумел оставить свой взгляд на происходившее в Моонзунде — так называемый «Отчет о действиях Морских сил Рижского залива 29 сентября — 7 октября 1917 г.», подписанный им 11 июля 1919 года.

Осенью 1919 года по Петрограду прокатилась волна арестов среди «бывших»: новая власть искала в городе заговор с целью открыть ворота Юденичу, наступавшему из Прибалтики. В ноября 1919 года был арестован и Михаил Бахирев, известный своими дружескими связями с офицерами армии Юденича и с адмиралом Колчаком.

Бахирева предупредили о готовящемся аресте и предложили тайно бежать в Финляндию, но Михаил Коронатович отказался.

Был ли Бахирев реальным антибольшевистским заговорщиком или пал случайной жертвой «красного террора» из-за своего послужного списка? Отдельные документы и свидетельства показывают, что не только был в курсе дел тайной организации офицеров в Петрограде, но и участвовал в ее работе, считаясь кандидатом номер один на место «главы морских сил Балтики» в случае победы над большевиками.

Так что «адмирал Коронат» прекрасно понимал всю свою ответственность, когда заявил на следствии «с телом моим вы можете делать что угодно, а душу мою я вам не продам».

9 января 1920 года коллегия ВЧК вынесла решение в отношение Бахирева: «расстрелять, приговор привести в исполнение по особому постановлению Президиума ВЧК, оставив Бахирева в качестве заложника на случай террористических актов со стороны агентов белогвардейцев».

 

Особое постановление вышло через неделю, и 16 января 1920 года адмирал был расстрелян. Место захоронения последнего флотоводца Российской империи неизвестно, по ряду сведений оно было зарыто где-то в окрестностях Сестрорецка.

 

7

 

ВЕРДЕРЕВСКИЙ ОТКАЗЫВАЕТСЯ ИСПОЛНЯТЬ ПРИКАЗ ВРЕМЕННОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА

 

 

17 (4) июля 1917 г. командующий Балтфлотом адмирал Д. Вердеревский получил от помощника мор. министра Б.П. Дудорова телеграмму с требованием высылки в Петроград 4 эскадренных миноносцев для демонстрации силы Временного правительства, а, если потребуется, принятия мер против кронштадтских моряков, участвовавших в демонстрациях. Вердеревский заявил членам Центробалта: "Я служу не людям, а Родине. И если флот вовлекают в политическую борьбу, то я не исполню приказания, а там могут меня сажать в тюрьму" ("Рев. движение в России в июле 1917 г. Июльский кризис". Сб., М., 1959, с. 25) - , в тот же день отправил ответ с отказом исполнить приказание, а "если настаиваете, укажите, кому сдать флот" (там же, с. 26). 5 июля был арестован и отдан под суд за невыполнение приказов Временного правительства.

В дни выступления Л.Г. Корнилова Временное правительство признало, что поведение Вердеревского в Июльские дни было "вполне оправдываемое обстоятельствами дела". 30 августа его назначили морским министром.

 

Материалы статьи А.С. Сенина в кн.: Политические деятели России 1917. биографический словарь. Москва, 1993:

Вердеревский, адмирал - в первый период Керенского был командующим Балтийским флотом. Одно время обвинялся правительством в том, что сообщил Центрофлоту приказ о потоплении некоторых большевистских крейсеров в случае мятежа. Позже, в августе-сентябре, Вердеревский был назначен морским министром, на каковом посту он и пробыл до Октябрьских дней.

 

Вердеревский Дмитрий Николаевич (4 ноября 1873, Петербург - 1946, Париж). В 1893 окончил Морской корпус, в 1898 - Артиллеристкие офицерские классы. В 1906-1909 выступал в "Морском сборнике" с требованием изоляции флота от политическойй жизни страны. С 1916 контр-адмирал.

Во время Февральской революции 1917 года начальник дивизии подводных лодок Балтфлота в Ревельской морской базе. В марте с рядом офицеров базы подписал обращение: "Воинская сила может быть сохранена лишь при единой и сильной власти в центре, которая и возродит таковую же на местах, не предусматривая, будет ли это власть существующего правительства, или другая, составленная из представителей рабочих партий. Мы настаиваем на необходимости сильной и единой власти, которая бы взяла на себя ответственность за судьбы Родины" ("Рус. Слово". 1917, 17 окт.). В апреле - мае начальник штаба Балтфлота, в мае командир бригады линкоров. 1 июня назначен командующим Балтфлотом.

4 июля получил от помощника мор. министра Б.П. Дудорова телеграмму с требованием высылки в Петроград 4 эскадренных миноносцев для демонстрации силы Врем. пр-ва, а, если потребуется, принятия мер против кронштадтских моряков, участвовавших в демонстрациях, Вердеревский заявил членам Центробалта: "Я служу не людям, а Родине. И если флот вовлекают в политическую борьбу, то я не исполню приказания, а там могут меня сажать в тюрьму" ("Рев. движение в России в июле 1917 г. Июльский кризис". Сб., М., 1959, с. 25)-, в тот же день отправил ответ с отказом исполнить приказание, а "если настаиваете, укажите, кому сдать флот" (там же, с. 26). 5 июля был арестован и отдан под суд за невыполнение приказов Врем. пр-ва.

В дни выступления Л.Г. Корнилова Врем. пр-во признало, что поведение Вердеревского. в Июльские дни было "вполне оправдываемое обстоятельствами дела". 30 авг. его назначили мор. министром. С 1 по 24 сент. входил в Директорию. 9 сент. вместе с воен. мин. А.И. Верховским и верх. главно-команд. Д.Ф. Керенским подписал обращение к армии и флоту: "Временное правительство обращает внимание армии и флота на то, что недостаточно спаянные сверху донизу во единое целое во имя защиты Родины армия и флот могут оказаться не в силах противостоять новой попытке какого-либо честолюбца, могущего в подходящий момент вновь посягнуть на свободу русского народа" ("Рев. движение в России в сент. 1917 г. Общенац. кризис". Сб., М., 1961, с. 223).

 

С 25 сентября морской министр 3-го коалиционного правительства. После того как с нек-рых кораблей Черномор. флота было списано до 1/2 состава матросов-неукраинцев ("Воля", "Память Меркурия"), а на трёх кораблях поднят украинский флаг, Вердеревский 16 октября отправил Центральной Раде телеграмму: "Подъём на судах Черноморского флота иного флага, кроме русского, есть недопустимый акт сепаратизма, т.к. Черноморский флот есть флот Российской Республики, содержащийся на средства Государственного казначейства. Считаю Вашей нравственной обязанностью разъяснить это увлекающимся командам Черноморского флота" (Хесин С.С., Окт. рев-ция и флот, М., 1971, С. 423).

В тот же день на заседании Врем. Совета Рос. Республики призвал в противовес большевикам и националистам вести всё нарастающую "пропаганду патриотизма", выступил против перехода власти к Советам (см.: Рус. Слово", 1917, 17 окт.). В знак солидарности с воен. мин. А.И. Верховским, считавшим необходимым скорейший выход России из войны. 24 октября написал заявление об отставке, но в связи с начавшимся восстанием в столице счёл своим долгом не подавать его. 26 октября арестован в Зимнем дворце вместе с др. министрами Врем. пр-ва. 27 октября "освобожден из-под ареста под честное слово" ("Правда", 1917, 28 окт.) и осуществлял, сотрудничая с новой властью, технич. рук-во оператив. действиями флота по обороне страны.

 

Позднее эмигрировал, полит. деятельности не вёл. 12 февраля 1945 в группе русских эмигрантов посетил Советское посольство в Париже, чтобы приветствовать победы Красной Армии. Незадолго до смерти принял советское гражданство.

 

Материал из кн.: Залесский К.А. Кто был кто в первой мировой войне. Биографический энциклопедический словарь. М., 2003:

 

Вердеревский Дмитрий Николаевич (4.11.1873, Петербург - 22.8.1947, Париж, Франция), русский контр-адмирал (6.12.1916). Образование получил в Морском кадетском корпусе (1893) и в арт. офицерских классах (1901). Служил на Балтийском море и на Тихом океане. Участник рус.-японской войны 1904-05, в 1905 командир миноносца № 255. В 1906-08 преподавал в арт. классе. В 1908 старший офицер учебно-арт. корабля «Петр Великий». В 1909-10 флагманский арт. офицер штаба начальника действующих сил Балтийского моря. В 1910-11 командир эскадренного миноносца «Генерал Кондратенко», в 1911-14 - «Новика». 20.1.1914 назначен командиром крейсера 1-го ранга «Адмирал Макаров», с которым вступил в войну в составе Балтийского флота. С 12.1.1915 командир крейсера «Богатырь». В 1916 награжден Георгиевским оружием. С 10.11.1916 командующий дивизией подводных лодок Балтийского моря. После Февральской революции с апр. 1917 начальник штаба Балтийского флота, в мае - начальник 1-й бригады линейных кораблей Балтийского флота. С 1.6.1917 командующий Балтийским флотом. 4 июля получил приказ направить в Петроград 4 эскадренных миноносца для демонстрации силы Временного правительства и, при необходимости, для принятия мер против Кронштадта. Отказался выполнить приказ и 5 июля был отстранен от командования флотом, арестован и отдан под суд за «разглашение служебной тайны и неподчинение центральным органам власти». Во время выступления ген. Л.Г. Корнилова оправдан, освобожден и 30.8.1917 назначен морским министром. С 1 по 24 сент. входил в состав Директории. В знак солидарности с ген. А.И. Верховским, считавшим необходимым немедленный выход России из войны, 24 окт. написал прошение об отставке, но в связи с начавшимся восстанием не подал его. Во время Октябрьской революции 26 окт. арестован в Зимнем дворце вместе с членами правительства. 27 окт. освобожден под честное слово и уволен в отставку. Сотрудничал с руководством Красной армии, осуществлял техническое руководство оперативными действиями флота по обороне страны. С 1918 в эмиграции. Жил в Париже, входил в состав масонской ложи. Во время 2-й мировой войны выступал против действий Германии. После войны подал заявление о приеме в советское гражданство и возвращении в СССР. Получил советское гражданство.

 

8

 

 

Когда мой отец возвратился с войны,

Покинув свой Северный флот,

Трофейный баян побеждённой страны

Привёз он с собою в село,

 

И в клубе, где раньше царила гармонь

Под звонкие песни девчат,

Играл по углам перламутра огонь,

"Вельтмайстер" негромко звучал!

 

И слушали люди, и песня текла

Про то, как гремела война,

И с грузом из Англии шли корабли,

И бомбы фашистские смерть им несли

В холодных и чёрных волнах!

 

В душе мой батяня романтиком был -

В него я такой непоседа! -

Он несколько лет по стране колесил,

Но было везде не по сердцу.

 

Но выбор был сделан, и наша семья

Вернулась обратно на Север.

Вёз маму отец, братьев и баян

В фанерном футлярчике сером!

 

К нам гости ходили, и песня текла

Про то, как гремела война,

И с грузом из Англии шли корабли,

И бомбы фашистские смерть им несли

В холодных и чёрных волнах!

 

Осколки войны отряхнула страна,

И солнце восстало из тьмы,

Большой урожай отдала целина,

И в космос рванулись умы!

 

И песни менялись от этих от дел,

Им скоро не стало числа,

Но часто отец песню старую пел,

Которая в сердце жила!

 

Он клавиши трогал, и песня текла

Про то, как гремела война,

И с грузом из Англии шли корабли,

И бомбы фашистские смерть им несли

В холодных и чёрных волнах!

 

Прошло много лет, и отца уже нет -

Ведь время не лечит от ран!

И только, как память тех огненных лет,

Стоит на комоде баян.

 

Над ним фотография в рамке резной,

На карточке весь в орденах

Стоит мой отец, ну такой молодой

С трофейным баяном в руках!

 

И я вспоминаю, как песня текла

Про то, как гремела война,

И с грузом из Англии шли корабли,

И бомбы фашистские смерть им несли

В холодных и чёрных волнах!

 

Юрий Хабаров

 

9

 

 

КАК БАЛТИЙСКОЕ МОРЕ ПРЕВРАТИЛОСЬ В КЛАДБИЩЕ РУССКИХ СУБМАРИН

 

 

Как известно, Советский союз понес наибольшие человеческие потери во время Великой Отечественной Войны. В русской традиции принято ежегодно посещать памятные места захоронений павших советских воинов. Однако боевые действия шли не только на суше, но и на море. Местами упокоения военных моряков становились затонувшие корабли и подводные лодки, поэтому посещение мест памяти затруднительно.

 

В ходе войны с нацистской Германией и ее союзниками СССР потерял от вражеских мин, бомб и артиллерийского огня больше сотни субмарин. Некоторые подводные лодки числятся пропавшими без вести, но, к сожалению, это равнозначно ее гибели. Когда с субмариной исчезала связь, и предельные сроки автономного плавания истекали, она считалась погибшей. При этом родственники и друзья членов экипажей были лишены шанса узнать, где и при каких обстоятельствах они погибли. Однако несколько лет назад все начало меняться, когда началась акция «Поклон кораблям Великой Победы». При поддержке российского генерала, депутата Государственной Думы Николая Ковалева поисковая группа «Разведывательно-водолазной команды» начала свою миссию по поиску затонувших советских боевых кораблей и подводных лодок.

 

Поиск начинается в архиве. При содействии НИИ Генштаба РФ собираются все доступные данные о том, где может находиться затонувшее судно. После чего в заданный квадрат выходит команда, обшаривает дно гидролокатором и спускается к тому, что напоминает искомый объект. Разведывательно-водолазная команда сперва работала на Черном море, где первым обнаруженным судном был тральщик ВМФ СССР «Червоний казак». Он затонул, подорвавшись на немецкой мине, когда эвакуировал раненых советских солдат. Из шести сотен человек спаслось только 125. В последующем водолазы переключились на поиск подводных лодок на Балтийском море после того, как при прокладке газопровода «Северный поток» была обнаружена затонувшая советская субмарина. Согласно архивным данным, на Балтике погибло и пропало без вести 46 единиц советского подводного флота. На сей день командой найдено 13 затонувших субмарин. Проекту было присвоено название «Бессмертный дивизион».

 

Подводные поисковики обнаружили погибшую подлодку Щ-317. Она вышла в море 2 июня 1942 года и отправила на дно несколько вражеских судов. Последнее сообщение от нее было 10 июля, когда был израсходован боезапас, и лодка взяла курс на Кронштадт. Однако на базу субмарина так и не вернулась. Водолазы сообщают:

 

Остов лодки обнаружен на глубине 78 метров между островами Гогланд и Большой Тютерс. Щ-317 смогла уйти от всех атак, но лишь для того, чтобы подорваться на одной из последних линий немецких минных заграждений на пути к дому – буквально в прямой видимости советской базы

 

Также поисковики смогли найти разорванный взрывом мины корпус Щ-405. Все 39 членов ее экипажа погибли, чудом советские сторожевые катера обнаружили в воде тела ее командира и двух матросов. Большинство субмарин были уничтожены установленными врагом подводными минами. Так погибли найденные теперь подлодки Щ-406, Щ-320 и М-95. Наши подводники погибли страшной смертью. Информацию о найденных субмаринах передают в Министерство обороны, где их ставят на учет и присваивают статус военных кладбищ. На остовах водолазы закрепляют мемориальные таблички, производятся отпевания погибших моряков:

 

Священники служат панихиду, вспоминая каждого моряка поимённо. На воду опускается памятный венок и гвоздики по числу погибших, звучат залпы салюта

 

В рамках движения «Поклон кораблям Великой Победы» создан виртуальный мемориал погибшим подводникам:

 

Мы производим детальнейшие внешние видеосъемки затонувших объектов. Потом на основании этих съемок создается подробное 3D-изображение затонувшего корабля, которое можно рассмотреть с разных ракурсов

 

Затонувшие субмарины, превратившиеся в подводные кладбища, таким образом становятся доступными тем, кто готов почтить память советских моряков. Необнаруженными пока остаются 8 подводных лодок. Поиски их будут продолжены.

Автор: Сергей Маржецкий

 

 

10

 

 

ПЕРВАЯ РУССКАЯ АНТАРКТИЧЕСКАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

 

https://histrf.ru/biblioteka/b/otkrytiie-antarktidy-kak-russkiie-moriaki-tieoriiu-lomonosova-podtvierzhdali

 

https://www.youtube.com/watch?v=6khke4cszqQ

 

https://www.youtube.com/watch?v=dmWJGQDk4TQ

1.Кронштадт

 

В начале XIX века корабли русского флота совершили ряд кругосветных путешествий. Эти экспедиции обогатили мировую науку крупнейшими географическими открытиями, в особенности в Тихом океане. Однако огромные пространства Южного полушария все еще оставались на карте «белым пятном». Не выяснен был вопрос и о существовании Южного материка.

 

В 1819 году после длительной и очень тщательной подготовки отправилась в плавание южная полярная экспедиция в составе двух военных шлюпов — «Восток» и «Мирный». Первым командовал Фаддей Фаддеевич Беллинсгаузен, вторым — Михаил Петрович Лазарев. Начальником экспедиции был назначен капитан Беллинсгаузен. Всего в плавание отправилось на «Востоке» 111 человек и на «Мирном» 70 человек. 16 июля 1819 году корабли «Восток» и «Мирный» снялись с якоря и под салют артиллерийских береговых батарей покинули родной Кронштадтский рейд.

 

В крупном английском порту Портсмуте Беллинсгаузен задержался почти на месяц, чтобы пополнить запасы провизии, приобрести хронометры и разные мореходные инструменты. В начале осени, при попутном ветре, корабли взяли курс через Атлантический океан к берегам Бразилии. Погода благоприятствовала плаванию.

Через 21 день плавания шлюпы подошли к острову Тенериф. Пока команды кораблей запасались свежей водой и провизией, офицеры обследовали гористый живописный остров.

 

2.Экватор

 

Дальнейшее плавание проходило в зоне постоянных северо-восточных пассатов при безоблачном небе. Ход парусных судов значительно ускорился. Достигнув 10° с. ш., шлюпы вошли в полосу затишья, обычного для приэкваториальных мест. Моряки измеряли температуру воздуха и воды на разных глубинах, изучали течения и собирали коллекции морских животных. Корабли пересекли экватор, и вскоре при попутном юго-восточном пассате шлюпы подошли к Бразилии.

 

3.Рио-де-Жанейро

 

Корабли стали на якорь в красивом удобном заливе, на берегах которого раскинулся Рио-де-Жанейро. Это был большой грязный город, с узкими улицами, по которым бродило множество бездомных собак.

 

В то время в Рио-де-Жанейро процветала работорговля. С чувством негодования Беллинсгаузен писал: «Здесь находится несколько лавок, в коих продаются негры: взрослые мужчины, женщины и дети. При входе в сии мерзостные лавки представляются взорам в несколько рядов сидящие, коростой покрытые негры, малые напереди, а большие позади… Покупщик, выбрав по желанию своему невольника, выводит его из рядов вперед, осматривает у него рот, ощупывает все тело, руками колотит, но разным частям, и после сих опытов, уверясь в крепости и здоровье негра, его покупает… Все сие производит омерзение к бесчеловечному хозяину лавки».

 

Запасшись провизией и проверив хронометры, корабли покинули Рио-де-Жанейро, взяв курс на юг в неизвестные районы полярного океана.

 

4.Остров Южная Георгия

 

В конце декабря 1819 года шлюпы подошли к острову Южная Георгия. Моряки занялись описанием и съемкой его южного берега. Северную сторону этого гористого острова, покрытого снегом и льдом, снял на карту еще английский мореплаватель Джемс Кук. Корабли медленно продвигались вперед, очень осторожно лавируя среди плавающих льдов.

 

Вскоре лейтенант Анненков открыл и описал небольшой остров, который назвали его именем. Беллинсгаузен на дальнейшем пути сделал несколько попыток измерить глубину океана, но лот не доставал дна.

 

Затем экспедиция встретила первый плавающий «ледяной остров». Чем дальше к югу, тем чаще стали попадаться на пути гигантские ледяные горы — айсберги.

 

5.Острова Траверсе

 

В начале января 1820 года моряки открыли неизвестный остров, сплошь покрытый снегом и льдом. На другой день с корабля увидели еще два острова. Их также нанесли на карту, назвав именами участников экспедиции (Лескова и Завадовского). Остров Завадовского оказался действующим вулканом высотой более 350 м. Высадившись на берег, члены экспедиции поднялись по склону вулкана до середины горы. По пути собрали яйца пингвинов и образцы горных пород. Пингвинов здесь было множество. Моряки взяли на корабль несколько птиц, развлекавших в пути экипажи кораблей. Яйца пингвинов оказались съедобными, и их использовали в пищу. Открытую группу островов назвали в честь тогдашнего морского министра — о-вами Траверсе.

 

На судах, совершавших дальние плавания, люди обычно страдали от отсутствия свежей пресной воды. Во время этого плавания русские моряки изобрели способ получения пресной воды из льда айсбергов.

 

6.Южные Сандвичевы острова

 

Продвигаясь все дальше на юг корабли вскоре снова встретили небольшую группу неизвестных скалистых островов, которые назвали о-вами Сретения. Затем экспедиция подошла к открытым английским исследователем Джемсом Куком Сандвичевым о-вам. Выяснилось, что Кук принял архипелаг за один большой остров. Эту ошибку русские моряки исправили на карте. Всю группу открытых островов Беллинсгаузен назвал Южными Сандвичевыми островами.

 

Туманная, пасмурная погода сильно затрудняла плавание. Кораблям постоянно грозила опасность наскочить на мель. С каждой милей к югу становилось все труднее пробираться меж льдов. В конце января моряки увидели густой разбитый лед, простирающийся до горизонта. Решено обойти его, круто повернув на север. Снова шлюпы прошли мимо Южных Сандвичевых о-вов.

На некоторых антарктических островах мореплаватели встречали огромное количество пингвинов и морских слонов. Пингвины обычно стояли плотным строем, морские слоны были погружены в глубокий сон.

 

Но Беллинсгаузен и Лазарев не оставляли попыток пробиться к югу. Когда корабли попадали в сплошные льды, они то и дело поворачивали на север и поспешно выбирались из ледового плена. Требовалось большое искусство, чтобы спасти суда от повреждении. Повсюду встречались массы многолетних сплошных льдов.

 

7.Южный материк

 

Корабли экспедиции все же пересекли Южный полярный круг и 28 января достигли 69°25′ ю. ш. В туманной дымке пасмурного дня путешественники увидели ледяную стену, преградившую дальнейший путь на юг. Это были материковые льды. Участники экспедиции были уверены, что за ними скрывается Южный материк. Это подтверждало и множество полярных птиц, появившихся над шлюпом. И действительно, всего несколько миль отделяло корабли от берега Антарктиды.

 

В феврале шлюпы вышли в Индийский океан. Пытаясь пробиться к югу с этой стороны, они еще два раза подходили к берегам Антарктиды. Но тяжелые ледовые условия вынуждали суда снова отходить к северу и двигаться на восток вдоль кромки льдов.

 

Сидней

 

Приближалась антарктическая зима. Продолжая следовать на восток, корабли направились для ремонта, отдыха и пополнения запасов в Порт-Джексон. На 59° ю. ш. и 89° в. д. шлюпы намеренно пошли в Сидней раздельно: Беллинсгаузен на 2 89;° севернее пути капитана Джемса Кука, а Лазарев — на 2 89;° южнее пути капитана Фюрно — командира второго судна экспедиции Кука. Такие курсы были выбраны для обследования тогда почти еще не известного района Мирового океана, в частности для отыскания Компанейского острова, нанесенного на старых картах около 49 ½° ю. ш. и 143°04' в. д. Не найдя на своем пути никаких островов, «Восток» 11 апреля пришел в Сидней. Спустя семь дней сюда же пришел шлюп «Мирный». Так закончился первый период изысканий.

 

В течение всех зимних месяцев шлюпы плавали в тропической части Тихого океана, среди островов Полинезии. Здесь участники экспедиции выполнили много важных географических работ: уточнили положение островов и их очертания, определили высоту гор, открыли и нанесли на карту 15 островов, которым дали русские названия.

Возвратившись в Сидней, команды шлюпов стали готовиться к новому плаванию в полярные моря. Подготовка заняла около двух месяцев.

 

9.Остров Петра I

 

В середине ноября экспедиция снова вышла в море, держась юго-восточного направления. Вскоре в носовой части шлюпа «Восток» открылась течь, которую с большим трудом удалось уничтожить. Продолжая плыть на юг, шлюпы пересекли 60° ю. ш. На пути стали попадаться плавающие льдины, а затем появился сплошной лед. Суда направились на восток вдоль кромки льда. Погода заметно портилась: температура понижалась, холодный порывистый ветер гнал темные снежные тучи.

 

Неожиданно разыгрался сильный шторм. Пришлось снова отходить на север. Обилие плавающих льдов и плохая погода препятствовали продвижению на юг. Чем дальше двигались шлюпы, тем чаще встречались айсберги. Лавирование между айсбергами при сильном ветре и снегопаде требовало огромного напряжения сил и большого искусства. При малейшей возможности корабли снова и снова поворачивали прямо на юг и шли до тех пор, пока сплошные льды не преграждали путь.

 

Наконец 22 января 1821 года на горизонте показалось чернеющее пятно. «Я в трубу с первого взгляда узнал, — писал Беллинсгаузен, — что вижу берег, но офицеры, смотря также в трубы, были разных мнений. В 4 часа телеграфом известил лейтенанта Лазарева, что мы видим берег. Шлюп «Мирный» был тогда поблизости от нас за кормой и понял ответ… Невозможно выразить словами радости, которая являлась на лицах всех при восклицании: «Берег! Берег!».

 

Остров назвали именем Петра I. Теперь Беллинсгаузен был уверен, что где-то поблизости должна быть еще суша.

 

10.Берег Александра I

 

29 января 1821 года Беллинсгаузен записал: «В 11 часов утра мы увидели берег; мыс оного, простирающийся к северу, оканчивался высокою горою, которая отделена перешейком от других гор». Эту сушу Беллинсгаузен назвал Берегом Александра I.

 

«Я называю обретение сие берегом, потому что отдаленность другого конца к югу исчезала за предел зрения нашего. Сей берег покрыт снегом, но осыпи на горах и крутые скалы не имели снега. Внезапная перемена цвета на поверхности моря подает мысль, что берег обширен или, по крайней мере, состоит не из той только части, которая находилась перед глазами нашими». Так совершилось величайшее географическое открытие XIX века.

 

11.Южно-Шетландские острова

 

Далее шлюпы направились к Новой Шетландии, о случайном открытии которой в 1819 году капитаном английского купеческого брига Вильямом Смитом, посчитавшим, что Новая Шетландия является выступом предполагаемого Южного материка, Беллинсгаузен уже знал.

 

«Восток» и «Мирный» убедились, что эта земля представляет собой лишь архипелаг и назвали его Южно-Шетландскими островами. И опять на карте появились русские названия, напоминающие о битвах русских с Наполеоном: острова Бородино, Малый Ярославец, Смоленск, Березина, Полоцк, Лейпциг, Ватерло. Кроме того, к юго-востоку от острова Малый Ярославец был открыт остров Тейля, названный в честь русского посла в Бразилии.

 

В начале марта 1821 года шлюпы встали на якорь на рейде Рио-де-Жанейро. Так закончился второй этап замечательного плавания. Через два месяца, после основательного ремонта, корабли вышли в море, держа курс к родным берегам.

 

12.Кронштадт

 

5 августа 1821 года «Восток» и «Мирный» прибыли в Кронштадт и бросили якорь на том же месте, с которого снялись более двух лет назад.

 

Они пробыли в плавании 751 день и прошли более 92 тыс. км. Это расстояние в два с четвертью раза больше длины экватора. Кроме Антарктиды, экспедиция открыла 29 островов и один коралловый риф. Собранные ею научные материалы дали возможность составить первое представление об Антарктиде.

 

 

11

 

 

ПОДВОДНЫЙ ДОЖДЬ

 

Освоение Севморпути изначально не подразумевало, что через льды придется проводить столь нежные создания, как подводные лодки. Корпуса, выдерживающие огромный столб воды, неспособны противостоять точечным нагрузкам, а уж как давят ледовые поля, морякам-полярникам известно отлично. Однако еще до войны был осуществлен первый удачный переход дизельной подводной лодки с Кольского полуострова во Владивосток.

 

20 мая 1940 года вышло постановление Комитета обороны при Совнаркоме СССР о переводе одной подводной лодки из состава Северного флота на Тихий океан. 23 мая в соответствии с приказом наркома Военно-морского флота № 00120 начала формироваться экспедиция особого назначения (ЭОН-10) по переводу в навигацию подводной лодки Щ-423 из Полярного во Владивосток Северным морским путем. 14 июня приказом наркома ВМФ № 00145 командиром ПЛ Щ-423 назначен опытный подводник капитан 3-го ранга Измаил Зайдулин. К чести организаторов отметим, что лозунга «Пройти любой ценой» не было, – подразумевалось и то, что в Арктике редко все получается так, как задумано. На весь период перехода по Севморпути назначили обеспечивающее судно – транспорт «Анатолий Серов», на котором специально установили дистиллятор и станцию УКВ. В его вместительных трюмах, кроме 250 тонн экспедиционного груза, топлива, аварийно-спасательного и подрывного имущества, а также дополнительного артиллерийского боезапаса для подводной лодки, был обустроен специальный кубрик на 36 мест для отдыха подводников во время коротких стоянок или на случай вынужденной зимовки.

 

Лодку, помимо «Серова», на разных этапах сопровождали один-два ледокола. Как только начались льды, у подводников, кроме ожидаемых проблем при движении на самом малом ходу среди льдин, возникла неприятная ситуация с конденсатом. Из-за большой разности температур забортного и отсечного воздуха отпотевание внутри прочного корпуса оказалось таким сильным, что в отсеках оно больше походило на мелкий дождь, который шел круглые сутки.

 

17 октября 1940 года Щ-423 подошла к пирсу подводных лодок Тихоокеанского флота в бухте Золотой Рог Владивостока, пройдя за 73 суток 7227 миль (из них 682 – во льдах) через два океана и восемь морей. Задание Родины было выполнено.

 

В годы войны, насколько известно, опыт трансполярного перехода серийной «щуки» использован не был, но уже в конце 40-х годов подводные лодки проводили Севморпутем караванами.

 

С появлением АПЛ для подводного плавания стала доступна вся акватория Северного Ледовитого океана, однако обмен лодками между Тихоокеанским и Северным флотами все равно оказался возможен лишь в ограниченные сроки – из-за мелководья в районе Берингова пролива часть пути огромного арктического перехода все равно приходится преодолевать в надводном положении. Потому можно считать уникальной экспедицию 2014 года по переброске по приказу министра обороны РФ Сергея Шойгу двух АПЛ – «Братск» и «Самара» из Авачинской губы (Камчатка) в Северодвинск. Поскольку лодки отправлялись на ремонт и глубокую модернизацию, для транспортировки было нанято специальное полупогружное судно «Трансшельф» (Нидерланды), используемое для перевозки нефтедобывающих платформ. Подлодки были погружены на борт 23 августа 2014 года. Сопровождали транспорт ледоколы «50 лет Победы» и «Вайгач». Момент для проведения экспедиции выбрали удачно: ледовая обстановка оказалась благоприятной и примерно через месяц атомоходы были в пункте назначения.

 

 

12

 

ПОДВОДНЫЙ КРЕЙСЕР «К» («КАТЮША»). ГРОЗНОЕ ОРУЖИЕ ПОБЕДЫ

 

Ты историю послушай

Про подводную «Катюшу».

Этой королевой вод

Северный гордился флот:

 

Стометровая подлодка –

Настоящая красотка! –

Бой могла вести любой

Под водой и над водой,

 

Запускать торпеды метко,

Плавать в дальнюю разведку,

Ставить средь морских глубин

Заграждения из мин!

 

Фрицев флот в Балтийском море

Зря с «Катюшей» нашей спорил:

Проиграли битву с ней

Тридцать вражьих кораблей!

 

Мы об этом помнить будем,

А еще о храбрых людях –

Память не умрет в веках

О героях-моряках!

 

Олеся Емельянова

 

 

13

 

ТРАЛЕНИЕ В СУЭЦКОМ ЗАЛИВЕ 1974 г.

 

15 июля 1974 г. отряд советских кораблей (капитан 1 ранга А. Н. Аполлонов) в составе противолодочного крейсера "Ленинград", большого противолодочного корабля "Скорый" и отряда тральщиков но просьбе правительства Египта начал боевое траление Суэцкого канала. Район площадью 1250 кв. миль был полностью очищен от мин. 11.11.1974 года канал был открыт для безопасного плавания.

 

После окончания войны между Арабской Республикой Египет (АРЕ) и Израилем в октябре 1973 г. одним из результатов её была договорённость о выводе израильской армии из зоны Суэцкого канала, что, в свою очередь, позволяло Египту снова открыть этот важный водный путь, который не функционировал со времени «недельной» войны 1967 г.

 

Операция по непосредственному тралению Суэцкого канала проводилась, в соответствии с соглашением, США, Великобританией, Францией и АРЕ в течение 14 месяцев в три этапа.

 

В результате политического противостояния Советский Союз был в целом исключён из операций по очистке собственно Суэцкого канала. Но этот водный путь не мог быть открыт для международного судоходства до разминирования проливов Губаль (Суэцкий залив), заминированных египтянами в начале войны 1973 г.. Там в октябре 1973 г. в качестве "ближней блокады" египетский флот выставил пять минных банок - №1 – 19 мин АМД-2-500, №2 – 11 мин КБ "Краб", №3 – 6 мин КБ "Краб", №4 – 12 мин КБ "Краб" и №5 – 24 мины АМД-2-500.

 

Мины советского производства "Краб" и АМД ставились с небольших мобилизованных рыболовных судов по ночам, мелкими банками или одиночно, причём достаточно беспорядочно, без единого плана и точного определения места. Особенно интенсивно минировался пролив Губаль на подходах к нефтяным месторождениям Абу-Родес.

 

Никаких документов, схем, чертежей, а тем более карт с обозначением минных полей не существовало. В период боевых действий, ввиду отсутствия судоходства, мины не причинили израильской стороне никакого ущерба, но через 2 дня после завершения войны, 26 октября в проливе Говель (Йовель) на входе в Суэцкий залив, на 2-х египетских минах подорвался израильский танкер «Сириус», шедший порожняком из Эйлата к нефтяному терминалу Абу-Родес. При подрыве 6 моряков получили ранения. Судно затонуло, но весь экипаж - около 40 человек - был эвакуирован израильскими вертолётами.

 

Египетский флот пробовал самостоятельно очистить проливы Губаль весной 1974 г., но не справился с этим. Египтяне сумели вытралить 7 мин КБ "Краб", из которых одну потеряли. При этом два египетских тральщика подорвались.

 

Тем не менее, столкнувшись с проблемой, египтяне опять обратились за помощью к мировым державам. Согласно публикации в журнале «Ньюсуик» от 17 июня 1974 г. египтяне запросили помощи у французского правительства в очистке пролива Губаль. Такие же запросы направлялись Соединённым Штатам и Великобритании, но они также отказались там работать.

 

Получив от руководства Египта новую просьбу об очистке от мин Суэцкого залива, в Москве решили согласиться с ней. Советское руководство дало указание нашему послу в Каире посетить президента Садата и сообщить ему, что принято решение произвести безвозмездное траление минных заграждений в Суэцком заливе.

 

31 мая агентство МЕНА сообщило, что было достигнуто соглашение между Каиром и Москвой и Советский Союз проведёт разминирование Суэцкого залива – то есть, проливов Губаль. Работа должна была начаться "немедленно", завершена к 15 августа 1974 г. и проводиться "бесплатно".

 

Одной из важнейших причин согласия СССР было то, что ВМФ СССР был, как никто другой, заинтересован в открытии канала, ибо он расширял возможности переброски кораблей. Открытие канала сокращало маршрут из Чёрного моря (через мыс Доброй Надежды) к дальневосточным портам с 11 000 миль до 2 200 миль.

 

Главный штаб ВМФ издал директиву по формированию Отдельного отряда траления, при этом наряду с тральщиками было решено использовать морские вертолёты. На это решение повлияли результаты проведённого под руководством Главнокомандующего ВМФ СССР С.Горшкова учения «Прилив-74». Учения в очередной раз показали исключительную опасность неконтактных мин. Наши маломагнитные тральщики проектов 266 и 257 участвовали в зачётных операциях траления, и оказалось, что неконтактные взрыватели донных мин срабатывают на их корпуса, то есть – даже на незначительные колебания магнитного поля.

 

Поэтому было решено в операции задействовать вертолёты-тральщики, хотя они только появились, и в начале 70-х годов советская морская вертолётная авиация делала первые шаги. ВМФ имел на вооружении лишь один вертолёт корабельного базирования "Ка-25" (и то не до конца освоенный промышленностью). Кроме "Ка-25" с двумя соосными винтами, некоторые задачи на море могли решать сухопутные вертолёты семейства Миля - Ми-6, Ми-8, Ми-14.

 

Впервые задача разминирования Суэцкого залива была поставлена морякам в начале 1974 г. Командиром отряда траления был назначен командир 20-й дивизии ОВР контр-адмирал А.С.Головачёв, заместителем по боевому тралению ? командир 115 дивизиона капитан 2 ранга К.А.Шовгенов. В отряд вошли МТЩ (морской тральщик) «Рулевой», МТЩ «Вакуленчук», «МТЩ-219», «БТЩ-318» (базовый тральщик), «БТЩ-251», «БТЩ-275» и два несамоходных шнуроукладчика.

Черноморскому флоту предписывалось сформировать вертолётную группу из второй эскадрильи 78-го отдельного корабельного противолодочного вертолётного полка и два вертолёта "Ми-8БТ" из состава 872-го отдельного противолодочного вертолётного полка, с размещением её на противолодочном крейсере «Ленинград», в сопровождение которому выделялись БПК «Скорый» и «Сметливый» как резервный, ЭОС «Апшерон» и танкер «Борис Чиликин». Отряд кораблей Черноморского флота возглавил командир 21-й бригады противолодочных кораблей капитан 1 ранга Л. Двинденко, опытный моряк, прослуживший большую часть своей службы на крейсерах.

 

Окончательной целью действий тральных сил являлась ликвидация минной опасности в проливах Губаль и Инкер-Ченнел для обеспечения безопасного плавания в Суэцком канале и Суэцком заливе всех судов, кораблей и подводных лодок в надводном положении.

 

Тихоокеанский флот должен был выделить дивизион траления (девять тральщиков и два укладчика шнуровых зарядов) и отряд судов обеспечения (пять единиц — танкер, морской буксир, плавмастерская, гидрографический и десантный катера).

 

Командиром отряда траления был назначен капитан 1 ранга Александр Николаевич Аполлонов — командир 33-й бригады охраны водного района в Корсакове на Сахалине, начальником штаба – капитан 3 ранга В.Д.Орлов, начальником политотдела капитан 2 ранга Ю.П.Блинов, командиры дивизионов капитаны 2 ранга А.Копылов и Владислав Леонидович Колобов. Штаб отряда – флагманский штурман капитан 2 ранга С.Тарелкин, помощник начальника штаба по разведке капитан 2 ранга Б.Белоногов, флагманский минёр капитан 3 ранга В.Мазуров, флагманский связист капитан 3 ранга Л.Волосевич, флагманский специалист по водолазному делу старший лейтенант В.Русяев, флагманский механик капитан-лейтенант В.Слесаренко, помощник начальника штаба старший лейтенант А.Мурнуков, переводчик капитан-лейтенант П.Труевцев.

 

Согласно плану, разработанному в ГШ ВМФ, траление в Суэцком заливе предстояло провести в трёх районах. На севере залива должен был работать ПКР (противолодочный крейсер) «Ленинград» с вертолётами "Ми-8БТ" и "Ка-25БШЗ". В центральной части залива - группа "Ми-8БТ" и "Ка-25БШЗ", действуя с береговой базы.

 

На юге - ПКР «Ленинград» и тральщики Тихоокеанского флота. Координирующий штаб во главе с капитаном 1 ранга Александром Аполлоновым должен был находиться на плавмастерской в порту Хургада.

 

Одним из самых существенных недостатков похода в Суэцкий залив, по предположению руководства флота, было отсутствие должного боевого обеспечения. В состав отряда не входили ударные корабли, которые могли бы противостоять ракетным катерам ВМС Израиля, которые считались весьма агрессивными, готовыми к любым провокациям и могли угрожать нашим кораблям, пытаясь сорвать их работу.

 

Однако, фактически, опасения были преувеличены, израильские ракетные катера находились на Средиземном море, а морские силы ВМС Израиля в Красном море были весьма незначительны. Там израильтяне имели семь единиц 11-й десантной флотилии и около десятка сторожевых катеров, вооружённых лишь 20-мм автоматами и 12,7-мм пулемётами.

 

Переход.

 

2 июля 1974 г. в советских газетах было опубликовано обращение правительства Арабской Республики Египет к СССР с просьбой о разминировании Суэцкого залива. Советская сторона согласилась безвозмездно удовлетворить эту просьбу. Но, фактически, операция шла уже более месяца. В Суэцкий залив уже шли два отряда советских кораблей с Тихоокеанского и Черноморского флотов.

3 июня после тщательной подготовки и проверки, снабжённые всем, что требовалось для длительного перехода, в море вышли тральщики, сосредоточенные во Владивостоке. Их отзывали из различных частей, из боеготовых соединений флота, в том числе два тральщика проекта 254 «МТ-104» и «МТ-66» под командованием капитанов 3 ранга В.К.Лунькова и В.Н.Свиридова из 114 бригады ОВР Камчатской флотилии, МТЩ пр.254 «Сахалинский комсомолец» из Сахалинской бригады кораблей ОВР, 2 корабля пр. 266 – маломагнитные МТЩ - «Мичман Павлов» и «МТ-193» из Приморской флотилии, базовые тральщики с деревянными корпусами пр.257 «БТ-103», «БТ-274» из состава ВМБ Стрелок, а также 2 рейдовых (речных) тральщика дивизии речных кораблей из Хабаровска.

 

Организационно они были сведены в два отряда. Командиром первого отряда был назначен капитан 1 ранга А. Н. Аполлонов, командиром второго отряда — капитан 3 ранга В. Д. Орлов. Численность всего отряда составляла около 1 600 человек. Срок прибытия в порт Хургада — 20 июля.

 

К сожалению, бывалых моряков было мало, матросы, прибывшие на корабли из учебных отрядов за 10-15 дней до выхода в море, имели очень слабые навыки в практическом обслуживании и использовании контактных и неконтактных тралов и искателей.

 

Среди командного состава ситуация была сходной. Только два человека из всего офицерского состава имели практический опыт послевоенного боевого траления: командир отряда капитан 1 ранга А.Н.Аполлонов в 1952-1953 годах участвовал в тралении на Тихом океане и командир дивизиона тральщиков капитан 2 ранга В.Л.Колобов в 1952-1955 годах ликвидировал минные поля на Балтийском море, на его счету 14 вытраленных мин.

 

Из дневника капитана 1 ранга А.Аполлонова: «3 июня 1974 года… Прощай, Владивосток! Скоро ли увидимся? Путь долгий, задачи сложные. Пройти на такого класса кораблях 5000 миль по Южно-Китайскому морю, Тихому и Индийскому океанам – ой как непросто! Даже для бывалых моряков. А у меня много молодёжи среди личного состава. Моря по-настоящему и не нюхали…».

 

Переход длился сорок дней, небольшие по размерам и водоизмещению корабли шли при 8-9 балльных океанских штормах, дважды отряду приходилось уклоняться от тайфунов, через параллели с непривычной тропической жарой и максимальной влажностью.

 

Следует отметить чёткую работу службы военных сообщений ТОФ, которая обеспечила своевременную буксировку кораблей к месту траления в самые короткие сроки. Несмотря на сложности, на переходе была приведена в готовность вся техника. Это дало морякам возможность начать траление сразу по прибытии.

 

Несколько позже вышли корабли Черноморского флота. 11 июня на ПКР «Ленинград», находившийся в Севастополе, прибыли министр обороны СССР Маршал Советского Союза А. А. Гречко и Главнокомандующий ВМФ Адмирал Флота СССР С. Г. Горшков, а также секретарь Крымского обкома партии А. Кириченко. Они прибыли для контроля фактической готовности кораблей и экипажей к походу. Демонстрация прошла с фактическим показом действий вертолётов-тральщиков.

 

Министр обороны и Главнокомандующий ВМФ, находясь на сигнальном мостике, внимательно наблюдали в бинокли за действиями сил. После успешного показа они опять побеседовали с офицерами, мичманами и матросами, а затем Гречко сообщил, что правительство АРЕ обратилось к руководству нашей страны с просьбой помочь в разминировании Суэцкого канала. От имени Политбюро он поставил задачу, которая должна была быть выполнена в кратчайший срок.

 

15 июня в 11.00 отряд кораблей ЧФ, участвующий в тралении, вышел из Севастополя. В состав отряда входили ПКР «Ленинград» (к-1р. Ю. Гарамов), БПК «Скорый» (к-2р. В. Мотин) (пр. 61), танкер «Борис Чиликин» (к-3р. А.Ролев) и ранее вышедший ЭОС «Апшерон» (капитан Валеев) с одним спасательным вертолётом "Ка-25сп" на борту. На борту ПКР «Ленинград» находилось 16 вертолётов - 8 - "Ка-25БШЗ", 5 - "Ка-25ПЛ", 1 -"Ка-25СП" и 2 - "Ми-8БТ".

 

Авиагруппа подразделялась на три отряда, которыми командовали соответственно - майор X. Шарипов (штурман отряда капитан А. Туркатов), старший лейтенант В. Ткаченко (штурман отряда старший лейтенант Крекотень), майор Ю. Сосонный (штурман отряда старший лейтенант Кожевников).

 

Черноморские корабли тридцать восемь суток шли к порту Хургада, обходя вокруг Африки. За время перехода корабли отлично сплавались. У всех значительно повысилась морская и профессиональная подготовка. Корабли осуществляли переход без заходов в порты.

 

Переход обоих отрядов кораблей находился под пристальным вниманием западных информационных агентств, которые порой искажали факты и цели миссии советских кораблей. Так, одно из агентств сообщило, что советская эскадра под видом разминирования будет искать в Суэцком заливе сверхсекретную русскую ракету, потерянную египтянами. Такие заявления вызывали у личного состава усмешки.

Начало минной страды.

 

14 июля первый отряд кораблей с ТОФ под командованием капитана 1 ранга А.Аполлонова в составе танкера «Дунай», плавмастерской «ПМ-156», тральщиков «БТ-274», МТЩ «Сахалинский комсомолец», «МТ-66», «МТ-104», преодолев более 8 тысяч миль, прибыл в египетский порт Хургаду.

 

15 июля пришёл второй отряд, состоящий из грузового дизель-электрохода ледового класса «Ванкарем», морского буксира «МБ-175», тральщиков «БТ-103», «МТ-193». Тральщик «Мичман Павлов», буксируемый теплоходом - морским буксиром «Уруп», находился в 780 милях к юго-востоку от острова Сокотра, где они задержались по погодным условиям.

 

На теплоходе «Ванкарем» были доставлены малые корабли и плавсредства отряда: 2 рейдовых тральщика пр. 361 каждый водоизмещением до 30 тонн, десантный катер, 2 шнуроукладчика пр. 103 - буксируемые несамоходные суда (водоизмещением около 20 тонн каждый), командирский катер.

 

Первыми операцию по разминированию Суэцкого залива начали водолазы тихоокеанского флота.

 

 

14

 

ОРЛОВ ВЛАДИМИР МИТРОФАНОВИЧ

 

Капитан первого ранга

https://www.youtube.com/watch?v=aeHnhGKJGMY

 

15 июля 1895 г. родился В.М. Орлов, военно-морской деятель, флагман флота 1 ранга (1935 г.). В 1918-1920 годах служил на Балтийском флоте. В 1926-1930 годы командующий Морскими силами Черного моря. С июня 1931 года - начальник Морских Сил РККА, а с января 1937 года - заместитель наркома обороны. Репрессирован. Погиб в 1938 году.

 

Владимир Митрофанович Орлов (3 (15) июля 1895, Херсон — 28 июля 1938) — советский военно-морской деятель, командующий Морскими силами Чёрного моря, начальник Морских сил РККА, флагман флота 1-го ранга (20 ноября 1935 года). Член Реввоенсовета СССР, член Военного совета при наркоме обороны СССР.

 

Родился в Херсоне в семье директора гимназии. Учился на юридическом факультете Петербургского университета, но не окончил. В 1916 году призван на Балтийский флот, окончил школу мичманов (1917 год). В 1917—1918 годах — вахтенный начальник крейсера «Богатырь». В 1918 году вступил в ВКП(б). В 1918—1920 годах начальник политотдела Балтийского флота, участвовал в боях против войск Юденича.

 

В 1920—1921 годах заместитель начальника Главного политического управления водного транспорта, руководил его восстановлением. С декабря 1921 года — помощник начальника Политуправления Реввоенсовета (РВС) по морской части и начальник Морского отдела Республики. С марта 1923 года — начальник и комиссар военно-морских учебных заведений.

 

С октября 1926 по июнь 1931 года — командующий морскими силами Чёрного моря.

 

С июля 1931 года — начальник Морских сил РККА. В 1931—1934 годах член РВС СССР. С 27 января 1937 года одновременно заместитель наркома обороны СССР по Морским силам.

 

10 июля 1937 года арестован. 28 июля 1938 года приговорён к смертной казни. Расстрелян.

 

Реабилитирован в 1956 году.

Награды

Орден Красного Знамени (23.02.1928)

Орден Красной Звезды (1935)

Фото: Крейсер «Богатырь», на котором Орлов ходил в 1917—1918 гг.

 

 

15

 

ТРИНАДЦАТЫЙ МОРСКОЙ МИНИСТР ИМПЕРАТОРСКОГО ФЛОТА ТЫРТОВ ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ

15 июля 1836 г. родился Павел Петрович Тыртов , адмирал, в 1896–1903 гг. морской министр.

Павел Петрович Тыртов (3 (15) июля 1836,Тверская губерния — 4 (17) марта 1903) — русский флотоводец, адмирал, с 1896 года — Управляющий Морским министерством и член Государственного Совета. Его младший брат, Сергей Петрович Тыртов — вице-адмирал, командующий Черноморским флотом.

 

Родился в родовом поместье Миронежье в Тверской губернии в семье отставного подполковника, председателя Новоторжского окружного управления государственных имуществ.

28 апреля 1854 года закончил Морской кадетский корпус, зачислен мичманом в 15-й флотский экипаж с оставлением в офицерском классе корпуса, закончил образование после войны.

Назначен на корвет «Наварин», с которым вышел в заграничное плавание, однако корабль из-за аварии вернулся в Кронштадт.

1854—1859 — служба на Балтике:

1854 — офицер корабля «Вилагош», оборонявшего Кронштадт.

1855 — офицер пароходофрегата «Камчатка» и флаг-офицер при вице-адмирале И. И. фон Шанце.

1856 — офицер корабля «Не тронь меня». Участвовал в боевых действиях против вражеской эскадры в Финском заливе. Награждён бронзовой медалью на андреевской ленте «В память войны 1853—1856».

После окончания Офицерского класса произведен 6 июня 1857 года в чин лейтенанта и 1857—1859 годах исполнял должность флаг-офицера при командующем Балтийской эскадрой, плавая на пароходофрегатах «Камчатка» и «Отважный», броненосном корабле «Гангут», канонерских лодках «Стерлядь» и «Чайка».

1860—1865 — офицер, затем старший офицер фрегата «Ослябя». Служил в Средиземном море и ходил к берегам Тихого океана и 5 августа 1864 года был награждён орденом Святой Анны III степени.

1865—1867 — старший офицер броненосного фрегата «Генерал-адмирал». В мае-августе 1865 года в составе эскадры под командованием генерал-адмирала великого князя Константина Николаевича плавал в Балтийском море до Стокгольма и Копенгагена. 1 января 1866 года произведен в чин капитан-лейтенанта. В 1866-1867 годах на том же фрегате под командованием капитанов 1-го ранга И. И. Бутакова и М. Федоровского перешел из Кронштадта в Средиземное море и обратно. 1 января 1868 года награждён орденом Святого Владимира IV степени, а 27 мая того же года пожалован греческим орденом Спасителя офицерского креста.

1 января 1869 года назначен командиром парусно-винтового клипера «Алмаз» с переводом в 1-й флотский экипаж. 11 марта того же года переведен во 2-й флотский экипаж.

7 апреля 1869 года назначен командиром канонерской лодки «Смерч» с переводом в 6-й флотский экипаж. Во время летних компаний 1869—1871 годов находился в плавании в Балтийском море. 1 января 1870 года награждён орденом Святого Станислава II степени с пожалованием 1 января 1872 года императорской короны к нему.

1 января 1872 года назначен командиром корвета «Аскольд»[1] с переводом во 2-й флотский экипаж, совершил в 1872—1874 годах кругосветное плавание, за что был пожалован орденом Святой Анны II степени. 1 января 1874 года произведен в чин капитана 2-го ранга, а 22 сентября 1877 года в чин капитана 1-го ранга[2]. За сбережение корвета, 26 января 1881 года, разрешено производить прибавочные, по чину, столовые деньги в размере 702 рублей в год.

 

1879—1880 — командир броненосной батареи «Не тронь меня».

1880—1881 — командир броненосного фрегата «Князь Пожарский». Участвовал в походе на Тихий океан, где занимался научными исследованиями. Награждён японским орденом Восходящего солнца.

 

В 1881—1884 годах командовал броненосным фрегатом «Владимир Мономах.» Участвовал в походах по Балтийскому и Средиземному морям. Награждён в 1882 году орденом Святого Владимира III степени и 1 января 1884 года удостоился Высочайшего благоволения. 15 апреля того же года разрешено сохранить столовые деньги по должности командира судна 1-го ранга в размере 2 тыс. рублей в год.

 

7 июня 1884 года прикомандирован к 8-му флотскому экипажу и в 1885 году участвовал в работе комиссий по пересмотру Морского устава и морских сигналов, за что 20 мая 1885 года ему было объявлено именное Высочайшее благоволение.

 

1 января 1886 года назначен исправляющим должность помощника начальника Главного морского штаба, а 13 апреля 1886 года произведен контр-адмиралы с утверждение в занимаемой должности. В 1887 году, подняв флаг на пароходе «Днепр», командовал Шхерным отрядом Практической эскадры Балтийского моря. В 1888 году был награждён германским орденом Короны II степени со звездой. В 1889 году, на броненосце «Пётр Великий», крейсере «Азия», пароходах «Работник», «Ильмень» и шхуне «Славянка», в должности младшего флагмана практической эскадры, крейсировал в Финском заливе. Награждён орденом Святого Станислава I степени.

 

В 1890 году участвовал в работе комиссии по преобразованию управления морским ведомством, за что 1 апреля удостоился Высочайшего благоволения.

 

8 сентября 1891 года назначен начальником эскадры Тихого океана. Держа флаг на крейсерах «Память Азова», «Дмитрий Донской», «Витязь» и канонерской лодке «Бобр» крейсировал у берегов Китая и Японии. В 1892 году был назначен исправляющим должность старшего флагмана и награждён орденом Святой Анны I степени. 30 августа 1892 года произведен в чин вице-адмирала. В 1893 году награждён японским орденом Восходящего солнца I класса.

 

В 1893 году — начальник Главного управления кораблестроения и снабжения и председатель Комитета Добровольного флота. В 1894 году награждён орденом Святого Владимира II степени.

13 июля 1896 года назначен управляющим Морским министерством и членом Государственного Совета.

6 декабря 1896 года был избран почётным членом конференции Николаевской морской академии и награждён орденом Белого орла, а в следующем году был пожалован австрийским орденом Леопольда большого креста, французским орденом Почётного легиона и прусским орденом Красного орла I класса.

 

6 декабря 1901 года произведен в чин адмирала, а 14 апреля 1902 года назначен генерал-адъютантом.

 

Скоропостижно скончался 4 марта 1903 года. Похоронен в Исидоровской церкви Александро-Невской лавры

Награды

 

Орден Святого Станислава 1-й степени.

Орден Святой Анны 1-й степени.

Орден Святого Владимира 2-й степени

Орден Белого Орла

Орден Александра Невского

Иностранные ордена.

 

Памятные названия

 

В честь П. П. Тыртова названы:

 

Мыс Тыртова (ныне Пэгандан) в Японском море. Обследован в 1893 году экипажем корвета «Витязь».

Бухта Тыртова на Новой Земле

Остров Тыртова в Карском море, архипелаг Норденшельда. Открыт и нанесен на карту полярной экспедицией 1900—1903 гг.

 

 

16

 

РАССВЕТ В ГАВАНИ

 

Перед рассветом гавань заскучала.

Но только как бы крепко ни спала, -

Тревога!

И над линией причала

Взмахнут полоской узкой вымпела.

 

Прикрытые от взглядов тополями,

Стремительны, волну подняв слегка,

Как первым громом грохнут дизелями,

Снимаясь со швартовых, МПК.

 

За их кормой бурун взвихрится пеной

И, полосуя светом темноту,

Лишь позывные выплеснут на стенку

Усталому бессменному посту.

 

А корабли умчатся к горизонту.

След - как морзянка море прострочит.

Вдруг удивленно улыбнется кто-то,

Увидев зорьки первые лучи...

 

Виктор Геманов

 

 

17

 

 

ГРОЗА ПОДЛОДОК «АДМИРАЛ МАКАРОВ»

 

"Адмирал Макаров" провел стрельбы над польским кораблем

https://www.youtube.com/watch?v=zJaMr1Ovoq4

https://www.youtube.com/watch?v=quH3-WOQsTo

 

В июле 1972 года плавсостав Военно-морского флота СССР пополнился очередным кораблем. 2 июля 1972 года Военно-морской флаг СССР был поднят на большом противолодочном корабле «Адмирал Макаров». Этот корабль, построенный по проекту 1134-А, был зачислен в списки ВМФ СССР 2 февраля 1968 года, а 29 февраля 1969 года корабль был заложен на судостроительном заводе имени А. Жданова в Ленинграде. Спуск корабля на воду произошел 22 января 1970 года, а 25 октября 1972 года корабль официально вступил в строй.

 

Увеличение мощи противолодочной обороны советского военно-морского флота потребовалось в связи с ростом угрозы ракетно-ядерного удара с подводных лодок вероятного противника. Противолодочная оборона стала одной из основных задач Военно-морского флота СССР, заключавшейся в поиске и уничтожении атомных подводных лодок вероятного противника. Само собой разумеется, что вероятным противником тогда считались Соединенные Штаты Америки – пожалуй, единственная страна мира, чей военный потенциал тогда был сравним с советским.

 

Для того, чтобы повысить эффективность противолодочной обороны, 10 августа 1964 года Советом Министров Советского Союза было даже принято специальное постановление – о строительстве противолодочных надводных кораблей с усиленным составом вооружения. Был разработан и принят новый проект строительства больших противолодочных кораблей – 1134, который подлежал дальнейшему развитию и усовершенствованию. На вооружение больших противолодочных кораблей предлагалось принять УРПК-3 «Метель», ГАС МГ-332 «Титан-2», УЗРК М-11 «Шторм» и РЛС МР-600 «Восход». Новый проект получил название 1134-А «Беркут-А» и разрабатывался в 1964-1965 гг. в северном ПКБ под руководством главного инженера бюро – конструктора Василия Федоровича Аникиева, впоследствии удостоенного высшей государственной награды – звания Героя Социалистического Труда (1984).

Построенные в соответствии с этим проектом корабли должны были отслеживать и уничтожать атомные подводные лодки противника во всем мире, а также обеспечивать поддержку тактических групп военно-морского флота, противолодочную, противокорабельную и противовоздушную оборону кораблей, судов, соединений во время морских переходов. В то время, учитывая большую мобильность советского военно-морского флота, это представлялось очень важной задачей.

 

Первым кораблем в серии 1134-А стал большой противолодочный корабль «Кронштадт», заложенный 30 ноября 1966 г. и спущенный на воду в феврале 1968 года. Затем были построены большие противолодочные корабли «Адмирал Исаков» и «Адмирал Нахимов», и, наконец, настала очередь большого противолодочного корабля «Адмирал Макаров». 22 января 1973 года он был включен в состав ВМФ СССР и уже в апреле 1973 года предпринял свой первый поход, перейдя на Северный флот, в состав которого он и был зачислен 25 апреля 1973 года. Первым командиром БПК «Адмирал Макаров» был назначен капитан 2 ранга Валентин Александрович Чкалов, занимавший эту должность с 1971 по 1974 гг.

 

В июне-декабре 1974 года проходил свою первую боевую службу в Атлантике, совершил заходы на Кубу и в Марокко. Также во время турецкого вторжения на Кипр участвовал в эвакуации советских граждан с острова.

 

С17 июня по 8 декабря 1974 года БПК «Адмирал Макаров» находился в Центральной Атлантике и Средиземном море – в составе отряда советских военных кораблей, в который входили БПК «Адмирал Нахимов», ЭМ «Бывалый» и военный танкер «Днестр». Как раз в то время, когда корабли ВМФ СССР находились в походе, возник знаменитый Кипрский кризис. 15 июля 1974 года на Кипре произошел военный переворот, в результате которого был свергнут президент архиепископ Макариос III. Переворот был организован ЭОКА-Б – «Национальной организацией освобождения Кипра», которая поставила на пост главы государства кипрского греческого националиста Никоса Сампсона. За спиной ЭОКА-Б стояли находившиеся у власти в Греции т.н. «черные полковники», также придерживавшиеся идей греческого национализма. В ответ Турция, посчитав приход к власти на острове националистов прямой угрозой безопасности турецкого населения Северного Кипра, высадила на острове 35-тысячный армейский корпус. Под контролем турецких войск оказались 37% кипрской территории, в первую очередь – районы острова, населенные этническими турками. Греция и Турция, два важнейших члена НАТО в Средиземноморье, оказались на пороге открытого вооруженного конфликта.

 

В район Кипра были направлены советские корабли БПК «Адмирал Нахимов» и БПК «Адмирал Макаров». Перед ними была поставлена задача обеспечения безопасности находящихся на острове советских граждан, в первую очередь – сотрудников дипломатических миссий и торговых представительств. Затем корабли конвоировали теплоход «Башкирия», на котором с острова Кипр были эвакуированы граждане Советского Союза и члены их семей. Во время «кипрской операции» советские военные корабли не вступали в какие-либо конфронтационные действия с иностранными военно-морскими силами.

 

Не забывали советские большие противолодочные корабли и о своей главной функции – наблюдении за подводными лодками вероятного противника, в первую очередь – ВМС США. Помимо подводных лодок, БПК «Адмирал Макаров» наблюдал и за надводными кораблями вероятного противника. Например, находясь в Атлантическом океане, БПК «Адмирал Макаров» обнаружил следовавший без охранения американский авианосец Forrestal. Он едва не столкнулся с советским кораблем, после чего повернул и стал уходить, набирая скорость. Командование БПК «Адмирал Макаров», связавшись с командованием ВМФ СССР, получило приказ следить за американским авианосцем. Хотя ни одного военного корабля какой-либо из стран НАТО в данное время вблизи советского корабля не наблюдалось, осуществлять слежку за авианосцем было весьма сложно из-за постоянно сновавших гражданских судов. Тем не менее, БПК «Адмирал Макаров» уверенно преследовал американский авианосец в пределах визуальной видимости, пока в районе Бискайского залива не было получено распоряжение о прекращении преследования. Эта история – типичный пример боевых будней большого противолодочного корабля.

 

Очень передовыми по тем временам были и противолодочные возможности «Адмирала Макарова». Все корабли проекта 1134 А отличались в лучшую сторону от американских фрегатов. Так, аппаратура советских кораблей позволяла определять следование подводных лодок по их кильватерному следу. Сам же советский большой противолодочный корабль оставался для противника незаметным. Обычно поиск подводной лодки выглядел так. «Адмирал Макаров», патрулировавший воды Северной Атлантики, обнаруживал американскую атомную подводную лодку и начинал идти по ее следу. В это время американский экипаж не придавал шедшему сверху судну особого значения, считая, что это идет какое-то обычное гражданское судно. Лишь когда «Адмирал Макаров» включал свои гидроакустические комплексы, на американской субмарине начиналась настоящая паника. Экипаж американской подлодки в этой ситуации уже осознавал всю гибельность своего положения, понимая, что лодка находится под прицелом советского большого противолодочного корабля. Американская субмарина увеличивала скорость до максимума. В некоторых случаях в дело вступал вертолет, помогавший определить точные координаты американской субмарины. Естественно, после таких встреч с советским большим противолодочным кораблем американские подводники долгое время пребывали в шоке, и их можно понять – ведь они были фактически на волоске от гибели, и в случае военного времени субмарина была бы уничтожена очень быстро.

 

«Адмирал Макаров» прослужил в советском военно-морском флоте более двадцати лет. Конечно, он мог бы служить и больше, если бы вовремя проводились модернизационные работы. Но историческая эпоха внесла свои коррективы в судьбу и военно-морского флота страны, и большого противолодочного корабля «Адмирал Макаров». В 1992 году корабль был исключен из состава Северного флота ВМФ Российской Федерации. То было время странных либеральных надежд на мир и дружбу с Соединенными Штатами Америки, на государственном уровне пропагандировалась необходимость сокращения вооруженных сил, отказа от вооружений. На практике же военно-морской флот страны стремительно разваливался, и тогдашнее руководство практически не предпринимало никаких действий для сохранения российского военно-морского могущества.

 

В 1994 году, спустя два года после «списания» «Адмирала Макарова», знаменитый советский военный корабль был продан в Индию – на металлолом. Так печально закончилась судьба корабля, на котором несли службу поколения советских офицеров, мичманов, старшин и матросов. Прошло двадцать три года, как корабль «Адмирал Макаров» прекратил свое физическое существование. Однако 2 сентября 2015 года был спущен на воду новый корабль под тем же названием – фрегат, сторожевой корабль проекта 11356 «Адмирал Макаров». Он поступил на службу в составе Черноморского флота ВМФ Российской Федерации и должен стать достойным преемником российских и советских кораблей, носивших славное имя адмирала Макарова.

 

Автор: Илья Полонский

 

 

18

 

 

ВАЛЕНТИН САВВИЧ ПИКУЛЬ

https://www.youtube.com/watch?v=5zDluZrY4Bo

 

(13 июля 1928, Ленинград — 16 июля 1990, Рига) — русский советский писатель, автор многочисленных художественных произведений на историческую и военно-морскую тематику. Все его произведения учат мужеству, стойкости и преданности Родине.

 

Детские годы Вали Пикуля прошли в Ленинграде. В 1940 году Валя с матерью переехал из Ленинграда в город Молотовск, на место работы отца. В 1941 году Валя Пикуль сдав экзамены поехал на каникулы к бабушке в Ленинград. Из-за начавшейся войны вернуться до осени не удалось. Матери с сыном пришлось пережить первую блокадную зиму в Ленинграде. Отец с декабря 1941 года стал батальонным комиссаром Беломорской военной флотилии и переехал в Архангельск. Весной 1942 года Валя больной цингой и дистрофией, с матерью выехал из Ленинграда по «Дороге жизни» и эвакуировался в Архангельск.

 

Дистрофия и цинга едва не свела подростка в могилу. Поправившись, Валентин в свой 14-й день рождения сбежал из дома в школу юнг на Соловках (был юнгой первого набора). Там он узнал, что стал сиротой.

Отец перевёлся в морскую пехоту и годом позже старший политрук Пикуль С. М., состоявший в Политуправлении СФ, пропал без вести в боях под Сталинградом в феврале 1943 года. Мать умерла.

Курсанты, приняв присягу, занимались по 10—12 часов в сутки. С них спрашивалось как с взрослых бойцов.

В 1943 году Пикуль окончил школу юнг на Соловецких островах по специальности — «рулевой-сигнальщик». Все выпускные экзамены он сдал на пятерки и при распределении, как отличник боевой и политической подготовки, выбрал Северный флот и эсминец «Грозный», конвоировавший караваны с поставками по ленд-лизу и охотившийся за немецкими подлодками, где прослужил до конца войны.

На корабле юнга освоил профессию штурманского электрика, и в 1945 г. стал командиром боевого поста. На берег бравый моряк сошел в брюках клеш, с орденом Отечественной войны 2-й степени и тремя медалями: «За оборону Ленинграда», «За оборону Советского Заполярья», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» и с характеристикой: «Юнга В.С. Пикуль способен на совершение необдуманных поступков».

 

После победы был отправлен в Ленинградское подготовительное военно-морское училище. После первого курса он был демобилизован за «нехваткой знаний». С пятью классами ему угнаться за курсантами, имевшими образование 7—9 классов, было немыслимо.

 

Работал начальником отдела в водолазном отряде, потом в пожарной части. Занимался самообразованием. Уже тогда Пикуль решил посвятить себя литературному творчеству.

 

Десять лет писатель искал свой «нерв» в литературе, работал как проклятый, без праздников, выходных и отпусков (он так работал всю жизнь), метался между стихами и рассказами, между историей русского Севера и историей России, которая, в конце концов, и стала главной темой его сочинений.

 

Исторических материалов писатель за свою жизнь собрал более 11 000 томов. Оставшиеся после его смерти архивы огромны.

 

Ныне имя В. С. Пикуля носят:

 

сухогруз «Валентин Пикуль» (порт приписки Санкт-Петербург)

тральщик Черноморского флота «Валентин Пикуль» (порт приписки Новороссийск)

пограничный сторожевой корабль ПСКР-924 «Валентин Пикуль» (пр. 10410, порт приписки Каспийск, Дагестан)

малая планета Пикулия (Т4174; открыта в 1982 году)

улицы в городах Балтийске и Североморске (с 1991 года)

библиотеки Балтийского и Тихоокеанского флотов

 

Награды

 

Два ордена Трудового Красного Знамени (1978, 1988)

Орден Дружбы народов

Орден Отечественной войны II степени

Медаль «За оборону Ленинграда»

Медаль «За оборону Советского Заполярья»

Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.»

Государственная премия РСФСР имени М. Горького (1988) — за роман «Крейсера» (передал пострадавшим от землетрясения в Армении)

Литературная премия Министерства обороны СССР (1988) — за роман «Из тупика» (отдал рижскому госпиталю, где лечились воины-«афганцы»)

Премия имени М. А. Шолохова (1993 — посмертно) — за роман «Нечистая сила»

 

19

 

АНДРЕЙ ИППОЛИТОВИЧ ВИЛЬКИЦКИЙ

 

https://www.youtube.com/watch?v=ELaoCRx_zUs

https://www.youtube.com/watch?v=1A56hCIDCnc

https://www.youtube.com/watch?v=Zv7p4zRp8Ho

 

 

13 июля 1858 г. родился А.И. Вилькицкий, гидрограф-геодезист, генерал-лейтенант Корпуса флотских штурманов (1909 г.). Службу начал в 1875 году юнкером на Балтийском флоте. Окончил гидрографическое отделение Николаевской морской академии (1880 г.). В 1894-1901 годах под его руководством были произведены гидрографические работы от устья Печоры до Енисея. С 1907 года по 1913 год являлся начальником Главного гидрографического управления. Обеспечил выполнение большого числа работ по обеспечению безопасности мореплавания.

Андрей Ипполитович Вилькицкий (1858—1913) — русский гидрограф-геодезист, полярный исследователь, генерал корпуса гидрографов, начальник Главного гидрографического управления.

 

Родился в семье дворянина Борисовского уезда Минской губернии. Учился в гимназии.

 

В 1875 году начал службу на Балтийском флоте юнкером.

В 1877 году, после сдачи экзаменов в специальном юнкерском классе Морского корпуса, он был произведён в гардемарины.

 

В сентябре 1878 года Вилькицкий произведён в офицерский чин — мичман.

 

В 1880 году окончил Николаевскую морскую академию, специализируясь по гидрографии.

 

7 апреля 1882 года стал членом Императорского Русского географического общества.

 

В 1882—1887 годах участвовал в экспедиции Гидрографического департамента Морского министерства по исследованию Онежского озёра.

 

В 1887 году был командирован во главе Арктической гидрографической экспедиции в Хайпудырскую губу и на архипелаг Новая Земля для определения ускорения силы тяжести посредством маятника.

 

По итогам экспедиций, за опубликованные работы по магнитным наблюдениям и определению силы тяжести был награждён двумя золотыми медалями и медалью имени Ф. П. Литке Русского Географического общества.

 

С 1894 по 1896 год подполковник Вилькицкий возглавлял гидрографическую экспедицию на пароходе «Лейтенант Овцын» и ряде вспомогательных судов, исследовавшей морское побережье на участке от устья Печоры до Енисея, в Енисейском заливе и Обской губе.

 

В 1898—1901 годах — полковник Вилькицкий руководил исследованиями устьев рек Печора, Енисей, южной части Карского моря, составил подробные карты этого района.

С 1907 года — начальник Главного гидрографического управления (ГГУ), его заместителями были гидрографы Н. В. Морозов, Ф. К. Дриженко, Ю. М. Шокальский, М. Е. Жданко.

 

В 1909 году произведён в генерал-лейтенанты Корпуса флотских штурманов. Вилькицкий организовал при ГГУ штурманский офицерский класс. Под его руководством был разработан 30-летний план гидрографических работ во всех морях России и десятилетний план постройки маяков.

В 1912 году в Петербурге под руководством генерала А. И. Вилькицкого была проведена вторая Международная морская конференция по обеспечению безопасности мореплавания. Луи Рено, руководитель французской делегации на Международной морской конференции 1912 г., в частности, отмечал: «…В России образовалась группа гидрографов, которая служит предметом удивления для всех специалистов».

 

В 1912 году по инициативе Вилькицкого был учреждён особый Корпус гидрографов. Учреждение этого корпуса юридически закрепило в Российском флоте специальность гидрографа, способствовало повышению качества и эффективности навигационного обеспечения военного и транспортного флотов. В корпусе было 10 генеральских должностей, 72 штаб-офицерские (полковники, подполковники) и 124 обер-офицерские (капитан, штабс-капитан, поручик, подпоручик). Специалисты корпуса подразделялись на гидрографов и гидрографов-геодезистов. В Положении о корпусе были оговорены условия зачисления и прохождения службы.

 

В 1913 году А. И. Вилькицкий был зачислен в Корпус гидрографов со званием гидрографа-геодезиста, произведен в полные генералы Корпуса гидрографов и уволен со службы по болезни.

 

В течение службы Андрей Ипполитович был награждён орденами св. Станислава I степени, св. Владимира III степени, св. Анны III степени.

 

26 февраля (11 марта) 1913 года, на 54-м году жизни, генерал Вилькицкий скончался и был похоронен на Смоленском православном кладбище.

 

Адреса в Санкт-Петербурге

 

1892—1895 — Офицерская улица (Декабристов с 1918), 62;

1895—1900 — Малая Мастерская (Мастерская с 1912) улица, 9;

1900—1913 — набережная Екатерининского канала (Грибоедова с кон. 1920-х), 96.

 

Именем Вилькицкого названы мыс, ледник, гора и залив на архипелаге Новая Земля, остров и острова Вилькицкого в Карском и острова в Восточно-Сибирском морях.

На доме по адресу набережная канала Грибоедова, 96 в 2002 году была установлена мемориальная доска (архитектор Т. Н. Милорадович).

Океанографическое исследовательское судно проекта 850 Балтийского, затем Северного флотов ВМФ СССР и РФ в 1965—1995 годах.

 

Библиография

 

Атлас реки Енисея от г. Енисейска до Енисейского залива / Сост. Гидрограф. эксп. под начальством подполк. Вилькицкого. Масшт.: 5 вер. в дюйме. — [СПб.☺ Изд. Гл. гидрогр. упр. Морск. М-ва, 1910.

Вилькицкий А. И. Географическая широта города Архангельска // Морской Сборник. — 1893. — № 5. — С. 23—38.

Вилькицкий А. И. Наблюдения над качанием поворотных маятников Репсольда, произведенные в Енисейске, сел. Гольчихе, г. Березове, Обдорске и в Югорском шаре в 1894—1896 гг. // Записки РГО по общей географии. — 1903. — Т. XXX, № 4. — С. 1—84.

Вилькицкий А. И. О работах гидрографической экспедиции в 1895 г. в реках Енисее, Оби и Ледовитом океане // Известия РГО. — 1896. — Т. 32.

Вилькицкий А. И. Предварительный отчет о работах гидрографической экспедиции в 1894 г. в реке Енисее и Ледовитом океане // Известия РГО. — 1895. — Т. 31. — С. 136—152.

Вилькицкий А. И., Иванов К. Определение по телеграфу разности долгот Енисейска и Красноярска // Записки по гидрографии. — 1897. — Вып. XVIII. — С. 92—148.

 

 

20

 

ОПЕРАЦИЯ «АНАДЫРЬ»

 

12 июля 1962 г. в связи с готовившейся интервенцией США против Кубы начались морские перевозки на Кубу советских войск по плану "Анадырь". На Кубе предполагалось разместить группу советских войск под командованием генерала армии И.А. Плиева. Начавшиеся перевозки и оборудование ракетных позиций на острове привели к так называемому "Карибскому кризису" и угрозе возникновения третьей мировой войны. Благодаря переговорам Н.С. Хрущева и Д.Ф. Кеннеди и принятию сторонами ряда взаимных обязательств кризис был ликвидирован.

 

«Анадырь» — кодовое название секретной операции Генерального штаба Вооруженных сил СССР по скрытной доставке и размещению на острове Куба в 1962 году армейских боевых частей и подразделений, имевших на вооружении атомное оружие, включая атомные авиационные бомбы, баллистические ракеты средней дальности, тактические ракеты «Луна», «Сопка» и «фронтовые крылатые ракеты» с присоединяемыми к ним атомными боевыми головными частями. Семь дизельных ударных подводных лодок Военно-морского флота СССР, вооружённые ракетами и торпедами с атомными боевыми головными частями, обеспечивали безопасность морских перевозок советских войск и военных грузов в Атлантике. Разработку операции осуществляли маршал Иван Баграмян, генерал-полковник Семён Иванов и генерал-лейтенант Анатолий Грибков. Операция была ответом на попытку военной интервенции на Кубу со стороны США и инициировала тяжелейшее политическое, дипломатическое и военное противостояние СССР и США, которое могло привести к атомной мировой войне глобального масштаба и известно в истории международных отношений как Карибский кризис. Руководил операцией генерал армии И. А. Плиев.

 

Отличительной особенностью операции «Анадырь» было то, что министерство иностранных дел СССР не было поставлено в известность о проводимых высшим военным и политическим руководством СССР «мероприятиях». Обычные дипломатические каналы оказались «закрыты», что впоследствии вызвало тяжелый дипломатический кризис в отношениях между СССР и США и, в условиях взаимного недоверия, острого дефицита времени, отсутствия нормально работающей дипломатической связи и общепризнанных процедур консультаций, едва не привело к ракетно-ядерной войне глобального масштаба.

Обмен информацией между высшими политическими и военными кругами СССР и США в разгар кризиса осуществляли: со стороны СССР — офицер внешней разведки КГБ Александр Феклисов (оперативный псевдоним Фомин) и его непосредственный начальник в Москве генерал-майор Александр Сахаровский; со стороны США — младший брат президента США министр юстиции Роберт Кеннеди и его доверенное лицо американский журналист Джон Скали. Этот необычный и драматический эпизод межправительственных контактов на высшем уровне вошел в историю под названием «канал Скали-Фомин».

 

Следствием «Карибского кризиса» стали двусторонние дипломатические консультации СССР и США о предотвращении подобных тяжелых инцидентов в будущем и установление процедуры немедленного взаимного информирования сторон, в том числе — путём прямых переговоров лидеров стран. С этого времени существует круглосуточный устойчивый прямой канал связи (до 1991 года — между лидером СССР и Президентом США; с 1991 года — между Президентом РФ и Президентом США).

 

 

Операция «Анадырь»

 

 

Разработку плана по доставке и размещению советской группы войск на Кубе возглавил маршал СССР Иван Баграмян — заместитель Министра обороны СССР — начальник Тыла Вооруженных Сил СССР. Чтобы навести потенциального противника на мысль о подготовке «мероприятий» на севере СССР, операции было дано название «Анадырь»; личному составу воинских подразделений, привлекавшихся к операции выдали лыжи, валенки и армейские овчинные тулупы. В приказах было объявлено, что воинские контингенты направляются для выполнения «специальных мероприятий», без указания сроков и места переброски. Части и подразделения немедленно доводились до штатов «военного времени», личному составу выдавалось стрелковое оружие и боеприпасы, проходили интенсивные тренировки и учения в условиях, максимально «приближенных к боевым» для сплачивания подразделений, проверки функционального состояния аппаратуры и техники. Одновременно готовились площадки для погрузки контингента в железнодорожные составы, выделялся подвижной состав, определялся порядок и сроки переброски техники и войск в морские порты погрузки. Мероприятия сопровождались строгим режимом секретности и проведением мер дезинформации потенциального противника. Американской разведке и разведке НАТО не удалось своевременно и точно вскрыть цель, задачи и масштаб проводимой операции. Сведения, добытые разведывательным сообществом США и разведками стран НАТО были неполными и разрозненными. «Де-факто» в Вашингтоне ясно поняли, что происходит, только после получения дешифрованного фотоснимка, сделанного разведывательным самолётом «U-2» 14 октября 1962 года.

Планируемый состав группировки.

 

К 20 июня была сформирована группа советских войск на Кубе для развёртывания на острове:

подразделения ракетных войск стратегического назначения в составе: сводная 51 ракетная дивизия (16 пусковых установок и 24 ракеты Р-14), 79-го ракетного полка 29-й ракетной дивизии и 181-го ракетного полка 50-й ракетной дивизии (24 пусковые установки и 36 ракет Р-12) с приданными им ремонтно-техническими базами, частями и подразделениями обеспечения и обслуживания. Ядерный потенциал дивизии в первом пуске достигал 70 мегатонн;

сухопутные войска прикрытия ракетных сил: 302, 314, 400 и 496-й мотострелковые полки;

войска противовоздушной обороны: 11-я зенитно-ракетная дивизия ПВО (12 установок С-75, со 144 ракетами), 10-я зенитная дивизия ПВО (зенитная артиллерия), 32-й гвардейский истребительный авиационный полк (40 новейших фронтовых истребителей МиГ-21Ф-13, 6 учебно-тренировочных самолётов МиГ-15УТИ);

военно-воздушные силы: 134-я отдельная авиационная эскадрилья (11 самолётов); 437-й отдельный вертолётный полк (33 вертолёта Ми-4); 561 и 584-й полки крылатых ракет (16 пусковых установок, из них 12 установок ещё не принятых на вооружение тактических ракет «Луна»);

военно-морской флот: 18-я дивизия и 211-я бригада подводных лодок (11 подводных лодок), 2 плавбазы, 2 крейсера, 2 ракетных и 2 артиллерийских эсминца, бригада ракетных катеров (12 единиц); отдельный подвижной береговой ракетный полк (8 пусковых установок буксируемого берегового ракетного комплекса «Сопка»); 759-й минно-торпедный авиационный полк (33 самолёта Ил-28); отряд судов обеспечения (5 единиц);

подразделения тыла: полевой хлебозавод, три госпиталя (600 койкомест), санитарно-противоэпидемический отряд, рота обслуживания перевалочной базы, 7 складов.

На Кубе планировалось сформировать 5-й флот ВМФ СССР в составе надводной и подводной эскадр.

В состав надводной эскадры планировалось включить 26 кораблей:

 

крейсера пр. 68-бис   «Михаил Кутузов» и «Свердлов»;

ракетный эсминец проекта 57-бис «Гневный», «Бойкий»;

артиллерийские эсминцы проекта 56 «Светлый» и «Справедливый»;

бригада ракетных катеров проекта 183Р «Комар» — 12 единиц;

8 вспомогательных судов, в том числе 2 танкера, 2 сухогруза, 1 плавмастерская.

 

В состав эскадры подводных лодок планировалось включить:

 

дизельные ракетные подводные лодки проекта 629: К-36, К-91, К-93, К-110, К-113, К-118, К-153 с баллистическими ракетами Р-13;

дизельные торпедные подводные лодки проекта 641: Б-4 «Челябинский комсомолец», Б-36, Б-59, Б-130;

плавбазы проекта 310 «Дмитрий Галкин», «Фёдор Видяев».

 

Командующим ГСВК был назначен генерал И. А. Плиев. Командующим 5-м флотом был назначен вице-адмирал Абашвили Георгий Семёнович. Перебазирование подводных лодок на Кубу было выделено в отдельную операцию под кодовым наименованием «Кама».

 

В результате массовой скрытной передислокации войск к 27 октября доставленные на Кубу ракеты Р-12 были готовы к нанесению ядерного удара по территории США. Несмотря на то, что ракеты были доставлены на Кубу 9 сентября, обнаружены они были только 14 октября. Причём оставалось неизвестным для США как количество ракет, так и количество ядерных боеприпасов на Кубе: факт доставки тактических ядерных боеприпасов разведкой США установлен не был.

 

Группировка советских войск оценивалась не более 22 тысяч человек, в то время как на Кубу уже было перевезено до 50 тысяч человек личного состава.

 

 

Созданная Группа советских войск на Кубе ГСВК насчитывала:

 

2 дивизиона ракет средней дальности Р-12;

2 подразделения крылатых ракет;

4 мотострелковых полка;

2 танковых батальона;

40 истребителей МиГ-21 и 6 учебно-тренировочных самолётов МиГ-15УТИ;

42 бомбардировщика Ил-28;

зенитно-ракетные комплексы С-75;

ствольная зенитная артиллерия.

 

Единственными надводными кораблями, перебазированными на Кубу, были 12 ракетных катеров проекта 183Р с крылатыми ракетами П-15, перевезённые в трюмах сухогрузов.

 

Поставленные советским правительством военно-политические цели были в основном достигнуты:

 

США пошли на переговоры по разоружению ракетных баз в Западной Европе в обмен на вывод ракет с Кубы (к концу 1963 года все американские ракеты «Тор» и «Юпитер» были выведены из стран Западной Европы и Турции);

США публично заявили об отказе от планов вооружённого свержения правительства Кастро;

Открытое противостояние с США повысило авторитет Советского Союза перед лицом его союзников.

 

 

29 мая 1963 года было подписано соглашение между СССР и республикой Куба об оставлении на острове символического количества советских войск — мотострелковой бригады. И группа советских войск на Кубе (ГСВК) была переименована в Группу Советских военных специалистов на Кубе (ГСВСК).

 

Указом Президиума Верховного Совета СССР № 1739 от 1 октября 1963 года «за образцовое выполнение специального задания правительства» 1001 военнослужащий был награждён орденами и медалями:

 

 

орденом Ленина — 18 человек

орденом Красного Знамени — 38

орденом Красной Звезды — 591

орденом «Знак Почёта» — 1

медалью «За отвагу» — 138

медалью «За боевые заслуги» — 205,

медалью «За трудовую доблесть» — 6

медалью «За трудовое отличие» — 4 чел.

 

По рассекреченным в 2017 году данным Министерства обороны Российской Федерации, на Кубе в период с 1 августа 1962 года по 16 августа 1964 года погибли 64 советских гражданина

 

 

21

 

МОРСКАЯ СЛАВА РОССИИ. 12 ИЮЛЯ 1928 г. ЛЕДОКОЛ «КРАСИН» СПАС ИТАЛЬЯНСКИХ ПОЛЯРНИКОВ

 

Ледокол "Красин" Миссия спасать. Документальный фильм

https://www.youtube.com/watch?v=-tfMIdtK7tM

 

 

Одна из самых драматичных историй покорения Арктики, за которой, затаив дыхание, следил весь мир, произошла в 1928 году.

 

Итальянский дирижабль «Италия» под командованием Нобиля летел к Северному полюсу и потерпел аварию. Весь мир взволновала судьба исчезнувших во льдах Арктики аэронавтов. На розыски отправились экспедиции нескольких стран, в т.ч. две советские спасательные экспедиции. Но только одной из них удалось пройти в глубь Арктики, достигнуть места аварии и спасти погибавших.Команду генерала Нобиле спасли деревенский радиолюбитель и построенный в Англии советский ледокол «Красин».

 

Вылет «Италии» состоялся 23 мая 1928 года. Вылетев утром, к полуночи экспедиция достигла Северного полюса, на который были сброшены флаг Италии и крест, освящённый Папой Римским. После этого счастливые путешественники развернули дирижабль.

 

На обратном пути «Италия» столкнулась с сильным встречным ветром, увеличившим расход топлива, и с техническим проблемами — заклинило руль высоты.

 

Около 10:30 утра 25 мая «Италия» начала падать и в 10:33 ударилась о лёд. В результате падения дирижабль развалился на части. Шесть путешественников, среди которых оказался и журналист Уго Лаго, взмыли вверх на неуправляемом дирижабле и были унесены ветром на восток. О судьбе этой шестёрки так и не появилось никаких вестей. Они по сей день числятся пропавшими без вести.

 

Из 10 человек, оказавшихся на льду, моторист Помелла погиб при ударе, у ещё троих, включая Нобиле, были сломаны конечности.

 

Во время падения на лёд выпали несколько контейнеров с едой и часть мешков со снаряжением. Кроме того, выпал особый мешок со средствами навигации и связи, который был заранее подготовлен для исследовательской высадки на лёд, а также четырёхместная палатка.

 

Обустроив лагерь, девять членов экспедиции предпринимали попытки выжить и связаться с Большой землёй. Палатку экспедиции облили красной краской, чтобы она была лучше заметна на льду.

 

Больше недели мир, наблюдавший за экспедицией Нобиле, был в неведении о его судьбе. Но 3 июня случилось невероятное — сигнал, посылаемый со льдины радистом экспедиции Джузеппе Бьяджи, принял на самодельный приёмник советский радиолюбитель Николай Шмидт, житель деревни Вознесенье-Вохма Северо-Двинской губернии.

 

Шмидт передал информацию в Общество друзей радио в Москве, а спустя сутки Советский Союз известил об этом правительство Италии.

 

В СССР был создан Комитет помощи «Италии», который возглавил заместитель наркома по военным и морским делам СССР Иосиф Уншлихт.

 

После новости о том, что «Италия» потерпела крушение, принять участие в спасении полярников вызвались представители нескольких стран мира. К дрейфующей льдине, где находилась группа Нобиле, выдвинулись ледоколы разных стран, добраться до лагеря пытались самые известные лётчики.

 

Это была первая в истории человечества международная спасательная операция, в которой участвовало 18 кораблей и 21 самолёт из шести стран.

 

Попытки спасения итальянцев не обошлись без жертв. Руаль Амундсен, бывший друг и заклятый соперник Нобиле, 18 июня 1928 года вылетел на Шпицберген на гидросамолёте «Латам-47», чтобы принять участие в поисках, однако сам пропал без вести вместе с экипажем из пяти человек. Погибли три итальянских пилота, также участвовавших в поисковых работах.

 

Советский Союз предоставил для спасательной экспедиции два ледокола — «Малыгин» и «Красин». Первый, вышедший 12 июня из Архангельска, 20 июня был зажат льдами в Баренцевом море и не смог помочь итальянцам.

Второй, «Красин», вышел из Ленинграда 16 июня. Этот ледокол был построен по заказу российского правительства в Англии, на верфи города Ньюкасл.

 

Спасательную экспедицию на «Красине» возглавлял полярный исследователь Рудольф Самойлович, капитаном «Красина» был Карл Эгги. На судне был размещён самолёт «Юнкерс» ЮГ-1, который пилотировали лётчики Борис Чухновский и Георгий Страубе.

 

«Красин» прибыл в норвежский порт Берген 21 июня. К этому времени в лагерь Нобиле уже добрались иностранные пилоты. 20 июня гидросамолёт под управлением Умберто Маддалены доставил на льдину продовольствие и медикаменты. Спустя два дня пришли ещё два самолёта с грузами.

 

23 июня случилось событие, которое потом будут долго ставить в вину Умберто Нобиле. В этот день шведский лётчик Эйнар Лундборг на двухместном самолёте вывез со льдины начальника экспедиции вместе с его собакой на шведскую авиабазу, а на следующий день Нобиле был доставлен на итальянский пароход «Читта ди Милано».

 

Ещё раньше девять оставшихся в живых разделились на две группы: шесть человек, включая Нобиле, остались у палатки, а трое — метеоролог Финн Мальмгрен, а также штурманы Филиппо Цаппи и Адальберто Мариано — вышли из лагеря, чтобы добраться до Конгсфьорда пешком.

 

Это событие произошло ещё 30 мая, и считалось, что Нобиле улетает, чтобы координировать усилия по спасению остальных, в том числе шестёрки, унесённой на дирижабле, и группы Мальмгрена.

 

Лётчик Лундборг, вывезя Нобиле, был уверен, что в течение двух дней эвакуирует оставшуюся у палатки пятёрку, однако при второй посадке в лагере его самолёт потерпел аварию. Самого Лундборга из лагеря вывезли другие шведские пилоты, однако рисковать ещё раз ради итальянцев они не решились.

 

Настал черёд «Красина», который к этому времени двигался в сторону Шпицбергена.

 

10 июля 1928 года экипаж советского самолёта, доставленного «Красиным», во время разведки обнаружил лагерь и сбросил итальянцам еду и одежду. 11 июля лётчик Чухновский нашёл группу, ушедшую пешком.

 

Но на обратном пути неудача постигла и Чухновского — не найдя в тумане ледокол, он сел на лёд, наскочив на торос, и сломал шасси.

 

Лётчики сообщили по радио, что отказываются от собственного спасения до тех пор, пока «Красин» не примет на борт итальянцев.

 

Рано утром 12 июля 1928 года ледокол «Красин» обнаружил двух из трёх полярников, самостоятельно ушедших за помощью — Филиппо Цаппи и Адальберто Мариано, они были подняты на борт. По их словам, Финн Мальмгрен погиб от истощения за месяц до их обнаружения советской спасательной экспедицией.

 

Мариано был сильно обморожен — ему пришлось ампутировать ногу. По мнению врачей, «Красин» успел вовремя — ещё 10–12 часов, и итальянец не выжил бы.

 

В 20:45 12 июля ледокол «Красин» добрался до «красной палатки» и принял на борт пять последних членов экспедиции Нобиле — штурмана Альфредо Вильери, физика Франтишека Бегоунека, инженера Феличе Трояни, механика Натале Чечоне и радиста Джузеппе Бьяджи.

 

16 июля «Красин» подобрал со льдины экипаж Бориса Чухновского, после чего корабль лёг на курс к берегам Норвегии. Спасённые итальянцы пересели на пароход «Читта ди Милано», который доставил их в норвежский Нарвик, откуда они вернулись в Рим.

 

Что касается ледокола «Красин», то он прославился на весь мир. Участие Советского Союза в спасении итальянских полярников высоко подняло авторитет нашей страны в мире. В августе – сентябре 1928 года «Красин» предпринял вторую экспедицию по поиску следов шестерых членов экспедиции Нобиле, унесённых дирижаблем, однако найти их так и не удалось.

 

Все поисковые группы других стран прекратили работу 11 сентября 1928 года, и лишь «Красин» вёл поиски до 23 сентября. Только после этого судно взяло курс на Ленинград, где 8 октября экспедицию торжественно встречали на набережной Лейтенанта Шмидта.

 

Судьбы участников спасательной экспедиции сложились по-разному. Начальник спасательной группы Рудольф Самойлович, удостоенный ордена за спасение итальянцев, попал под «Большой террор», в июле 1938 года был арестован по обвинению в шпионаже и антисоветской деятельности. Его расстреляли весной 1939 года. В 1957 году Самойлович был посмертно реабилитирован.

 

Лётчик Борис Чухновский, также награждённый за спасение группы Нобиле, продолжил служить в полярной авиации, в годы Великой Отечественной участвовал в боях в Заполярье.

 

Генерал Умберто Нобиле, которого в родной стране обвинили в катастрофе, а многие сочли «предателем» за отлёт из ледового лагеря, в 1931 году уехал из Италии в Советский Союз и в течение пяти лет строил дирижабли в Стране Советов. Уже после войны и падения режима Муссолини все обвинения в адрес генерала были сняты.

 

В 1969 году на экраны вышел совместный советско-итальянский фильм «Красная палатка», посвящённый истории спасения экспедиции Нобиле. Режиссёром фильма стал знаменитый победитель Каннского фестиваля Михаил Калатозов, а главные роли, помимо советских актёров, сыграли звёзды мирового кино, такие как итальянка Клаудия Кардинале и сам легендарный «агент 007» Шон Коннери, сыгравший Руаля Амундсена.

 

На премьере фильма в Италии присутствовал Умберто Нобиле. Великому учёному и путешественнику была суждена долгая жизнь — он умер в Риме в 1978 году в возрасте 93 лет.

 

 

22 

 

Курсом – в море уходит подлодка,

Белопенный бурун за кормой.

До свидания! Бухта Находка!

Мы не скоро вернёмся домой.

 

Рвётся воздух в цистерны и краны,

Счёт ведёт милям скорости лаг.

Сквозь проливы, моря, океаны

Понесём своей Родины флаг.

 

В дымке дали растаяли сопки,

Скрылся берег в объятьях волны.

Мы уходим надводною тропкой,

И сердца вновь разлукой полны.

 

Все в отсеках задраены люки.

- Погружение! Идём под волну!

И рулей, винтов сильные руки

Унесут нас теперь в глубину.

 

В перископе лишь волны, как сопки,

Над волнами огни маяка.

Грусть крадётся…Неслышно и робко,

Поселяясь в душе моряка…

 

Мы уходим, задраены люки,

Не страшит нас морей глубина.

Будут встречи, и будут разлуки –

Твой покой охраняем, страна.

 

Рвётся воздух в цистерны и краны,

Счёт ведёт милям скорости лаг.

Сквозь проливы, моря, океаны

Пронесём милой Родины флаг.

 

Курсом – в море уходит подлодка,

Перископа глазок над волной.

До свидания! Бухта Находка!

Мы не скоро вернёмся домой.

 

До свидания, бухта Находка!

Мы не скоро вернёмся домой!..

 

В. Усольцев

 

 

23

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ СТО СССР «О ПРОГРАММЕ ВОЕННО-МОРСКОГО СУДОСТРОЕНИЯ НА 1933-1938 гг.»

 

Для укрепления наших морских сил на Тихоокеанском, Северном, Балтийском и Черноморском театрах 11 июля 1933 г. Советом Труда и Обороны было принято постановление «О программе военно-морского строительства на 1933-1938 гг.». Намечалось строительство 1493 боевых кораблей. Предусматривалось строительство подводных лодок, крейсеров, лидеров, эскадренных миноносцев, речных мониторов, торпедных и других катеров различного назначения. По количественному составу основного рода сил планировалось построить: 8 легких крейсеров, 50 лидеров и эскадренных миноносцев и 169 подводных лодок.

 

И хотя намеченные планы строительства кораблей полностью выполнить не удалось, кораблестроительная программа второй пятилетки явилась важным этапом наращивания боевой мощи Военно-морского Флота.

 

За время пятилетней кораблестроительной программы 1933-1938 гг. флот получил 137 подводных лодок различных типов, 25 боевых надводных кораблей, 201 торпедный катер, 28 речных бронекатеров.

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ СТО СССР № 58сс/о «О ПРОГРАММЕ ВОЕННО-МОРСКОГО СУДОСТРОЕНИЯ НА 1933 1938 гг.»

 

11 июля 1933 г.

 

Совершенно секретно.

 

 

Совет труда и обороны постановляет:

 

 

1. Установить программу военно-морского судостроения на период 1933 1938 гг. в количестве кораблей и со сроками закладки и сдачи, согласно прилагаемой таблицы № 1 (по боевому флоту), таблицы № 2 (по вспомогательным судам и плавучим средствам) и таблицы № 3 (корабли морской погранохраны ОГПУ).

2. Обязать НКТП, под личную ответственность т. Орджоникидзе и т. Кондратьева, развернуть осуществление этой программы в масштабе, обеспечивающем выполнение ее в установленные сроки, использовав для этого все наличные судостроительные предприятия как основную базу судостроения и срочно расширив их производственные возможности путем расшивки узких мест. Одновременно должны быть привлечены к исполнению заказов судостроения, связанных с выполнением программы, все необходимые заводы других отраслей промышленности, являющиеся основными поставщиками материалов, заготовок, специализированных изделий, механизмов и вооружения судов.

 

3. Для быстрого развертывания средств судостроительных предприятий в соответствии с предстоящей им нагрузкой возложить на НКТП следующие обязательства:

 

I. Приступить теперь же и закончить в двухлетний срок реконструкцию, модернизацию и расширение всех существующих заводов на верфи ГУСПа, ассигновав на это назначение в 1934 и 1935 гг. для пополнения основного капитала до 200 млн. руб.

 

II. Одновременно с доведением до предельной мощности существующей судостроительной базы развернуть строительство новых судостроительных верфей, для чего: а) форсировать окончание Амурской верфи, обеспечив ее строительство необходимыми материалами и финансовыми средствами для возможности начала сборки судов уже освоенных типов из заготовок с заводов СССР, начиная с января 1934 г., с тем, чтобы с 1 сентября 1934 г. Амурверфь могла перейти к постройке новых типов, опираясь на собственные обслуживающие цеха; б) приступить к строительству Мариупольского судостроительного завода, с тем, чтобы в первой половине 1935 г. начать на нем закладку и постройку подводных лодок и эсминцев; в) создать новые подсобные судосборочные верфи с необходимыми монтажными цехами и оборудованием в следующих пунктах: на Белом море — в Архангельске и Сороке, на Черном море — в Николаеве на бывшем заводе «Ремсуд» в качестве баз для подводного судостроения; г) расширить на заводе «Марти» цеха по постройке торпедных катеров и катеров вспомогательного назначения, доведя производительность цеха до выпуска в год 100 катеров первого типа и 50 — второго.

 

III. Возложить на НКТП обязанность, одновременно с развитием строительства нового флота, создать на всех морях мощные судоремонтные базы для производства капитального ремонта военных кораблей, оставляя текущий ремонт за НКВМ.

 

IV. В целях максимального расширения судостроительной базы без сооружения новых предприятий, НКТП поставить военное судостроение на заводах «Красное Сормово», Невском заводе им. Ленина, Коломенском заводе, Днепропетровском заводе Стальмоста. Специализировать эти заводы на следующих производствах: а) «Красное Сормово» — на постройке подводных лодок, мониторов, канонерских лодок, в части машиностроительной — для изготовления судовых дизелей, а также как дублера по производству торпедного вооружения (аппаратов, толкачей, компрессоров) и как базу по стальному литью, механическим изделиям и изготовлению гребных винтов; б) Коломенский завод — помимо основного назначения как главной базы по дизелестроению нагрузить постройкой средних подводных лодок для ДВ; в) Невский завод им. Ленина — использовать для капитального ремонта торпедных судов, а также для поставки стального литья, поковок и вспомогательных механизмов для судостроения; г) Завод Ворошилова — присоединить к смежному с ним заводу «Марти» с полным подчинением Главсудстрою для расширения производства торпедного вооружения и катеростроения; д) максимально использовать верфи речного судостроения, возложив на них постройку малых и легких кораблей для разгрузки от этих заказов крупных заводов, проведя указанные мероприятия за счет сокращения программы речного судостроения (коммерческого). В частности организовать на заводе «Ленинская кузня» (Киев) постройку мониторов, канлодок, бронекатеров и вспомогательного флота; е) Обязать ОГПУ построить на своей судоверфи в Ленинграде быстроходные сторожевые катера и корабли (охотники за подлодками), поименованные в пп. 4, 5, 6, 8, 9 и 10 таблицы № 3. НКФину СССР предусмотреть по смете ОГПУ на 1934 1938 гг. отпуск соответствующих кредитов по заявке ОГПУ для выполнения этого строительства.

 

V. Так как наиболее узким местом судостроения может стать обеспечение постройки кораблей главными и вспомогательными механизмами, электрооборудованием и судостроительными материалами, на эту сторону организации судостроения НКТП обратить самое серьезное внимание, распределив необходимые производства между соответствующими отраслями и предприятиями за личной ответственностью их руководителей, в частности:

 

1. По турбостроению: а) обязать Главэнергопром, под личную ответственность т. Филимонова, немедленно приступить к постановке производства морских турбин на Харьковском турбозаводе, в агрегатах по 25 тыс. — 50 тыс. л. с. на общую годовую производительность 1 млн. л. с., а также поставить производство главных и вспомогательных морских турбин на заводе им. Сталина и «Красный путиловец»; б) предложить ГУСПу (т. Кондратьеву) срочно расширить производство турбинных механизмов на Северной судоверфи (в кооперировании с заводом «Красный путиловец») и на Никгосзаводе им. Марти до общей мощности 300 тыс. л. с. для первого завода и 200 тыс. л. с. — для второго; в) обязать Главмашпром, под ответственность т. Пудалова, поставить производство на Уральском машиностроительном заводе кованых роторов, заготовок для зубчатых передач, а также коллекторов с термической обработкой поковок, доведя это производство до масштаба, полностью удовлетворяющего потребности судостроительной промышленности; г) под ответственность т. Павлуновского и т. Будняка поставить в необходимом размере производство валов и роторов на заводе «Баррикады»; д) организовать на заводе «Электросталь» производство лопаточного материала из нержавеющей стали в количестве и ассортименте, обеспечивающем турбостроение.

 

2. По дизелестроению: а) НКТП, под ответственность т. Доценко и т. Пудалова, расширить производство судовых дизелей на Коломенском заводе до годового выпуска в 350 тыс. л. с. к 1935 г., в агрегатах по 800 л. с., 1600 л. с. и 3 тыс. — 4 тыс. л. с., и довести производство судовых дизелей на заводе «Русский дизель» до 60 тыс. л. с. в 1935 г., в агрегатах по 800 л. с. и 1600 л. с.; специализировать завод «Красное Сормово» на производство легких дизелей в 3 тыс.  4 тыс. л. с., обеспечить выпуск судовых дизелей с завода «Двигатель Революции» и Воронежского завода; б) НКТП предусмотреть обеспечение дизелями кроме вновь строящихся судов также капитально ремонтируемые и модернизируемые подлодки, мониторы и плавбазы; в) обязать ГУАП, под личную ответственность т. Баранова, поставить серийное производство судовых моторов авиационного типа с реверсивными муфтами общей мощностью до 200 тыс. л. с. в год.

 

3. По вспомогательным механизмам: а) обязать ГУСП обеспечить военное судостроение производством судовой арматуры и приводов, а также расширить производство гребных винтов, обтекателей и дейдвудных деталей; б) обязать Главмашпром, под ответственность т. Пудалова и т. Владимирского, организовать по насосно-компрессорному объединению производство холодильных установок, насосов, турбокомпрессоров и гидромуфт; в) завод «Манометр» (Москва) переключить на производство приборов для кораблей (манометров, тахометров и др.) и одновременно дублировать производство этих приборов на заводе «Авиаприбор»; г) специализировать завод «К. Либкнехт» на производство воздухохранителей высокого давления, усилив его добавочным оборудованием и утроив его производительность; завод «Сепаратор» (Пермь) на изготовление масляных сепараторов; завод ХПЗ (Харьков) на производство муфт «Бамаг»; заводы «Борец» и «Красный факел» на производство поршневых и центробежных насосов и компрессоров, расширив эти заводы; д) для срочного пополнения станочного парка механических цехов заводов «Ремсуд», Балтзавод и «Марти» и завод № 6 обязать т. Кагановича обеспечить эти заводы соответствующим количеством и типом станков.

 

 

4. По электрооборудованию: обязать Главэнергопром а) расширить и реконструировать на ХЭМЗе цех машин и аппаратуры постоянного тока, доведя его производительность до полного обеспечения потребностей судостроения в главных электродвигателях; поставить производство постоянных машин средней и малой мощности на заводе «Электросила»; б) расширить производство аппаратуры слабого тока для подлодок и других кораблей на заводе им. Кулакова в Ленинграде; в) организовать производство гирокомпасов на одном из заводов ВЭСО; г) расширить аккумуляторные заводы им. л[ейтенанта] Шмидта в Ленинграде и Саратовский завод свинцовых аккумуляторов до мощности 120 батарей в год; д) построить завод для электрической рафинировки свинца производительностью 8 тыс.  9 тыс. т свинца в год. Специализировать завод «Свободный труд» в Ярославле на производстве свинцового сурика для подлодочных аккумуляторов, обеспечив его снабжением надлежащего качества свинцом; е) обеспечить необходимый выпуск кабеля для судовой электропроводки, сосредоточив производство кабеля на заводе «Севкабель»; ж) расширить и укрепить электромонтажные мастерские ЭМСа на ДВ и в г. Николаеве и организовать их вновь в Мариуполе, Сормове, Архангельске и на Амурском заводе.

 

5. По металлу: а) обязать ГУМП, под ответственность тт. Гуревича и Точинского, обеспечить развертывание судостроения своевременной поставкой катанного металла, сосредоточив прокат высококачественной судостроительной стали на определенных металлургических заводах, уже освоивших это производство: Мариупольском, Ижорском, «Красном путиловце», им. Дзержинского, им. Петровского, им. Рыкова; б) разрешить НКТП для возможности произвести предусмотренную программой закладку судов в конце 1933 и начале 1934 г. приобрести за счет импортных контингентов НКТП до 25 тыс. т судостроительной стали. Дальнейший импорт стали для военного судостроения категорически запретить, возложив на ГУМП ответственность за бесперебойное снабжение судостроения металлом с заводов Союза; в) НКТП обеспечить производство на Ижорском заводе надлежащего качества толстой судовой брони, а также легкой противопульной брони.

 

6. Обязать НКТП, под ответственность т. Павлуновского, обеспечить программу судостроения необходимым вооружением (180 мм башенными установками, 130 мм/45 кал. спаренными системами, 100 мм и 45 мм орудиями, артбоезапасом, торпедами, минами и проч.), а также средствами связи, оптики и телемеханики. При подаче вооружения на корабли жестко соблюдать комплектность для обеспечения полной боевой готовности кораблей при вступлении их в строй. НКТП (т. Павлуновскому) в декадный срок разработать и доложить СТО конкретный план мероприятий для своевременного изготовления промышленностью указанных средств вооружения и связи.

 

7. Обратить особое внимание НКТП (тт. Орджоникидзе и Кондратьева) на категорическую необходимость жесткого соблюдения установленных программой судостроения сроков закладки и сдачи кораблей, а также решительного повышения качества работ по военному судостроению.

 

8. Обязать НКТП (тт. Орджоникидзе и Кондратьева) добиться максимального снижения стоимости кораблей путем надлежащей организации производства на заводах.

 

9. Для обеспечения систематического усовершенствования вводимых в строй боевых кораблей предусмотреть последовательное улучшение типов новых серий судов, базируясь на опыте освоения головных образцов.

 

10. Обязать НКВМ дать эскизные проекты судов, программы закладок 1934 г., в том числе эсминцев и крейсеров, не позже IV квартала 1933 г. Выдать заказ ГУСПу на достройку двух законсервированных подлодок типа «Правда». По уточнении вопроса с приобретением проектов итальянских турбин, установить окончательный вариант переустройства линкора «Фрунзе» в линейный крейсер, а также подтвердить заказ на развертывание работ по капитальному ремонту и модернизации л/к «Парижская Коммуна».

 

11. Для возможности наилучшего использования коммерческого флота в качестве резерва для пополнения военно-морских сил вспомогательными судами в военное время (минные заградители, тральщики, авиатранспорты и проч.) обязать НКТП и НКВод при разработке проектов и постройке этих судов максимально подчинить строительство их интересам обороны, хотя бы с некоторым ущербом для эксплуатации судов в мирное время.

 

С этой целью: 1) Обязать ГУСП в течение 1933 1935 гг. выполнить по заданиям НКВМ специальные оборудования на 25 торговых судах, находящихся в строю, а именно: а) закончить оборудование под минные заградители на заводах Балтийского района лесовозов IV серии («Куйбышев», «Микоян», «Бухарин», «Молотов») — 4 ед.; б) закончить оборудование под минные заградители на заводах Черноморского района черноморско-азовских теплоходов («Дельфин» и «Чайка») — 2 ед.; в) оборудовать под минные заградители на заводах Дальневосточного района лесовозов II серии («Григорий Зиновьев» и «Товарищ Красин») и тов[арно-]пассажирских пароходов («Астрахань», «Тобольск», «Теодор Нетте», «Симферополь») — 6 ед.; г) оборудовать под авиатранспорты на заводе Дальневосточного района дальневосточные пароходы («Сучан», «Север», «Свердловск», «Смоленск», «Сахалин» и «Сталинград») — 6 ед.; д) оборудовать под минные заградители на заводах Северного района лесовозы I, II и III серии («Урицкий», «Володарский», «М. Томский», «Товарищ Сталин», «Крестьянин», «Рабочий» и «Искра») — 7 ед.

 

2) Обязать ГУСП закончить в течение 1933 1935 гг. постройку 16 торговых судов из числа строящихся и оборудовать их: а) под минные заградители — Балтийские лесовозы V и V бис серии — 4 ед.; б) под минные заградители Черноморские грузовые однопалубные пароходы 1500 т грузоподъемности — 4 ед.; в) под авиатранспорты Черноморские грузовые пароходы 3000 т грузоподъемности — 5 ед.; г) под авиатранспорты грузовые теплоходы для Каспийского моря 1650 т грузоподъемности — 3 ед.;

 

3) При дальнейшей постройке судов торгфлота по заказам НКВода и НКСнаба предусмотреть следующее использование их по военному времени: а) товарно-пассажирские теплоходы Черного моря под вспомогательные крейсеры; б) быстроходные пассажирские теплоходы на Балтийском, Северном и Тихоокеанском бассейнах в качестве вспомогательных крейсеров; в) рыболовные траулеры с осадкой не более 2,4 м в качестве тральщиков — 30 ед.

 

4) НКВМ совместно с НКТП и НКВодом проверить возможность использования и оборудования в качестве плавбаз для подлодок 3 5 судов Совторгфлота из числа уже построенных в СССР и закупленных за границей. Результаты проверки доложить правительству в месячный срок.

 

12. Обязать НКТП, под ответственность т. Фигатнера, провести в III квартале 1933 г. мобилизацию рабочих в количестве до 2 тыс. чел. с соответствующим числом мастеров и техперсонала для комплектования верфей Дальнего Востока.

 

 

24

 

ГЕРОИЧЕСКИЙ БОЙ ПАРОХОДА «ВЕСТА» С БРОНЕНОСЦЕМ

 

Город-музей: "Памятник героям парохода "Веста""

https://www.youtube.com/watch?v=dIJJ3M3DuAc

 

11 июля 1877 года — героический бой парохода «Веста» с турецким броненосцем. С началом русско-турецкой войны 1877-1878 годов Турция на весь мир объявила о блокаде всех русских портов в Черном и Азовском морях. Турецкие броненосцы обстреливали русские приморские города и стремились установить полное господство на Черном море. Внешнеторговые операции России через южные порты почти прекратились.

 

Вооруженный пароход «Веста» был атакован в открытом море турецким броненосцем и, несмотря на колоссальное превосходство турок, вышел из этого боя победителем. Непреклонная решимость всего экипажа сражаться до последней возможности, высочайшие профессиональные и волевые качества командира «Весты» обеспечили эту победу.

 

К войне мы опять были не готовы

 

В 1876 году широко развернулось восстание народов Боснии, Герцеговины и Болгарии против турецкого ига. Турецкие войска с невероятной жестокостью расправлялись с восставшими. В феврале 1877 года правительство России потребовало от султана прекратить насилие и провести реформы в пользу славянского населения Балкан. Поскольку Турция отвергла это требование, Россия 12 апреля 1877 года объявила ей войну.

 

После Крымской войны нам было запрещено иметь военный флот на Черном море. В 1871 году правительство России заявило об отказе соблюдать эти ограничения, но воссоздать Черноморский флот не успели. К 1877 году у нас на Черном море было только два броненосца береговой обороны (поповки), а также 5 устаревших пароходофрегатов. Турция же имела 13 современных броненосных кораблей и 15 пароходофрегатов. Она запретила проход русских торговых судов через Черноморские проливы и объявила о введении блокады всех русских портов на Черном и Азовском морях. Иностранцы прекратили отправку своих судов в наши порты.

 

Наш ответ турецкому султану

 

Черноморскому флоту была поставлена задача: активными боевыми действиями по всей акватории Черного моря доказать, что никакой блокады не существует. Для этого в торговом флоте закупили 6 быстроходных пароходов и переоборудовали их во вспомогательные крейсера, для действий на коммуникациях противника. Нашлись способы борьбы и с крупными кораблями турок. Пароход «Константин», по предложению его командира лейтенанта С. О. Макарова, был оснащен минными катерами, которые могли атаковать корабли противника шестовыми минами.

 

Среди этих новых крейсеров был и винтовой пароход «Веста» водоизмещением 1800 тонн. Он был построен в 1858 году и мог развивать скорость до 12 узлов. Всего за две недели на нем были установлены 9 орудий и два минных катера с шестовыми минами. Экипаж 117 человек набрали исключительно из добровольцев с Балтийского и Черноморского флотов. Командиром «Весты» был назначен капитан-лейтенант Николай Михайлович Баранов.

 

Пароход Веста

 

Еще до войны, подобно С. О. Макарову, он работал над идеей использования минных катеров для борьбы с крупными кораблями противника. Он же был инициатором вооружения вспомогательных крейсеров крупнокалиберными мортирами, позволявшими поражать неприятеля в не защищенные броней участки палубы. Стремясь воплотить эти идеи на практике, он и добился назначения на «Весту». 28 июня 1877 года в Николаеве состоялся смотр и приемка переоборудованного парохода, а уже 10 июля он вышел в свое первое крейсерское плавание.

«Веста» ведет бой с броненосцем

 

Командир «Весты» имел приказание крейсировать в районе порта Костюнджа (Констанца) и перехватывать турецкие пароходы, следовавшие туда с войсками и воинскими грузами. Сразу после выхода в море провели первое артиллерийское учение, а затем зарядили орудия и приготовились к встрече с противником. Остаток дня и ночь прошли спокойно. Утром 11 июля, находясь примерно в 35 милях от порта Костюнджа, заметили на горизонте густую полосу черного дыма. Командир предполагал, что это торговое судно и пошел на перехват. Суда быстро сближались. Вскоре стало очевидно, что впереди турецкий броненосец «Фетхи-Буленд», который идет в атаку на «Весту».

 

Турецкие броненосцы строились в основном в Европе, что уже говорит об их высоких боевых качествах. Эти корабли имели толстую бортовую броню и сильную артиллерию. «Веста» же вообще не имела брони, толщина ее бортового железа составляла всего полвершка (2,2 см), а артиллерия состояла из орудий и мортир, предназначенных только для ближнего боя. Вес одного залпа орудий броненосца во много раз превышал вес залпа «Весты», а дальность стрельбы турецких орудий была более чем в два раза больше, чем у наших пушек. Более того, турецкий корабль обладал большей скоростью хода и мог выбирать дистанцию и угол обстрела нашего парохода. Не трудно представить, что ожидало «Весту» в бою с таким сильным противником.

 

Первые залпы

 

Броненосец поднял турецкий флаг и открыл огонь. На «Весте» ответили залпом из носовых орудий. Вражеские снаряды стали ложиться близко по бортам, обдавая наших моряков на палубе водой и градом осколков. Баранов стал маневрировать, стараясь не подставлять неприятелю борта. Попадание даже одного снаряда в борт могло вывести из строя паровую машину и лишить корабль хода. Снаряды «Весты» не могли пробить бортовую броню броненосца, поэтому вся надежда была на огонь наших мортир, которые могли поразить палубу броненосца.

 

Несмотря на всю тяжесть складывавшегося положения, Баранов находился на мостике и хладнокровно руководил боем и маневрами корабля. Первые три часа боя прошли благополучно. Не было ни убитых, ни раненых. Затем броненосец сократил дистанцию до 500 саженей (примерно 1 км). На такой близкой дистанции его первый же артиллерийский залп накрыл «Весту».

 

Несколько снарядов попали в корму, а один пробил палубу и вызвал пожар над крюйт-камерой. Тушить его бросился старший офицер «Весты» лейтенант Владимир Перелешин. Его брат, тоже лейтенант, заведовавший минной частью, в это время поднялся на мостик и просил у командира разрешения атаковать броненосец минными катерами. Однако, спустившись с мостика, он тут же был убит разорвавшимся снарядом.

 

Испытание мужества

 

Броненосец сократил дистанцию до 350 саженей. Тогда Баранов вызвал стрелков на мостик и приказал открыть ружейный огонь по неприятелю. Между тем полуденный зной и напряженная работа стали утомлять людей. Количество убитых и раненых постоянно нарастало. Казалось, что развязка уже близка. Баранов решил подойти к броненосцу вплотную и взорвать оба корабля. Решение объявили матросам. Все перекрестились и ответили дружным «Ура!».

 

В это время разорвалась еще один снаряд, им был убит наводчик кормовой мортиры. Тогда на его место встал лейтенант Зиновий Рожественский (будущий вице-адмирал и командующий 2-й Тихоокеанской эскадрой). Его удачный выстрел решил исход боя. Бомба попала в крышу артиллерийского каземата, пробила ее и разорвалась внутри. На броненосце началась паника. Он окутался облаком дыма и пара, стал отставать, а затем повернул на обратный курс. «Веста» послала ему в вдогонку последний залп.

 

Победители

 

Более 5 часов длился этот героический бой. На «Весте» было убито 12 и ранено 28 человек. На следующее утро израненная и опаленная пожаром, но с гордо реющим флагом, «Веста» пришла в Севастополь. Встречать ее вышло почти все население города.

 

Капитан-лейтенант Н. М. Баранов в донесении о бое писал, что весь экипаж проявил геройство и достоинство, показывая примеры мужества и необычайной храбрости. «Честь русского имени и честь нашего флага поддержаны вполне», отметил в своем донесении Главный командир Черноморского флота и портов вице-адмирал Аркас. Император Николай I в телеграмме передал всем офицерам и команде парохода сердечное спасибо. «Они вновь доказали, что старый дух нашего славного Черноморского флота жив и в новом поколении», подчеркнул он.

 

Все участники боя были награждены по-царски. Офицеров повысили в званиях, Баранов, Перелешин и Рожественский были награждены орденами Св. Георгия 4-й степени. Остальные офицеры — орденом Св. Владимира с мечами и бантом. Для нижних чинов было пожаловано 12 Георгиевских крестов и столько же унтер-офицерских вакансий. Все офицеры и матросы были награждены пожизненными пенсиями.

 

Погибших героев похоронили в Севастополе. В 1886 г. на их братской могиле был сооружен гранитный памятник по проекту скульптора П.О. Брукальского. У основания памятника лежат чугунные ядра, а орудийные стволы, напоминающие колонны, установлены по обеим сторонам и поддерживают прямой рельефный крест, под которым мемориальная доска с текстом, рассказывающим о подвиге экипажа «Весты». На боковых гранях памятные доски с именами двенадцати погибших.

 

 

Владимир Додонов

 

 

25

 

Ну, «Щукари», удачной Вам охоты,

Отдал приказ, КомБриг под козырёк.

Фашистские Эсминцы обнаглели,

Пора бы с них, и нам собрать оброк.

 

И отыграв «Прощание Славянки»,

Легли на курс к немецким берегам,

Советские подводники лихие,

Назло неистовым врагам.

 

И вот на месте, в заданном квадрате,

На перископе «чистый горизонт»,

Акустик слушает фарватер,

На камбузе готовиться чаёк.

 

Как вдруг тревога, прям по курсу, слева.

Шумы винтов, возможно СКР,

Кладёт «глубинные» собака, так умело,

От взрывов накалился даже нерв.

 

Прошла команда: «Осмотреть отсеки»,

Ну, вот пробоина, и в 1-ом и 2-ом,

А, вот ещё пожар в одном отсеке,

Но, мы - то русские, нам это нипочём.

 

Мы не в таких бывали переделках,

Нас командиры не учили отступать,

Мы свято верили в «Петровские заветы»,

Врага заставим, Флот наш уважать.

 

Ремонт закончили по – скорому и смело,

И тут же «Товсь», атака по врагу,

Двумя торпедами умело,

Отправили мы тральщика ко дну.

 

Взрывной волной нас кинуло на скалы,

Сломался винт, и мы легли на грунт,

Опять отсеки затопило,

А, кислорода лишь на несколько минут.

 

Давленье в уши, кровь из носа,

Наверх мы больше не всплывем,

Прощайте милые родные,

Мы не сдаёмся! Мы живём!

 

Мы навсегда остались в той лодке,

Мы здесь на боевом посту,

И в час любой, из нашей из подлодки,

Дадим торпедой по врагу.

 

Александр Чистяков

 

 

26

 

ЛЕНИНГРАДСКАЯ ОБОРОНИТЕЛЬНАЯ ОПЕРАЦИЯ 1941 г.

 

Ленинградская битва (10.07.1941 - 09.08.1944)

https://www.youtube.com/watch?v=6Xc3lVirf4s

 

Битва за Ленинград

https://www.youtube.com/watch?v=_dV2TVo-Tvc

 

10 июля 1941 г. началась Ленинградская оборонительная операция войск Северного (генерал-лейтенант М.М. Попов), Северо-Западного (генерал-майор П.П. Собенников) фронтов, Краснознаменного Балтийского флота (адмирал В.Ф. Трибуц) и Чудской военной флотилии (капитан 1 ранга Н.Ю. Авраамов). В ходе операции, завершившейся 30 сентября, сорван план врага захватить город с ходу. Противник не смог повернуть основные силы группировки "Север" для наступления на Москву.

 

Овладение Ленинградом рассматривалось Гитлером как одна из важнейших во¬енно-политических целей в войне против Советского Союза. Для ее реализации верховное командование вермахта 8 июля 1941 года поставило перед группой армий «Север» (генеpaл-фельдмаршал В. Лееб) задачу — продолжая стремительное наступление на ленинградском направлении, разгромить войска Северо-Западного и Северного фронтов, отрезать Ленинград от основной территории СССР и во взаимодействии с финскими войсками с ходу захватить его. Главный удар предстояло нанести 4-й танковой группе (генерал Э. Гёпнер), которой приказывалось силами 56-го моторизованного корпуса перерезать магистраль Ленинград — Москва у Чудова, а 41-му моторизованному корпусу — прорваться к Ленинграду с юга через Лугу. 18-й армии вермахта предстояло наступать за левым флангом 4-й танковой группы. Там она должна была отсечь и уничтожить советские войска, действовавшие в Эстонии, от остальных сил Северо-Западного фронта, с одновременным захватом Таллина и Моозундских островов. Одновременно с севера на Карельском перешейке наносили удар на Ленинград финские войска. Наступление группы армий «Север» поддерживал 1-й воздушный флот, а действия противника, сосредоточенного в Финляндии, — частью сил 5-го воздушного флота и финских ВВС. Всего группировка немецко-финских войск, нацеленных на Ленинград, насчитывала 810 тысяч человек, 5,3 тысячи орудий и минометов, 440 танков и 1,3 тысячи боевых самолетов.

 

В обороне Ленинграда участвовали войска Северного (с 23 августа Ленинградско¬го), Северо-Западного фронтов, силы Балтийского флота (вице-адмирал В.Ф. Трибуц) и Чудской военной флотилии (капитан 1 ранга Н.Ю. Авраамов). К началу Ленинградской операции они насчитывали 517 тыс. человек, 5 тыс. орудий и минометов, 700 танков (из них 646 легюгх), 235 боевых самолетов и 19 кораблей основных классов. Общее руководство действиями Северного, Северо-Западного фронтов и Балтийского флота с 10 июля по 29 августа осуществляло Главное командование войск Северо-Западного направления (Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов). Для централизации боевых действий авиации на ленинградском направлении ВВС Северного и Северо-Западного фронтов. Балтийского флота и 7-й авиационный корпус ПВО бььти подчинены единому командованию во главе с генерал-майором авиации АА. Новиковым. Для усиления защиты Ленинграда с моря и управления всеми морскими силами, дислоцировавшимися в городе, создана морская оборона Ленинграда и Озерного района. Противовоздушная оборона Ленинграда возлагалась на 2-й корпус ПВО (генерал-майор артиллерии М.М. Процветкин).

 

Оборона Ленинграда имела своей целью не только удержать город — крупне¬ший политический и экономический центр страны, но и нанести врагу максимально возможный урон, обескровить, отвлечь на себя и сковать одну из трех его стратегических группировок, действовавших на советско-германском фронте. Эта цель была полностью достигнута. Однако далась она дорогой ценой. Потери советских войск составили: безвозвратные — свыше 214 тысяч человек, санитарные — около 131 тысячи человек. Ленинградская оборонительная операция 1941 года явилась важным вкладом в срыв гитлеровского плана молниеносной войны. Советские войска проявили высокую активность, сочетая упорную оборону с контрударами, что держало противника в постоянном напряжении, изматывало его, заставляло проявлять осторожность.

 

 

27

 

10 июля 1940 г. СНК принял постановление об образовании на базе 3-го Ленинградского мединститута и Института санитарно-химической защиты Народного комиссариата здравоохранения Военно-морской медицинской академии. 03 августа НК ВМФ утвердил Положение об академии, а 01 сентября в ней начались занятия. В 1956 году расформирована. За годы своего существования академия осуществила 17 выпусков факультета военно-морских врачей и 10 выпусков факультета руководящего состава.

 

 

28

 

Когда вздыхает океан

И корпус корабля вздымает,

У юнги сердце замирает,

И мысли рвутся к небесам.

 

Ревут натружено винты.

Штормит, и ночью плохо спится,

И надо бы богам молится,

Но страх берет до немоты.

 

И курс сверяет капитан,

Не дрейф - а четкое движенье

Сквозь шторм и светопреставленье

Идем к далеким берегам.

 

Мальчишка силится понять,

Где взять спокойствие и волю,

Как в красоте стихии моря

Всю прелесть жизни отыскать.

 

А где-то есть родимый дом,

Но манит снова даль морская.

Она милей, чем твердь земная,

Ему покажется потом.

 

Сергей Егоров

 

 

29

 

ПЕРВАЯ ПРАКТИКА

 

Под скулою шлюпки брызжет пена,

Звучно расступается волна,

Шквалы ветра шлюпку на борт кренят,

Снова выпрямляется она.

 

За кормою нагоняют тучи,

И норд-ост все яростней и круче.

Бьет в косые наши паруса.

А волна с кормы вот-вот накроет,

Но следят за парусом глаза -

Пусть норд-ост отчаяннее воет

В шкотах, вантах, белых парусах.

 

Мы идем дорогою большою,

И за этой практикой придет

Высшее училище морское,

Служба наша - корабли и флот!

 

Ростислав Расс 1947г.

 

СТИХИ ВОСПИТАННИКОВ ЛЕНИНГРАДСКОГО НВМУ.

 

 

30

 

 

ПОДВОДНАЯ ЛОДКА Д-2 «НАРОДОВОЛЕЦ»

 

 

Д-2 «Народоволец» (серии I, проект Д — «Декабрист», заводской № 178), D-2 "Narodovolez" Submarine

https://www.youtube.com/watch?v=l4cz8elqwVw

Советская Подводная лодка Д-2 Народоволец

https://www.youtube.com/watch?v=gMacOvzO9YM

 

 

 

08 июля 1989 г. на место вечной стоянки у Шкиперской протоки в Ленинграде установлена подводная лодка "Народоволец" (Д-2), построенная на Балтийском заводе в 1931 г.

 

Мемориальный комплекс-музей "Подводная лодка Д-2 "Народоволец" - одна из уникальнейших достопримечательностей Санкт-Петербурга.

Экспозиция музея посвящена истории подводной лодки Д-2, истории проекта "Декабрист", а так же действиям советских подводников на Балтике.

Представлены различные документы и изображения, стрелковое оружие моряков-балтийцев и орудия лодок, макеты кораблей, различное оборудование и предметы быта моряков.

 

Но самое основное в музее - это сама лодка.

 

"Народоволец" является единственным в своём роде памятником истории отечественного кораблестроения 1920-х годов.

 

Пусть не самая известная и не самая результативная, но самое главное - хорошо сохранившаяся, не порезанная в 60-х годах на металл. Прекрасно, с любовью восстановленная, дающая полное представление об устройстве подобных кораблей, о героической службе моряков-подводников.

Для тех, кто интересуется историей Военно-морского флота, историей Великой Отечественной войны, да и просто техникой - музей обязателен для посещения.

 

Лодки этого проекта были первыми, построенными в нашей стране после Октябрьской революции и существенно превосходили проекты подводных лодок Российской Империи.

 

Головная лодка серии была заложена в 1927 году по проекту конструкторского бюро во главе с инженером-кораблестроителем Борисом Михайловичем Малининым (консультанты А.Н. Крылов, П.Ф. Папкович и Ю.А. Шиманский).

Подводные лодки типа «Декабрист» создавались на базе отечественного опыта и теоретических разработок с учетом достижений мирового кораблестроения. Подводная лодка «Декабрист-1» вошла в состав Балтийского флота 12 ноября 1930 года.

 

 

Тактико-технические характеристики лодок серии:

Водоизмещение: надводное 933 т, подводное 1354 т; длина 76 м; ширина 6,4 м; осадка 3,8 м.

Мощность двигателей: двух дизелей 1619 кВт (2200 л.с.), двух электромоторов 736 кВт (1000 л.с.).

Скорость : надводная 14,7 узла (27,2 км/ч), подводная 9 узлов (16,7 км/ч).

Дальность плавания: надводная при скорости 9,5 узла (17,6 км/ч) 7 000 миль (13 000 км), подводная при скорости 3 узла (5,6 км/ч) до 150 миль (278 км).

Вооружение: 6 носовых и 2 кормовых торпедных аппарата (калибр - 533 мм), 2 орудия (100- и 45-мм), 1 зенитный пулемет; экипаж 53 человека.

 

 

Подводная лодка типа «Декабрист» по конструкции существенно отличалась от подводных лодок дореволюционной постройки: была применена двухкорпусная конструкция с разделением прочного корпуса переборками на водонепроницаемые отсеки, аккумуляторные ямы выполнены герметичными, вентиляция междубортных балластных цистерн – раздельная, установлена цистерна быстрого погружения.

 

Подводные лодки типа «Декабрист» успешно действовали в Великой Отечественной войне. Всего было построено 6 подводных лодок проекта Д.

 

Подводная лодка Д-2 "Народоволец" была спущена на воду 19 мая 1929 года.

Во время Великой Отечественной войны лодка совершила 4 боевых похода общей продолжительностью 135 дней.

"Народоволец" произвел 12 торпедных атак, во время которых было выпущено 19 торпед.

Достоверно известные победы: 14 октября 1942 года потоплен транспорт «Якобус Фрицен», 19 октября 1942 года тяжело повреждён железнодорожный паром «Дойчланд».

 

В 1956 году подлодку превратили в учебно-тренировочную станцию по борьбе за живучесть.

 

В 1967 году группа ветеранов-подводников обратилась с письмом в газету «Красная Звезда» с предложением превратить «Д-2» в музей.

5 марта 1987 года подводная лодка «Д-2» окончательно исключена из списков ВМФ. Начался восстановительный ремонт на Кронштадском морском заводе.

8 июля 1989 года «Д-2» установлена на берегу в Шкиперском протоке.

2 сентября 1993 года на берегу Васильевского острова состоялось торжественное открытие Мемориального комплекса-музей "Подводная лодка Д-2 "Народоволец".

Автор: Дмитрий Леонов

Фото: Дмитрий Леонов

 

 

31

 

ПОДВОДНЫЙ МИННЫЙ ЗАГРАДИТЕЛЬ "КРАБ"

 

Подводный минзаг "Краб" / The world's first submarine minelayer "Crab" (1912)

https://www.youtube.com/watch?v=ajzsm0_L3mU

 

08 июля 1915 г. в состав Черноморского флота вошел первый в мире подводный минный заградитель "Краб", построенный на верфи Николаева и спущенный на воду 25.08.1912 г. Во время Первой мировой войны в 1915-1916 гг. успешно проводил минные постановки в районе Босфора и Варны. Во время Гражданской войны потоплен интервентами вблизи Севастополя в 1919 г.

 

«Краб» — российская подводная лодка, построенная в 1912 году, первый в мире подводный минный заградитель, спроектированный Михаилом Петровичем Налётовым.

 

Лодка была построена в Николаеве, на судоверфи «Наваль». 12 августа 1912 года «Краб» был спущен на воду, а в 1915 году лодка вошла в состав Черноморского флота Российской империи.

 

Лодка могла принимать на борт до 60 якорных мин и 4 торпед. За время службы «Краб» успел сделать три подводных минирования. Точно известно, что на минах, поставленных подводным заградителем подорвалась турецкая канонерская лодка «Иса-Рейс». Есть версия, что именно на минах «Краба» подорвался немецкий крейсер «Бреслау», однако преобладает мнение, что те мины были выставлены с русских миноносцев, так как место подрыва лежит в заметном удалении от постановки «Краба».

 

В 1918 году «Краб» попал в руки германского, а затем морского командования Антанты. В апреле 1919 года подводный заградитель затопили в Северной бухте Севастополя. Для затопления заградителя на левом борту в районе рубки была сделана пробоина размером 0,5 м² и открыт носовой люк.

 

Финал

 

В конце 1923 году была создана Экспедиция подводных работ особого назначения, которая в течение многих последующих лет была основной организацией, проводившей в стране подъём судов. За время своей деятельности ЭПРОН поднял большое количество затопленных во время войны военных кораблей и торговых судов. В 1934 году во время поисков затопленных лодок металлоискатель дал отклонение, указывавшее на наличие в этом месте большого количества металла. При первом же обследовании обнаружили подводную лодку «Краб». «Краб» лежал на глубине 65 м, зарывшись кормой глубоко в грунт, в прочном корпусе на левом борту имелась пробоина; орудие и перископы были целы.

 

Работы по подъёму заградителя начались летом 1935 года. В силу большой для того времени глубины затопления подъём лодки решили производить этапами, то есть переводя её постепенно на всё меньшую глубину. Первые попытки поднять заградитель сделали в июне, но оторвать корму от грунта не удалось, и поэтому решили вначале размыть грунт в кормовой части лодки. Эта работа была очень трудной, так как вывод всей системы грунтоотсосных труб наверх весьма сложен, а зыбь могла всю эту систему превратить в лом. Кроме того, из-за большой глубины водолазы могли работать на грунте лишь по 30 минут. Тем не менее, к октябрю размывку грунта закончили и с 4 по 7 октября провели три последовательных подъёма, ввели заградитель в порт и подняли на поверхность.

 

Создатель первого в мире подводного минного заградителя Михаил Петрович Налётов в это время жил в Ленинграде. За год до описываемого события он вышел на пенсию. В последние годы Михаил Петрович работал старшим инженером в отделе главного механика Кировского завода. Узнав, что его детище — «Краб» — поднят, он составил проект восстановления и модернизации заградителя. Но за эти годы советский Военно-Морской Флот в своём развитии ушел далеко вперёд. В его составе появились десятки новых, более совершенных подводных лодок всех типов, в том числе и подводных заградителей, и надобность в восстановлении «Краба» — лодки уже устаревшей, естественно, отпала. Поэтому «Краб», несмотря на всю его историческую ценность, после подъёма его у Севастополя сдали на слом.

 

 

Прочие технические характеристики

 

Скорость:

наибольшая (надводная/подводная) — 10.8/8.3-8.6 узла

экономическая (надводная/подводная) — 8.5/5.5-5.9 узла

Дальность плавания:

надводная — 1,200/2,000 миль (10.8/8.5 узловым ходом)

подводная — 82/138 миль (8.2/5.9 узловым ходом)

Запас топлива: 13.5 тонн (керосин)

Время погружения — 7 мин 38 сек

Время всплытия — 4 мин

Запас плавучести — 14 %

2 перископа

прожектор диаметром 30 см

Экипаж:

офицеры — 3 человека

кондукторы — 2 человека

нижние чины — 24 человека

 

 

32

 

АДМИРАЛ ПАВЕЛ ВАСИЛЬЕВИЧ ЧИЧАГОВ

 

Час истины_Герои 1812 года. Адмирал Павел Чичагов.

https://www.youtube.com/watch?v=XBDQRIZuISU

 

АДМИРАЛ ПАВЕЛ ЧИЧАГОВ

https://www.youtube.com/watch?v=PmNO18y2X0k

 

8 июля 1767 г. родился П.В.Чичагов, адмирал (1807 г.). На флоте с 1782 г. В 1790 г., командуя кораблем "Ростислав", участвовал в сражениях у Ревеля и Выборга. С 1807 г морской министр. С 1812 г. главнокомандующий Дунайской армией. В Отечественную войну 1812 г. командовал 3-й армией, преследовавшей отступающих французов.

 

Павел Васильевич Чичагов (1767—1849) — русский адмирал, сын Василия Яковлевича Чичагова, морской министр Российской империи с 1802 по 1809 годы (официально по 1811 год).

 

Известный англофил. В 1812 году сменил Кутузова в качестве командующего Дунайской армией, руководил преследованием Наполеона по территории Белоруссии. После переправы французов через Березину обвинён в неспособности преградить неприятелю путь к отступлению. Остаток жизни провёл на чужбине, фактически в эмиграции.

 

Именем адмирала названы острова́ Чичагова — группа из двух островов в архипелаге Земля Франца-Иосифа.

 

Происходил из рода Чичаговых, родился в семье Василия Яковлевича Чичагова, в то время морского офицера в Санкт-Петербурге, в Коломне — районе, который прилегал к морскому порту. Его отец, принадлежавший дворянству Костромской губернии, получил флотское образование в Москве в Школе навигацких наук. Мать была дочерью немецкого военного инженера родом из Саксонии, поступившего на российскую службу. Вскоре после рождения Павла его семья переехала в Кронштадт, где служил его отец, вернувшись в Санкт-Петербург лишь весной 1776 года. В этом же году Чичагов был отдан на обучение в Немецкую школу св. Петра, которая в то время имела репутацию одного из лучших учебных заведений России.

 

В 1779 году начал службу сержантом в Преображенском лейб-гвардии полку. 1 января 1782 года переведён поручиком в 1-й морской батальон. Когда его отец, тогда уже вице-адмирал, возглавил эскадру, отправляющуюся в Средиземное море, упросил взять его с собой в качестве адъютанта; с этой эскадрой ходил до Ливорно, затем вернулся в Кронштадт. 6 сентября 1783 года произведён в лейтенанты флота. С 14 апреля 1787 года, будучи уже в офицерском звании, служил на борту корабля «Иезекиль» под началом контр-адмирала Козлянинова и совершил поход к острову Борнхольму; в том же году вновь перешёл под начало своего отца, а год спустя ему было присвоено звание капитана 2-го ранга. Участвовал в Русско-шведской войне 1788—1790 годов: командовал кораблём «Ростислав», на котором крейсировал в Балтийском море, принял участие в сражении со шведами при Эланде. В 1790 году, командуя тем же кораблём, участвовал в Ревельском и Выборгском морских сражениях; за первое был 18 мая 1790 года награждён орденом Святого Георгия IV класса, а за второе получил золотую шпагу с надписью «За храбрость». После победы над шведами при Выборгской губе получил звание капитана 1-го ранга.

 

После окончания войны в 1790 году решил продолжить получение военно-морского образования, в том числе по причине желания своей будущей деятельностью устранить все те недостатки российского флота, что были им отмечены за восемь лет службы. Разрешение на отъезд получил через своего отца у императрицы Екатерины II и в мае 1792 года отправился учиться в Англию вместе с братом Петром, в сопровождении математика С. Е. Гурьева и имея рекомендательное письмо к графу С. Р. Воронцову, бывшему тогда послом Российской империи в Лондоне. В Англии Чичагов пробыл около года: учился в морской школе, усиленно изучал английский язык и вместе с братом на борту учебного судна отправился в Америку. Однако, этот корабль не дошёл до Нового Света, вернувшись, по ряду причин, обратно в Англию. Возвратившись на родину, Чичагов некоторое время изучал кораблестроение. С 8 июля 1793 года командир трофейного шведского корабля «Софья-Магдалина», на котором, в составе эскадры своего отца, плавал в Англию, для крейсирования в Северном море. С июля 1795 года командовал кораблём «Ретвизан» в эскадре вице-адмирала П. И. Ханыкова, в составе которой крейсировал у английских берегов. 13 ноября 1796 года получил звание бригадира флота. Во время своей службы на «Ретвизане» Чичагов познакомился в городе Чатам с начальником местного порта Чарльзом Проби и его семьёй, полюбил его дочь Элизабет, после помолвки с ней отбыл в Россию.

 

Служебное положение Чичагова изменилось после смерти Екатерины II и вступления на престол Павла I: многие из приближённых нового императора, в том числе будущий адмирал и министр народного просвещения Александр Шишков, граф Григорий Кушелёв, бывший когда-то мичманом у отца Чичагова, а ныне поставленный во главе флота, Николай Мордвинов и многие другие, невзлюбили Чичагова за резкий характер и стремление к реформам на флоте. В 1797 году случился серьёзный конфликт, когда после масштабных манёвров флота под Красной Горкой Чичагов, командовавший кораблём «Ретвизан», делал кампанию под штандартом Государя Императора. Вверенный ему корабль оказался одним из лучших, и император Павел I приказал наградить командира его орденом Святой Анны 3-й степени и званием полковника. Однако конверт, в котором был отправлен приказ о производстве в новое звание, был адресован Чичагову как подполковнику. Чичагов в ответ на это отправил графу Кушелёву письмо, в котором спросил, должен ли он считать себя полковником или нет? И получил на это ответ: «Конечно нет, ибо Вы должны видеть, что на конверте Вы означены подполковником». Оскорбившись, Чичагов подал в отставку и 22 сентября 1797 года был уволен с военно-морской службы без пенсии «по молодости лет». После этого он решил поселиться в деревне, чтобы заняться хозяйством и попытаться улучшить положение своих крестьян. Однако, в это же время в Англии скончался капитан Проби, а Чичагов получил письмо от своей невесты, что она ждёт его.

 

В этих обстоятельствах Чичагов обратился к Павлу I с просьбой разрешить ему выехать за границу, чтобы жениться на своей английской невесте. Павел I через князя Безбородко ответил отказом — «в России настолько достаточно девиц, что нет надобности ехать искать их в Англию. 9 мая 1799 года Павел I приказал восстановить Чичагова на военно-морской службе, с присвоением звания контр-адмирала и отправкой в качестве командира эскадры к берегам Англии для участия в боевых действиях против Голландии. Узнав об этом, его противник граф Кушелёв начал убеждать императора, что Чичагов воспользуется этим назначением как предлогом, чтобы всё-таки жениться на англичанке, а одновременно и перейти в английскую службу. 21 июня 1799 года, попавший под влияние наветов графа, Павел I потребовал Чичагова явиться к нему в кабинет с докладом и, не будучи удовлетворён ответами адмирала, приказал заключить его в Петропавловскую крепость по обвинению в государственной измене. Чичагов возразил на это, что он, как георгиевский кавалер, не может быть заключён в крепость. В ответ император приказал дежурному флигель-адъютанту Ф. П. Уварову сорвать с него орден Святого Георгия, что тот и сделал. После этого оскорбления Чичагов в гневе сам сбросил с себя мундир и был препровождён в форт в одном жилете. В тот же день он был уволен со службы без пенсии, мундира и прошения, а Санкт-петербургскому военному губернатору графу фон дер Палену Павел I отправил написанный собственной рукой приказ следующего содержания: «Якобинские правила и противные власти отзывы посылаемого Чичагова к Вам, принудили меня приказать запереть его в равелин под Вашим смотрением». Навестив Чичагова в тюрьме, император нашел помещение его слишком чистым и светлым и приказал перевести в каземат.

 

Пален, однако, в скором времени отправил императору ходатайство о прощении для Чичагова, к тому времени тяжело заболевшего в равелине, доложив, что тот раскаивается в своём поступке. Император принял это прошение и в июле 1799 года приказал освободить Чичагова, сказав при встрече: «Позабудем, что произошло, и останемся друзьями». Император при этом также разрешил ему жениться и 2 июля того же года вновь принял его на службу во флот в звании контр-адмирала, восстановив и в должности командира экспедиции к берегам Англии. Чичагов с вверенной ему эскадрой и десантными войсками в скором времени вышел из Кронштадта и направился к острову Тексель, а в 1800 году возвратился в Санкт-Петербург, став начальником защиты Кронштадта. За участие в Голландской экспедиции английский король Георг III наградил его драгоценной шпагой, украшенной бриллиантами.

 

После убийства Павла I и вступления на российский престол Александра I, Чичагов сразу оказался в числе приближённых императора: уже 12 марта 1801 года он был назначен в его свиту, 12 мая получил звание генерал-адъютанта, 15 сентября награждён орденом Святой Анны 1-й степени с алмазами, с 24 августа 1802 года занял должность члена Комитета по образованию флота и был назначен докладчиком Александру I по делам этого Комитета. В октябре того же года он был назначен управляющим делами вновь учреждённой Военной по флоту канцелярии, 16 ноября получил звание вице-адмирала, 31 ноября назначен товарищем министра, а уже 31 декабря министром морских сил. По причине этих быстрых успехов, открытого высказывания симпатий к английским порядкам и отстаивания идеи освобождения крестьян, он в скором времени вновь, как и при Павле I, нажил себе при дворе множество врагов — однако, со стороны императора пользовался большим доверием. Известно, что между ними велась переписка. 20 ноября 1803 года награждён орденом Святого Александра Невского. С 1 января 1805 года сенатор и член Непременного совета. С 13 ноября 1811 года — Государственного совета.

 

На посту министра морских дел Чичагов вёл энергичную деятельность: строил эллинги, следил за развитием техники и вводил различные усовершенствования в морской практике, неоднократно направлял в Государственный совет записки и мнения по морским вопросам. 17 июля 1807 года ему было пожаловано звание адмирала. Будучи членом Государственного Совета и Кабинета Министров, Чичагов постоянно спорил со многими своими коллегами, и эти столкновения привели в конце концов к взятию им в 1809 году отпуска, на время которого он отбыл за границу и фактически отошёл от службы, 28 ноября 1811 года он по собственному прошению был уволен с поста министра морских сил. С этого же дня, по возвращении из-за границы, был назначен «состоять при особе Государя Императора» постоянно дежурным генерал-адъютантом, то есть ежедневно в 11 часов утра должен был являться во дворец и высказывать собственное мнение по различным текущим вопросам.

 

7 апреля 1812 года Александр I назначил Чичагова командующим Дунайской армией, Черноморским флотом и генерал-губернатором Молдавии и Валахии, приказав осуществить разработанный лично им план военных действий, составленный императором под влиянием недовольства медлительностью Михаила Кутузова. Отправляя Чичагова на юг, Александр I напутствовал бывшего морского министра словами: «Я Вам не даю советов, зная, что Вы — злейший враг произвола». Однако Кутузов ещё до прибытия Чичагова заключил мир с Османской империей, поэтому ему оказалось нечего делать на берегах Дуная, а план императора остался неосуществлённым.

 

20 июля 1812 года Дунайская армия под командованием Чичагова выступила на Волынь на соединение с 3-й Западной армией Тормасова. В сентябре обе армии объединилась и Чичагов стал главнокомандующим нового соединения.

 

Во время Отечественной войны 1812 года Чичагов получил печальную известность, по причине чего Пётр Бартенев в предисловии к XIX-му тому «Архива князя Воронцова» оставил о нём следующее мнение: «Чичагов принадлежит к скорбному списку русских людей, совершивших для Отечества несравненно менее того, на что они были способны и к чему были призваны»: речь идёт о его вине в исходе сражения при Березине, когда французы из-за медлительности преследовавших их русских войск сумели переправить основные силы через эту реку. Но уже в XIX веке историками высказывались предположения, что его вина в случившемся намного меньше, чем это было принято предполагать.

 

К моменту прибытия Чичагова в Борисов, положение дел на этом участке фронта было крайне тяжёлым: генерал Карл Ламберт, который должен был командовать авангардом, был ранен, что не позволяло ему принимать участие в сражении. Александр Ланжерон не распорядился отдать приказ об осмотре и изучении местности будущего сражения, а времени для проведения инженерных работ не оставалось, поскольку атака неприятеля могла начаться в любой момент. Земля промёрзла на значительную глубину, а в армии нашёлся лишь один офицер-инженер, способный руководить постройкой укрепления. Все эти обстоятельства делали для Чичагова фактически невозможным выполнение данных ему приказов, а именно — обустройства укреплённого лагеря под Борисовым и возведения укреплённых дефиле со стороны Бобра, которые должны были остановить французскую армию, и впоследствии блокировать пути отхода наполеоновских войск через Березину, для чего армия под командованием Чичагова должна была, действуя совместно с армией Витгенштейна, нанести удар в тыл французским войскам. Оценив ситуацию, Чичагов в итоге решил отказаться от исполнения этого плана и отправил дивизию авангарда под командованием, заменившего раненого Ламберта, Павла Палена для изучения местности. Однако, едва войска Палена выступили из Борисова, как почти сразу же столкнулись с армией маршала Удино и были вынуждены отступить, потеряв до 600 человек убитыми и ранеными и оставив в руках противника весь свой обоз.

 

К тому времени как Чичагов возвратился из города Игумена, куда отправлялся по приказу Кутузова, в тщетной надежде преградить путь Наполеону, — Борисов уже был занят французами. Увидев это, он тут же решился атаковать их и, по некоторым данным, обратился к своему начальнику штаба Ивану Сабанееву со следующими словами: «Иван Васильевич, я во время сражения не умею распоряжаться войсками, примите команду и атакуйте». Сабанеев повёл войска в атаку на французов, но был разбит по причине несоразмерности в силах. Этот бой французы впоследствии описывали как крупную победу, в российской же печати цифры потерь Палена увеличили до 2000 человек, и в таком виде известие об этом поражении дошло до столицы. С этого момента Чичагов стал пользоваться дурной славой. После Березины общественность возложила на Чичагова всю вину за поражение, и он сделался предметом множества разнообразных насмешек, шуток, эпиграмм и даже «героем» басни Крылова, выставлявшей Чичагова в весьма неприглядном свете. Некоторые открыто обвиняли бывшего адмирала в измене, что не соответствовало действительности. При этом даже Кутузов отмечал, что выполнить первоначальный план не позволили ошибки не только Чичагова, но и Витгенштейна, не желавшего объединяться с ним, а также отсутствие взаимодействия между отдельными войсковыми подразделениями.

 

3 февраля 1813 года Чичагов «по болезни» отстранён от командования. 25 февраля 1814 года получил бессрочный заграничный отпуск с сохранением содержания, после чего более не возвращался в Россию. Последние годы своей жизни он провёл в Италии и во Франции, где жил преимущественно в Париже или в окрестностях французской столицы, в местечке Со (О-де-Сен), где близко сошёлся с другим высокопоставленным в прошлом изгнанником, графом Ростопчиным.

 

Адмирал Чичагов после Березинской передряги невзлюбил Россию, о которой, впрочем, говорят, отзывался он и прежде свысока и довольно строго. Петр Иванович Полетика, встретившись с ним в Париже и прослушав его нарекания всему, что у нас делается, наконец сказал ему с своею квакерскою (а при случае и язвительною) откровенностью: «Признайтесь, однако же, что есть в России одна вещь, которая так же хороша, как и в других государствах». — «А что, например?» — спросил Чичагов. «Да хоть бы деньги, которые вы в виде пенсии получаете из России».— П. А. Вяземский

 

В 1834 году отказался подчиниться указу Николая I о пятилетнем пребывании за границей и вернуться, за что 17 мая выведен из состава Государственного совета, а 17 октября уволен со службы. Его имущество в России было секвестрировано. Принял английское подданство. В том же году Чичагов полностью ослеп. Последние годы жизни жил у своей младшей дочери, графини Екатерины дю Бузе (du Bouzet), жены французского моряка. Похоронен на кладбище в Со.

 

С 1816 года Чичагов стал писать свои воспоминания — «Записки» — то на итальянском, то на французском и английском языках

 

 

 

33

 

 

КАК КОРМЩИК ИВАН РЯБОВ СОРВАЛ ЗАХВАТ АРХАНГЕЛЬСКА

 

Новодвинское сражение 6 июля (25 июня) 1701 г. Подвиг кормщика Ивана Седунова (Иван Рябов)

https://www.youtube.com/watch?v=GpYqKlLA1j0

 

5 июля 1701г. во время Северной войны кормщик Иван Рябов (Седунов) повторил подвиг Ивана Сусанина – завёл на мель шведскую эскадру и сорвал захват Архангельска.

 

О северном Сусанине известно немного. Согласно документам, настоящая фамилия его – Седунов. А Рябовым он звался, потому что хорошо ловил рябчиков, или «рябов», как говорили поморы. Был он «беспахотный бобылёк» – безземельный холостяк. Кормился морским промыслом да продажей рябчиков, которых в те поры возами отправляли в Москву и Петербург. Северная война сделала из «бобылька» национального героя.

 

В 1701 году шведская эскадра подошла к устью Северной Двины. Неприятель намеревался атаковать Архангельск – на тот момент единственный морской порт России, через который шла торговля с Европой. Все сухопутные торговые пути были парализованы войной, и, уничтожив Архангельск, шведы лишали Россию поставок боеприпасов и военного снаряжения. Также планировалось сжечь адмиралтейскую верфь в Соломбале и строящиеся там военные корабли.

 

Кормщик Иван Рябов вместе с толмачом Дмитрием Поповым были захвачены в плен. Шведы требовали от них показать проход к удобному месту для высадки десанта и захвата Новодвинской крепости. 5 июля пленники вывели два шведских судна на песчаную мель прямо перед крепостью. Корабли были уничтожены огнём русской артиллерии. Попов погиб. Раненому Рябову удалось выброситься за борт и доплыть до берега. Там он был взят под стражу и обвинён в пособничестве шведам. Однако осенью, проведя дознание, Пётр I приказал архангельскому воеводе князю Алексею Прозоровскому освободить Рябова, одарить и отправить в Москву. Дальнейшая судьба Ивана Рябова неизвестна.

 

 

34

 

 

ПЕРВАЯ ПОБЕДА РУССКОГО ПАРУСНОГО ФЛОТА НА ЧЕРНОМ МОРЕ

Балаклавское сражение. Где и когда. Кто участвовал.

https://www.youtube.com/watch?v=m1u3jg-bRLE

 

https://www.youtube.com/watch?v=NHAgeKH64zA

0:05 / 55:03

ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОТ, ВСПОМНИ О ЛЕГЕНДАРНОМ "ТАГАНРОГЕ"! Часть 2 #Анатолий_Климович

https://www.youtube.com/watch?v=C9VX1zZC6GA

 

 

4 июля 1773 Балаклавский морской бой: 2 русских 16-пушечных корабля «Корон» и «Таганрог» нанесли поражение турецкой эскадре (4 крупных корабля, в т.ч. 3 линейных с десантом, около 170 орудий), не дав высадить десант в Крыму. 1-я победа российского парусного флота на Черном море

 

Значение Балаклавы в системе крымских пограничных оборонительных постов на юге Российской Империи повышалось благодаря самоотверженным усилиям адмирала Ф.Ф. Ушакова, который уделял этому особое внимание.

 

Сложилось так, что будучи еще молодым лейтенантом, он в 1772 году совершил первое длительное плавание по Черному морю из Таганрога в Балаклаву. Командуя палубным ботом «Курьер», Федор Ушаков приобрел ценные сведения о Балаклавской бухте и ее окрестностях.

 

Русско-турецкая война, начавшаяся в 1768 г., держала в постоянной боевой готовности корабли Азовской флотилии, которые несли регулярную крейсерскую службу между Каффой, Балаклавой и Суджук-Кале. 23 июня 1773 года сторожевой отряд капитана 2 ранга Иоганна Генриха Кинсбергена, состоявший из 16-пушечных кораблей «Корон» и «Таганрог» (командиры — И. Басов и А.М. Колычев), встретил у Балаклавы значительно превосходящую по силам турецкую эскадру — три 54-пушечных линейных корабля и 24-пушечную щебеку с десантом на борту.

 

Несмотря на подавляющее превосходство противника в артиллерии (32 русских пушки против 168 турецких орудий), русские моряки вступили в бой, который продолжался более 6 часов. Ружейными залпами «Корон» и «Таганрог» отбили попытку турок пойти на абордаж. Кораблям противника были нанесены многочисленные повреждения. Не выдержав русского огня, турецкий флот вынужден был ретироваться.

 

25 июня (6 июля) русские корабли победителями вернулись на Балаклавский рейд. На «Таганроге» были убиты 1 офицер и 3 матроса, 30 человек получили ранения. На корабле «Корон» - 1 матрос убит и 7 ранены.

 

В рапорте командир отряда также отметил исключительную отвагу и стойкость своих моряков: «С такими молодцами я выгнал бы черта из ада». В ходе сражения Кинсберген впервые применил составленные им специальные «сигналы на непредвиденный случай». За проявленный героизм и личное мужество императрица Екатерина II наградила капитана 2 ранга Кинсбергена орденом Святого Георгия 4 степени. Сражение вошло в летопись русского флота как Балаклавское и привлекло пристальное внимание командования русского флота.

 

 

Оба героических корабля, «Таганрог» и «Корон», в конце ноября 1782 года были затерты льдами и затонули в Таганрогском заливе Азовского моря.

 

 

35 + 35-1

 

· Когда лодка "К-19" в порт Полярный пришла опять.

 

По волнам, по волнам, по волнам полетит эта песня, братцы.

В ней сегодня поётся вам о подлодке "К-19".

Полным ходом в кромешной тьме среди айсбергов Датским проливом

Рвется к цели на глубине стратегическая субмарина.

 

Шифрорадио сводка

Дрожь выбивает в штабах:

Атомная подлодка

Гибнет в арктических льдах!

 

"Нет давления, контур просел, барахлит кормовой реактор"-

По Москве в 4-07 доложила тревожная вахта.

Охлаждающая вода из системы стекает лужей

И урановая беда желтым паром над ней кружит.

 

Но вбегали без лишних вопросов в троекратно смертельный отсек

Офицеры, старшины, матросы заодно, как один человек,

И латали коварные дыры, и рентгены вбирали в тела,

И дышали сверхдозовой пылью, и палила им кожу жара.

 

Пела тревожная сводка,

"SOS" выбивала в штабах:

Первая ракетная лодка

Гибла в арктических льдах!

 

И как будто бы в нервном ударе, словно в шоке пахали они

И короткою жизнью спасали достоянье Советской страны.

Было им лишь чуть-чуть за 20 - возраст юный, чего скрывать,

Когда лодка "К-19" в порт Полярный пришла опять.

 

Память живых пытает,

Кажется снова там

Голос из бездны взывает

К дальним родным берегам!

 

Всем героям, как надо, дали заработанные ордена,

Только мертвые их не видали, ну да в этом не их вина.

Друг за другом,-как по ранжиру, точно так, как в бой они шли

Незнакомые людному миру имена их на плиты легли.

 

Доблесть над смертью смеется,

Дух не подвластен судьбе,

Слава героев дождется

Честь не изменит себе!

 

По волнам, по волнам, по волнам полетит эта песня, братцы,

В ней сегодня пропел я вам о подлодке "К-19"...

 

Харчиков Александр 1996

 

 

 

АВАРИЯ НА СОВЕТСКОЙ ПОДВОДНОЙ ЛОДКЕ К-19

 

Подводная лодка К-19. Неголливудская история (Документальный фильм)

https://www.youtube.com/watch?v=OW8TboohDFI

 

Подводная лодка К-19 - Russian Submarine K-19

https://www.youtube.com/watch?v=oEvCPNLkETg

 

Фильм А. Голубкина "Апл к 8"

 

https://www.youtube.com/watch?v=poJKJkxl8SU

 

K-8. Секретный монумент

https://www.youtube.com/watch?v=T8mKKbGt04w

4 июля 1961 года в Северной Атлантике на советской атомной подводной лодке (АПЛ) К-19 с баллистическими ракетами на борту на глубине 180 метров произошла авария на ядерной энергетической установке, при ликвидации аварии погибли 8 человек.

К-19 являлась первой подводной лодкой проекта 658, разработанного в ЦКБ-18 (ныне Центральное конструкторское бюро морской техники "Рубин"). Она была заложена в 1958 году в Северодвинске (Архангельская область) на заводе 402 (ныне Производственное объединение "Северное машиностроительное предприятие"), спущена на воду в 1959 году, вступила в строй 12 ноября 1960 года. В июне 1961 года АПЛ была включена в состав Северного флота.

К-19 имела главную энергетическую установку, включающую два водоводяных реактора, размещенных последовательно друг за другом в диаметральной плоскости корабля в средней части корпуса. Она была первой советской ракетоносной атомной подводной лодкой. На ее вооружении состояли торпеды и три межконтинентальные баллистические ракеты с надводным стартом.

Этим атомоходом, построенным в рекордно короткие сроки, Советский Союз отвечал на вызов США, уже имевших на вооружении атомный подводный ракетоносец "Джордж Вашингтон".

В июне — июле 1961 года в Атлантическом океане проходили боевые учения СССР под кодовым названием "Полярный круг". Военно-морской флот отрабатывал взаимодействие надводных и подводных кораблей. В учениях принимала участие и К-19, командиром которой был капитан 1-го ранга Николай Затеев.

Подводной лодке необходимо было выйти из Атлантики через Норвежское море в Северный Ледовитый океан и, имитируя действия "условного противника", подойти к берегам Советского Союза со стороны Северного полюса, а затем, всплыв из-под арктического льда в непосредственной близости от "советского военного пространства", она должна была произвести "ракетную атаку". Цель — проверка эффективности советской противолодочной защиты, прикрывающей северные моря от американских подлодок.

Во время учений, чтобы избежать обнаружения, К-19 шла под паковыми льдами. Ее курс пролегал между Гренландией и Исландией через забитый льдами Датский пролив.

На выходе из него, 4 июля 1961 года в 04:15, на 16-е сутки плавания, когда подводная лодка находилась на стометровой глубине в Северной Атлантике, в ста милях от американской военно-морской базы, расположенной на норвежском острове Ян-Майен, на ней сработала аварийная защита реактора левого борта.

Причиной аварии послужило резкое падение давления воды и уровня объема в компенсаторах первого контура системы охлаждения реактора. Как выяснилось впоследствии, течь на неотключаемом участке возникла через трубку одного из датчиков давления. В результате падения уровня воды заклинило оба насоса, обеспечивающих циркуляцию теплоносителя. Температура в активной зоне повысилась до величины, опасной разрушением тепловыделяющих элементов.

Авария атомного реактора могла привести к взрыву лодки, а впоследствии — к глобальной экологической катастрофе — радиоактивному отравлению вод Мирового океана.

Командир подлодки дал команду на всплытие и принял решение из подручных материалов смонтировать трубопровод, дублирующий поврежденный участок системы охлаждения. В течение двух часов, находясь в зоне воздействия радиации, подводники без защитных костюмов (их не было тогда), голыми руками, в армейских противогазах, которые не защищают от излучения, смонтировали систему охлаждения и спасли подлодку. В будущем такие дублирующие контуры появились на всех АПЛ.

В ходе ликвидации аварии личный состав неоднократно в течении длительного времени находился в зоне воздействия радиации, 42 члена экипажа получили большие дозы облучения, в результате распространения активных газов и аэрозолей осложнилась радиационная обстановка в обитаемых отсеках лодки. Через четыре с половиной часа после возникновения аварии у облучившихся моряков начали появляться признаки лучевой болезни — у 15 человек тяжелой, 11 — средней и 16 — легкой степени.

Ситуация осложнилась тем, что оказалась поврежденной антенна передатчика дальней связи и командир подлодки не мог сообщить об аварии командованию флота. После всего случившегося Николай Затеев принял решение возвращаться в базу, хотя туда нужно было идти более трех суток. Через какое-то время с помощью аварийного передатчика удалось связаться с участвовавшими в учениях двумя средними дизельными подводными лодками, которые пришли на помощь. С одной из подлодок удалось связаться со штабом флота и сообщить об аварии на АПЛ. К вечеру 4 июля с К-19 на две подлодки были эвакуированы 65 моряков, а еще через день ее оставили все члены экипажа. Перед этим механизмы атомного ракетоносца были приведены в нерабочее состояние.

Еще через несколько дней, когда к месту аварии подошли направленные штабом флота надводные корабли с медицинскими группами, К-19 взяли на буксир и перевели на базу. Все эти дни две дизельные подлодки, на которые были эвакуированы члены экипажа АПЛ, держали К-19 под прицелом торпедных аппаратов — если бы на нее попытались проникнуть иностранные военные, то ее бы потопили.

Через 87 часов после аварии весь экипаж К-19 был госпитализирован. Восемь человек, получивших максимальные дозы радиации, скончались в течение недели. Двоих похоронили в Ленинграде (ныне Санкт-Петербург), а шестерых — в Москве на Кузьминском кладбище. Остальные долгое время проходили курс лечения.

Правительственной комиссией действия экипажа по ликвидации аварии были признаны правильными, многие (в том числе посмертно) получили ордена и медали.

Атомная подлодка К-19 была отправлена в ремонт. В 1962-1964 годах на ней были заменены оба атомных реактора, были модернизированы навигационный и ракетный комплексы. АПЛ потом много плавала, успешно совершала ракетные стрельбы и решала задачи боевой подготовки. Но после аварии 1961 года К-19 получила у моряков прозвище "Хиросима" и репутацию "несчастливого" корабля. На ней были аварии, пожары, не избежала она и столкновений — над водой и под водой.

15 ноября 1969 года при отработке задач боевой подготовки в Баренцевом море К-19 столкнулась с американской субмариной "Гэтоу" (Gato), пытавшейся осуществлять скрытное слежение за советским атомоходом. Оба корабля получили повреждения.

Авария, произошедшая с К-19 24 февраля 1972 года при несении боевой службы в Северной Атлантике, была трагической: в результате пожара в отсеках корабля погибли 28 человек.

После ЧП 1972 года подлодку отправили на судоремонтный завод "Звездочка" в Северодвинск, где ее обновили, модернизировали. Отремонтированная подлодка К-19 еще не раз выходила на боевые дежурства в морские и океанские глубины.

В 1979 году АПЛ была признана утратившей значение как крейсер-ракетоносец и переоборудована в лодку связи по проекту 658С. Стала называться КС-19. В 1990 году выведена из боевого состава в резерв, в 1992 году переименована в БС-19.

В мае 2002 года лодка была доставлена на судоремонтный завод "Нерпа" (Снежногорск). В 2003 году на ней была произведена выгрузка активных зон ядерных реакторов, а затем разделка и утилизация. Часть ограждения выдвижных устройств сохранена как мемориал и установлена у проходных завода "Нерпа".

Долгое время авария 1961 года на К-19 была засекречена.

О трагедии К-19 стало известно в 1990-е годы. Вышли в свет газетные публикации, книги. В 2002 году широкой публике был представлен американский кинофильм "К-19. Оставляющая вдов" (K-19: The Widowmaker), главные роли в котором сыграли Харрисон Форд и Лиам Нисон.

В 2006 году бывший президент СССР Михаил Горбачев обращался в Нобелевский комитет с предложением номинировать на Премию мира экипаж советской атомной подводной лодки К-19.

В память о подвиге членов экипажа К-19 на месте их захоронения на Кузьминском кладбище в Москве на средства энергокомпании "Мосэнерго" в 1998 году был воздвигнут мемориал.

36

2 ИЮЛЯ 1860 г. РУССКИМИ ВОЕННЫМИ МОРЯКАМИ ОСНОВАН ГОРОД-ПОРТ ВЛАДИВОСТОК

Владивосток— город и порт на Дальнем Востоке России; политический, культурный и экономический центр региона; административный центр Приморского края и Владивостокского городского округа. Расположен на полуострове Муравьёва-Амурского и островах в заливе Петра Великого Японского моря.

Конечный пункт Транссибирской магистрали. Один из крупнейших морских портов Дальневосточного бассейна. Главная база Тихоокеанского флота. Крупнейший научно-образовательный центр дальневосточного региона, включающий Дальневосточный федеральный университет и Дальневосточное отделение РАН.

Основан как военный пост «Владивосток» в 1860 году, в 1880 году получил статус города. С 1888 года — административный центр Приморской области, с 1938 года — Приморского края.

Название «Владивосток» образовано от слов «владеть» и «Восток», по аналогии с Владикавказом

В 1859 г. генерал-губернатор Восточной Сибири Н. Н. Муравьев-Амурский обратил особое внимание на хорошо укрытую бухту Золотой Рог в заливе Петра Великого и приказал основать здесь военный пост Владивосток. 20 июня 1860 г. в бухту Золотой Рог вошел транспорт «Маньчжур» (командир капитан-лейтенант А. К. Шефнер). С него на западный берег высадились 40 солдат третьей роты 4-го Восточносибирского линейного батальона во главе с прапорщиком Н. В. Комаровым.

Вскоре солдаты построили казарму, кухню и дом для офицеров, использовав для этого вековой лес, которым были покрыты берега бухты и близлежащие сопки. К осени в бухту прибыл на зимовку корвет «Гридень» под командованием капитан-лейтенанта Г. X. Егершельда. Пришлось срочно строить большую казарму, баню и мастерскую с кузницей. В дальнейшем во Владивосток часто заходили корабли из состава русских эскадр, плававших в дальневосточных водах.

В 1862 г. военный пост был переименован в порт. Через два года во Владивостоке была учреждена должность начальника южных гаваней. В 1865 г. сюда переводится рота 3-го Восточносибирского полка. Вместе с ранее прибывшим из Николаевска-на-Амуре дивизионом Забайкальской горной линейной артиллерии она образует гарнизон порта. Поселок постепенно растет. В 1866 г. завершилось строительство телеграфной линии, связавшей его с Николаевском-на-Амуре, Де-Кастри, Софийском и Хабаровкой. К тому времени во Владивостоке насчитывалось более 500 человек, 10 казенных зданий, 34 частных дома, 12 магазинов-складов и 14 китайских фанз, а через два года — 22 казенных здания.

После основания Владивостока значение Николаевска-на-Амуре все более падает. Этот порт не имел глубоководных подходов. Сказывались также длительность зимнего ледостава в Амурском лимане и значительное удаление порта от южных районов русского Дальнего Востока. Поэтому в феврале 1871 г. Русское правительство приняло решение перенести главный порт Сибирской флотилии из Николаевска-на-Амуре во Владивосток. В следующем году Владивосток стал основным пунктом базирования флотилии, в составе которой уже насчитывалось около 20 кораблей.

В 1875 г. Владивосток официально был объявлен городом. Как и каждому городу России, ему был присвоен герб: выгравированный на серебряном щите уссурийский тигр держал за рымы два скрещенных золотых якоря. Герб символизировал неразрывную связь Владивостока с флотом, с мореплаванием.

Тогда же началось планомерное гидрографическое изучение дальневосточных морей. В 1880 г. была образована постоянная организация — Отдельная съемка Восточного океана, занимавшаяся прежде всего составлением точной карты залива Петра Великого и обобщением результатов произведенных ранее обследований и съемок побережий.

В 1878 г., по данным переписи, во Владивостоке уже проживало 4163 человека. Подводный телеграфный кабель связывал город с Нагасаки и Шанхаем. Ежегодно порт посещало до 60 различных судов. Однако развивался Владивосток медленно, так как в официальных кругах вынашивалась идея о переносе военного порта из бухты Золотой Рог в другое место, в частности в залив Ольги.

Только в 1886 г. принимается решение оставить военный порт во Владивостоке. Два года спустя город стал административным центром всей Приморской области, а еще через год — и военной крепостью. Он имел постоянное пароходное сообщение не только с другими русскими портами Дальнего Востока, но и с портами Японии, Китая и иных азиатских стран. Наладилась регулярная связь и с западными портами России: с 1883 г. пароходы Добровольного флота начали доставлять оттуда партии переселенцев, которые стали осваивать свободные земли Приморья и Приамурья.

Строительство Сибирской железной дороги способствовало интенсивному развитию Владивостока. Как известно, оно было начато в 1891 г., и уже к началу нашего столетия существовала сквозная транспортная магистраль из европейской части России до Владивостока. Ее частями являлись: железная дорога до Сретенска, водный путь по Амуру до Хабаровска, Уссурийская железная дорога от Хабаровска до Владивостока.

Вместе с тем как военно-морская крепость Владивосток не был готов к отражению противника в случае войны.

И только обострение японо-русских противоречий в конце XIX столетия заставило принять меры к усилению обороны крепости. План 1895 г. предусматривал строительство сети береговых батарей, создание двух линий фортов и непрерывной, долговременной преграды на полуострове Голдобина. Первая линия включала два форта на острове Русский и пять фортов в черте города вторая линия фортов — на Даковой горе и Орлином гнезде. Хотя в плане войны с Японией, разработанном «в 1901 г., Владивосток рассматривался как пункт базирования главных сил русского флота на Тихом океане, мало что делалось для его укрепления. Подступы к Владивостоку защищали 23 береговые батареи, но на многих из них стояли устаревшие орудия, а некоторые не имели приборов для ведения прицельной стрельбы. Из семи запланированных фортов воздвигались лишь три. Вскоре строительство крепости и города вообще было приостановлено: местом базирования основных сил русского флота на Тихом океане становится Порт-Артур.

Несмотря на это, Владивосток, основанный русскими военными моряками во второй половине прошлого столетия, превратился в центр огромной дальневосточной территории России.

37

РУССКАЯ ТОРПЕДА

1 июля 1866 года в России спущена на воду первая в России подводная лодка с механическим двигателем, построенная по проекту И. Ф. Александровского.

1 июля 1866 года в центре Санкт-Петербурга, на юго-западном берегу Васильевского острова была спущена на воду подводная лодка. Это субмарина первая в мире использовала для подводного движения двигатель особой конструкции, работавший на сжатом воздухе. Все создававшиеся ранее проекты подлодок использовали либо паровой двигатель, либо банальный ручной привод.

Новая конструкция русского изобретателя позволяла обойтись без паровой машины, совсем не подходящей для подводного движения, и без многочисленного экипажа подводных гребцов, вручную вращавших винты. Но помимо этого новшества русская подлодка 1865 года была впервые в мире задумана как единый боевой комплекс, совмещавший движущийся подводный носитель с самоходным подводным оружием, ныне известным под именем «торпеда».

До этого все созданные и проектируемые в мире подлодки оперировали только с неподвижными минами, которые под водой буксировали к вражеским кораблям и подрывали их по проводам, отойдя на безопасное расстояние. Естественно, такая тактика существенно сужала возможности использования подлодок. И только предложенный в Петербурге проект 1865 года действительно обещал сделать подводную лодку по-настоящему смертоносным оружием для всех, даже самых больших кораблей.

38

АФОНСКОЕ СРАЖЕНИЕ ПРИУМНОЖИЛО СЛАВУ ПОБЕД УШАКОВА

Д.Н. Сенявину пришлось пойти на значительный риск, чтобы выманить турок из пролива и навязать им генеральное сражение

https://www.youtube.com/watch?v=EVEmcEwRrtQ

1 июля (19 июня) 1807 года — Афонское сражение, закончившееся полной победой русской Средиземноморской эскадры над турецким флотом у полуострова Афон. Д.Н. Сенявину пришлось пойти на значительный риск, чтобы выманить турок из пролива и навязать им генеральное сражение. Всей своей деятельностью русская Средиземноморская эскадра приумножила славу недавних побед Ф.Ф. Ушакова. Подробнее об этом читайте в статье о взятии крепости Корфу. Это сражение оказало решающее влияние на дальнейший ход и исход русско-турецкой войны 1806-1812 годов. Убедившись в бесперспективности дальнейших боевых действий, турки обратились к России с предложением о перемирии.

Поразительно, но некоторые русские авторитеты в области военно-морской истории подвергли критике действия командующего Средиземноморской эскадрой вице-адмирала Д.Н. Сенявина. По их мнению, он безосновательно проигнорировал реальную возможность полностью уничтожить турецкий флот, ради того чтобы спасти русский гарнизон острова Тенедос — главной базы нашего флота, который блокировал Дарданеллы. Моряки, защищавшие остров, укрылись в крепости и уже из последних сил сдерживали атаки многочисленного турецкого десанта.

В октябре 1806 года в самый разгар наполеоновских войн Турция, уступая сильному нажиму Франции, объявила войну России, а затем и Англии. Русский Генштаб планировал одновременным ударом Черноморского флота и Средиземноморской эскадры вице-адмирала Д.Н. Сенявина взять столицу Турции Константинополь. Однако по ряду причин от этого плана пришлось отказаться. Тогда Сенявин блокировал Константинополь, перекрыв вход в пролив Дарданеллы, а также послав ряд судов для пресечения турецких коммуникаций по всему Средиземному морю.

Вскоре Константинополь стал испытывать нехватку продовольствия и предметов первой необходимости. Султан приказал флоту выйти в море и обеспечить свободу судоходства в проливе. Однако турецкий флот был разбит Сенявиным в Дарданелльском сражении, а блокада была еще более усилена. Недовольства в Константинополе нарастали, и вскоре султан Селим III был свергнут. Новый султан Мустафа IV хотел отметить свое вступление на престол военными победами. Он приказал командующему флотом адмиралу Сейиту Али сбросить в море русский гарнизон острова Тенедос — базы русских кораблей, блокировавших Дарданеллы. О том как взяли и обороняли его наши моряки читайте в статье Оборона острова Тенедос.

В это время Сенявин со своей эскадрой отошел от Тенедоса, оставив остров в качестве приманки. Он предполагал, что для его захвата турецкий флот уйдет от спасительных для него береговых батарей у входа в Дарданеллы, и тогда ему можно будет навязать сражение в открытом море. Предвидение Сенявина полностью подтвердилось.

Узнав, что русские корабли ушли, и остров остался без защиты, турецкий флот вышел из пролива и направился к Тенедосу. Там турки высадили десант в 7 тысяч человек и начали штурмовать крепость, в которой находился русский отряд. Сенявин попытался перехватить противника и отрезать ему путь к проливу, но адмирал Сейит Али уклонился от сражения и ушел на запад.

Вскоре турецкий флот в составе 9 кораблей и 5 фрегатов был обнаружен недалеко от полуострова и горы Афон. Сенявин решил атаковать. Обычно турецкие моряки мужественно и упорно сражались, но только до тех пор, пока их флагман находился в строю. По турецким законам командир корабля, который вышел из боя раньше флагмана, карался смертью.

Исходя из этого, Сенявин решил нанести главный удар по флагманам. Он разделил эскадру на два отряда. В первый отряд вошли 6 кораблей, по два наших корабля на каждый флагманский корабль турок. Благодаря этому достигался двойной перевес сил на решающем направлении. Второй отряд в составе четырех кораблей Сенявин взял под свое командование. Он должен был сковать боем авангард турецкой эскадры, нарушить ее строй и не допустить другие корабли для оказания помощи флагманам. Сенявин приказал атаковать «со всевозможной решительностью, как можно ближе». «Надеюсь, подчеркнул он, что каждый сын отечества потщится выполнить долг свой славным образом».

На рассвете 19 июня русская эскадра подошла к острову Лемнос. Сенявин держал свой флаг на линейном корабле «Твердый». Турецкий флот начал срочно сниматься с якорей и строиться в линию баталии. Три флагманских корабля турок находились в центре строя. В 7.45 на «Твердом» был поднят условный сигнал «Назначенным кораблям атаковать неприятельских флагманов вплотную». Корабли первого отряда решительно пошли на сближение. Турки открыли ураганный огонь. Труднее всех пришлось нашим кораблям «Рафаилу» и «Сильному», которые шли во главе колонны. Турки били главным образом по парусам и рангоуту, чтобы лишить русские корабли маневра.

«Рафаил» выдержал этот шквальный огонь и сблизился с первым флагманом на короткую дистанцию. Завязалась артиллерийская дуэль. Атакованный «Рафаилом» флагманский корабль «Седд-уль-Бахр» не выдержал сосредоточенного артиллерийского и ружейного огня и уклонился от дуэли. Тогда «Рафаил» сосредоточил свой огонь по главному флагманскому 90-пушечному кораблю «Мессудие». Командир «Рафаила» капитан 1 ранга Д.А. Лукин хладнокровно руководил боем, пока не был убит ядром. Вслед за «Рафаилом» вступили в бой и другие наши корабли.

В это время второй отряд сблизился с авангардом. Сенявин преградил путь головному турецкому кораблю и бил по нему всем левым бортом. Остальные турецкие корабли были вынуждены снизить скорость, их строй нарушился. Русские взяли авангард в полукольцо и открыли интенсивный огонь. Передовой отряд турецкой эскадры полностью утратил свою боеспособность, отдельные корабли стали выходить из боя и спасаться бегством.

Тогда Сенявин поспешил на помощь первому отряду, сражавшемуся с флагманами. К 10 часам избитые флагманские корабли были вынуждены выйти из строя, и турецкая эскадра в беспорядке устремилась к Афонскому полуострову. Русские корабли, прибавив парусов, преследовали турок. В 13 часов ветер стих, и обе эскадры прекратили бой. Сенявин приказал устранять повреждения, надеясь продолжить сражение.

Вскоре подул западный ветер. Турки получили преимущество и стали уходить на север. Один из флагманских кораблей турок со сбитыми реями и парусами шёл на буксире линейного корабля в охранении двух фрегатов. Завидев русскую эскадру, эти корабли бросили флагмана и обратились в бегство. Капитан 2 ранга Рожнов (командир корабля «Селафаил») взял его в плен вместе с адмиралом Бекир-беем.

Утром 20 июня выяснилось, что главные силы турок стоят к северу от русской эскадры, а один линейный корабль, фрегат и корвет идут к острову Монте-Санта. В погоню за ними Сенявин послал 4 корабля под командой контр-адмирала А.С. Грейга, однако турки успели посадить эти корабли на мель и сжечь их. Еще два турецких фрегата затонули от полученных повреждений, а утром 22 июня турки сожгли полностью разбитые линейный корабль и фрегат. Остатки недобитого турецкого флота ушли в Дарданеллы и оставались там в бездействии.

В результате Афонского сражения турки потеряли треть своей эскадры: 3 линейных корабля, 4 фрегата и 1 корвет, а также более 1000 человек убитыми и ранеными, 774 — пленными. Русская эскадра потерь в кораблях не имела. Полученные повреждения были исправлены к 30 июня. В бою было убито 78 и ранено 183 человека. Сенявин не стал больше преследовать турецкий флот, а пошел на выручку русского гарнизона острова Тенедос, который уже на пределе сил сдерживал атаки турецкого десанта. А через двадцать лет здесь же, в греческих водах произошло Наваринское сражение, в котором были полностью уничтожены эскадры Турции и Египта.

В этом бою особенно ярко проявилось тактическое мастерство Сенявина, умело сочетавшего быстроту маневра, внезапность удара и сосредоточенный артиллерийский огонь. Эффективность огня достигалась сближением на короткую дистанцию, при которой корабли могли использовать артиллерию всех калибров и даже ручное огнестрельное оружие. Именно поэтому на турецких кораблях так велики были потери личного состава.

Маневр позволял русским судам занимать выгодную позицию, чтобы стрелять всем бортом, а турецкий корабль был стеснен в использовании своих пушек. Грамотно маневрируя, Сенявин охватил авангард турецкой эскадры, поставив передовые неприятельские корабли между двух огней и нарушив боевой строй неприятеля. Он принял на себя командование отрядом, который наносил вспомогательный удар, но именно этот удар решил исход боя. Отличная морская и артиллерийская выучка команд, высокий моральный дух и воля к победе русских моряков оказали решающее влияние на ход и исход сражения.

39

Владимир Додонов

30 ИЮНЯ 1984 г. НА АПЛ К-151 ВО ВРЕМЯ БОЕВОЙ ПОДГОТОВКИ В МОРЕ ВОЗНИК ПОЖАР В VII ОТСЕКЕ, ГДЕ НАХОДИЛИСЬ 10 ЧЕЛОВЕК.

В связи с большой задымленностью и невозможностью точного определения места возгорания было принято решение о выводе личного состава через VIII отсек. Были остановлены ГТЗА обоих бортов. Получили отравление токсичными газами 2 человека, один погиб (лейтенант Малыхин С.А.).

Атомная подводная лодка К-151 проекта 659, 659Т. 16 ноября 1960 года зачислена в списки кораблей ВМФ. 21 апреля 1962 года заложена на стапеле судостроительного завода им.Ленинского комсомола в г.Комсомольск-на-Амуре как крейсерская подводная лодка проекта 659. 30 сентября 1962 года спущена на воду. 4 ноября 1962 года-10 марта 1963 года проведены заводские швартовные испытания. 27 января1963 года поднят Военно-Морской флаг СССР. Этот день объявлен годовым праздником корабля. 10-11 марта 1963 года проведены заводские ходовые испытания. 12 марта-28 июля 1963 года выполнена программа государственных испытаний. В мае 1963 года сформирован 331-й экипаж крейсерской атомной подводной лодки проекта 659 для Крейсерской подводной лодки К-151. 28 июля 1963 года подписан приемный акт и К-151 ступила в строй. 2 сентября 1963 года после отработки задач вошла в первую линию. В 1963 году в море была обнаружена течь 3 контура, приведшая к потере хода и переобучению личного состава. 9 октября – 14 ноября 1963 года совершила автономное плавание по маршруту: бухта Павловского - пролив Лаперуза - пролив Буссоль далее по меридиану 150градусов на юг до северного тропика, затем переход и плавание в Беринговом море. 14 ноября прибыла к постоянному месту базирования в Петропавловск-Камчатский. 23 ноября 1963 года в базе при продувке ЦГБ №-4 для выравнивания крена произошел разрыв трубопровода ВВД. Причиной явилась плохая очистка воздуха при пополнении запасов ВВД. 4 ноября 1964 года вошла в состав Тихоокеанского флота. Зачислена в состав 45-й Дивизии подводных лодок 15-й Эскадры подводных лодок ТОФ с базированием на бухту Крашенинникова. В 1964-1966 годах отрабатывала задачи БП, испытывала новую технику. В декабре 1965 года выполнила ракетную стрельбу двумя ракетами по берегу. Получила Приз Командующего КТОФ. В 1966 году участвовала в оперативно-тактическом учении «Буссоль» с выполнением ракетной стрельбы по береговым объектам с оценкой «отлично».

С декабря 1966 года по ноябрь 1968 года находилась в текущем ремонте с заменой парогенераторов на СРЗ-30 в б.Чажма (п.Дунай). В 1969-1972 года выполнила задачи двух Боевых служб в Тихом океане. С августа 1972 года по 1976 год прошла ремонт и перевооружение в торпедную подводную лодку по проекту 659Т на ДВЗ «Звезда» в п.Большой Камень (Приморский край). С июня 1974 года по август 1976 года произвела перезарядку активных зон реакторов. По окончании модернизации перечислена в состав 26-й Дивизии подводных лодок ТОФ с базированием на бухту Павловского в заливе Стрелок. В 1976-1979 годах совершила четыре Боевых службы в Филиппинском море, Индийском океане, в Тихом океане. 25 июля 1977 года была переклассифицирована в большую подводную лодку. В октябре 1977 года приняла участие в торпедной стрельбе на Приз ГК ВМФ и завоевала первое место за лучшую атаку надводного корабля, была награждена вымпелом ГК ВМФ. В июле1978 года приняла участие в призовых стрельбах на приз ГК ВМФ, была награждена Грамотой за 2-е место в атаке АУС. В 1979 году в составе дивизии переформирована в состав 4-й Флотилии подводных лодок КТОФ.

В феврале-августе 1980 года совершила Боевую службу с пополнением запасов в пунктах маневренного базирования (Камрань, СРВ). С апреля 1981 по сентябрь 1983 года находилась в среднем ремонте. В 1983 году перебазирована в бухту Постовая с подчинением командиру 28-й Дивизии подводных лодок Сахалинской Флотилии КТОФ.

30 июня 1984 года во время боевой подготовки в море возник пожар в VII отсеке, где находились 10 человек. В связи с большой задымленностью и невозможностью точного определения места возгорания было принято решение о выводе личного состава через VIII отсек. Были остановлены ГТЗА обоих бортов. Получили отравление токсичными газами 2 человека, один погиб.

В январе-октябре 1985 года совершила Боевую службу с пополнением запасов в пункте маневренного базирования (Камрань, СРВ). В 1986 году принято решение о возможности использования БПЛ по состоянию ППУ только в районах БП. В 1987 году принято решение о возможности использования БПЛ на мощности не более 50% и продолжительностью не более 10 суток. В начале 90-х годов подводная лодка К-151 исключена из состава ВМФ в связи со сдачей в ОФИ и в б.Постовая (г.Советская гавань) поставлена на прикол. 13 февраля 1995 года расформирована. В некоторых источниках ошибочно указано на разделку на металл в 1995 году. В 2006 году хранилась на плаву в пункте временного хранения в б.Постовая (г.Советская Гавань).

Всего с момента постройки подводная лодка К-151 прошла 301 953 миль за 33 015 ходовых часов.

 
 (Исп. М-лы СМИ, военные и литературные труды; Материалы НИИ военной истории)
 
Над выпуском работали военкоры юнармейского отряда военкоров «ФЕНИКС» им. Адмирала П.С. Нахимова «МС ДИНАСТИЯ» МЦ МАОУ СОШ 135 и учитель школы:
Алина Сафиуллина, военкор, нач. морского клуба;
Анастасия Шестакова, командир отряда, лауреат конкурса «Гордость Пермского края», нач. киноклуба РО РВИО;
Анастасия Пономарёва, нач. клуба «Юный военкор», лауреат конкурса «Гордость Пермского края»;
Патрушева Юлия, военкор;
Илья Блинов — нач. музейного клуба, военкор
Тьютор: Куляпин Александр Сергеевич