Зарождение авиации в России стало возможным благодаря инициативе военных моряков. Именно моряки первыми усмотрели в летательных аппаратах важное средство повышения мощи военного флота и приложили немало усилий и средств для подготовки авиационных кадров, приобретения самолетов и организации отечественного самолетостроения.

Первое в мире предложение, в котором было предопределено взаимодействие корабля и самолета, тоже родилось на Российском военно-морском флоте. Автором его был капитан корпуса инженеров флота Лев Макарович Мациевич. Еще 23 октября 1909 г. в своей первой докладной записке в Главный морской штаб он предсказывал будущее корабельной авиации, предлагал приступить к строительству авианосца, гидросамолета и катапульты для его запуска с палубы корабля. Не случайно в России сам процесс движения летательных аппаратов называется воздухоплаванием, авиация — воздушным флотом, небо — пятым океаном, а тяжелые самолеты — кораблями.

Гидроавиация в России стала зарождаться в 1911 г. Сначала гидросамолеты закупались за границей, но вскоре русские инженеры В. А. Лебедев и Д. П. Григорович создали несколько моделей летающих лодок, что позволило российскому Военному ведомству в 1912—1914 гг. на базе отечественных гидросамолетов сформировать первые авиационные подразделения в составе Балтийского и Черноморского флотов. При этом летающая лодка конструкции Григоровича М-5 по своим летно-техническим характеристикам превосходила зарубежные образцы аналогичных типов.

Сначала морская авиация использовалась главным образом в интересах разведки, т. е. как средство обеспечения боевой деятельности флота. Однако опыт применения авиации в первые же месяцы начавшейся Первой мировой войны показал, что боевые возможности самолетов выходят далеко за рамки разведки. Они стали применяться для бомбардировки и обстрела с воздуха объектов в пунктах базирования флота и в портах,, кораблей и судов противника в море.

В Российском флоте на первом авианесущем корабле «Орлица» базировались гидросамолеты Григоровича М-9, имевшие пулеметы и способные нести бомбы. 4 июля 1916 г. (17 июля по новому стилю) четыре самолета с «Орлицы» провели воздушный бой над Балтийским морем с четырьмя немецкими самолетами, который закончился победой русских морских летчиков. Два кайзеровских аэроплана были сбиты, а два других обратились в бегство. Наши летчики вернулись к своей авиаматке без потерь.

Этот день — 4 июля 1916 г. (17 июля по новому стилю) — день первой победы в воздушном бою над морем морских летчиков на отечественных гидросамолетах, базировавшихся на первом отечественном авианосце, принято считать Днем рождения морской авиации.

К середине 1917 г., переломного для истории России, в Российском флоте появились предпосылки превращения авиации в одну из основных сил флота, что и послужило основанием для учреждения в Морском ведомстве специального органа — Управления морской авиации и воздухоплавания.

После Октябрьского переворота уже советское военное руководство в ходе вооруженной борьбы с интервентами и белогвардейцами на фронтах, примыкавших к морю, в регионах с озерами и вдоль крупных рек не могло обойтись без гидроавиации. Началось создание новых формирований морской авиации.

27 апреля 1918 г. стал Днем рождения авиации Балтийского флота. Тогда в его составе была сформирована Воздушная бригада особого назначения.

3 марта 1921 г. считается Днем рождения авиации Черноморского флота СССР. В этот день было завершено формирование Штаба Воздушного флота Черного и Азовского морей. 4 апреля 1932 г. родилась авиация Тихоокеанского флота, а 18 августа 1936 г. — авиация Северного флота.

История свидетельствует, что в 20-е и 30-е годы, когда морская авиация организационно входила в состав Военно-Воздушных Сил Красной Армии, высшее руководство страны и руководство Наркомата обороны отводили авиации задачи по поддержанию сухопутных войск, прикрытию войск и объектов тыла от ударов с воздуха, а также по борьбе с воздушной разведкой противника. В соответствии с этим велись разработка и постройка самолетов и их вооружения, составлялись программы обучения летчиков в авиационных учебных заведениях. На это же была направлена оперативно-тактическая подготовка руководящих военных кадров и вся боевая подготовка военной авиации. Морской авиации при этом отводилась второстепенная роль, поэтому парк морской авиации в эти годы пополнялся лишь гидросамолетами, предназначенными в основном для ведения воздушной разведки в море. Летные кадры для нее готовились только в Ейской школе морских летчиков и летнабов.

На 30-е годы приходится триумф авиации, конструкторской мысли и прежде всего морских летчиков, показавших выдающиеся примеры летного мастерства, мужества, отваги и героизма.

Они неоднократно привлекались к выполнению специальных и правительственных заданий. Из морских летчиков комплектовалась полярная авиация, сыгравшая огромную роль в освоении Северного морского пути, значение которого для нашей страны трудно переоценить.

Особенно проявили себя летчики при спасении челюскинцев в 1934 г. Их мужество и героизм, готовность к риску во имя спасения жизни людей, попавших в беду, стали убедительным основанием для учреждения в нашей стране высшей степени государственного отличия — звания Героя Советского Союза. Золотая звезда Героя за номером один была вручена морскому летчику Анатолию Васильевичу Ляпидевскому. Одновременно с ним этого звания были удостоены морские летчики И. Доронин, С. Леваневский и В. Молоков.

Страна жила великими стройками. Государство предпринимало меры для укрепления обороноспособности страны. Военно-морской флот получал на вооружение новые боевые корабли, в том числе и способные принимать на свой борт гидросамолеты. Но этого было далеко не достаточно.

Положение к лучшему резко изменилось с образованием Наркомата военно-морского флота, когда морская авиация вошла в его состав организационно. К этому времени окончательно утвердились взгляды на морскую авиацию как на один из основных родов сил флота. На должность Начальника авиации ВМФ СССР первым был назначен комкор Семен Федорович Жаворонков, получивший профессию военного летчика в сравнительно зрелом возрасте (34 года) и успешно командовавший авиацией ВМФ вплоть до 1947 г. В 1944 г. он был произведен в маршалы авиации.

Положительную роль в дальнейшем развитии морской авиации сыграл авиационный летно-испытательный институт. Его специалисты разрабатывали тактико-технические требования к технике и вооружению флотской авиации, проводили испытания опытных и модернизированных образцов авиационной техники и оружия, а также обеспечивали переподготовку руководящего летно-технического состава.

На флоты в больших масштабах стали поступать однотипные с находившимися на вооружении ВВС Красной Армии тяжелые самолеты типа ТБ-1, ТБ-3 и ДБ-3, специально переоборудованные для применения минно-торпедного оружия — традиционного морского средства поражения подводной части кораблей и судов в море.

Вскоре из бомбардировочной авиации выделилась и была организованно оформлена в самостоятельный род морской авиации минно-торпедная авиация.

С передачей флоту авиационных учебных заведений более совершенной и целенаправленной стала система подготовки кадров морской авиации. Школа морских летчиков и летнабов в Ейске и Школа морских летчиков Управления полярной авиации Главсевморпути в Николаеве были преобразованы в Военно-морские авиационные училища, а Военная школа авиационных техников в Перми — в Военно-морское авиационно-техническое училище. За первые три года количество курсантов в этих учебных заведениях увеличилось в несколько раз.

Для подготовки командных кадров морской авиации был учрежден командно-авиационный факультет в Военно-морской академии, при ней же открылись годичные курсы повышения квалификации руководящего состава авиации флотов.

Целенаправленно заработали и авиационные конструкторские бюро и предприятия, ориентированные на производство техники и вооружения для авиации ВМФ. Все это не могло не способствовать тому, что морская авиация к началу Великой Отечественной войны значительно выросла в количественном и качественном отношении; это впоследствии сказалось на результативности ее применения в боевых действиях.

Вместе с тем неопределенность организационной структуры отразилась на характере взглядов ее оперативно-тактического применения. Долгое время считалось, что воздушную борьбу на море будут вести преимущественно оперативные объединения (воздушные корпуса) ВВС Красной Армии. В соответствии с этим в оперативной подготовке отрабатывалось взаимодействие флотов и воздушных корпусов, а на морскую авиацию возлагались обеспечение флота воздушной разведкой и противовоздушная оборона базирования флота и кораблей в море.

На практике этого не произошло. Ни фронтовая, ни сформированная в 1942 г. дальняя авиация ни в одной операции флотов существенного участия не принимали, а морская авиация стала одной из главных ударных сил флота.

С первых дней войны в силу создавшейся обстановки на приморских фронтах морская авиация использовалась для нанесения ударов по боевым порядкам наступающего противника. И эта задача надолго стала основной, хотя к ее решению в предвоенные годы морская авиация не готовилась.

Видимо, этот урок истории должен в полной мере учитываться в боевой подготовке морской авиации и в наше, мирное время.

В книге убедительно показано, что особенно результативными были боевые действия морской авиации по кораблям и судам противника на море, что вполне соответствует ее основному боевому предназначению.

Разделы книги, посвященные боевым действиям авиации военно-морского флота в годы Великой Отечественной войны, насыщены фактами подвигов морских авиаторов. Первыми среди морских летчиков в этой войне успеха достигла истребительная авиаэскадрилья ВВС Черноморского флота, приданная Дунайской флотилии, под командованием капитана А. И. Коробицына.

На Балтике счет сбитым самолетам врага открыл заместитель командира эскадрильи капитан А. К. Антоненко, а на Северном флоте — командир авиаэскадрильи старший лейтенант Б. Ф. Сафонов.

Всемирную славу обрели летчики Балтики под командованием полковника Е. Н. Преображенского, нанесшие в ночь с 7 на 8 августа 1941 г. первый удар по Берлину.

За годы Великой Отечественной войны авиация военно-морского флота совершила более 350 тысяч боевых вылетов, уничтожила в воздухе и на аэродромах более 5,5 тысячи самолетов противника. В результате действий морской авиации фашистская Германия и ее сателлиты потеряли 407 боевых кораблей и 371 транспорт с войсками и грузами, что составляет две трети общих потерь врага от воздействия сил флотов.

Родина высоко оценила боевую деятельность морской авиации. 57 государственных наград украсили знамена полков и дивизий, 260 морских авиаторов удостоены звания Героя Советского Союза, а пятеро из них — Б. Ф. Сафонов, А. Е. Мазуренко, В. И. Раков, Н. Г. Степанян и Н. В. Челноков — дважды.

Среди морских летчиков есть герои, повторившие подвиг Алексея Маресьева. На Балтике это — Л. Г. Белоусов, на Черном море — И. С. Любимов, на Северном флоте — 3. А. Сорокин.

Полученный в ходе войны боевой опыт лег в основу разработки планов и направлений дальнейшего развития морской авиации, совершенствования принципов и способов ее применения в войне на море. Об этом тоже рассказывает настоящая работа. Послевоенное развитие морской авиации характеризовалось специализацией создаваемых летательных аппаратов и комплексов вооружения, переходом на реактивную технику с большими возможностями по скорости и дальности воздействия. Самолеты и вертолеты оснащались эффективными средствами поиска и поражения, радиоэлектронной аппаратурой; большинство процессов управления полетами и применения оружия автоматизированы.

Следует учитывать, что эту работу возглавили наиболее опытные авиационные военачальники, лично пережившие за годы войны горечь неудач и радость побед, глубоко знавшие потребности и возможности флотов. Среди них были прославленные авиационные военачальники Е. Н. Преображенский, И. И. Борзов, М. И. Самохин, Н. А. Наумов, А. А. Мироненко, Г. А. Кузнецов, С. А. Гуляев, В. И. Воронов и другие. Их идеи, замыслы и начинания в деле развития морской авиации находили понимание и полную поддержку у высшего руководства военно-морским флотом, возглавляемого Н. Г. Кузнецовым, а затем С. Г. Горшковым.

На флотах на первый план выдвигались проблемы противодействия силам вероятного противника, действующим скрытно из-под воды. Поэтому уже в 50-е годы был создан и поставлен в части гидросамолет дальнего действия Бе-6 конструкции Г. М. Бериева. Для борьбы с подводными лодками самолет имел в качестве средств поиска подводного противника радиогидроакустические буи и магнитометры, а для поражения — глубинные бомбы и торпеды. Противолодочными средствами оборудовались базовые вертолеты Ми-4 и первенец корабельной вертолетной авиации — корабельный вертолет Ка-15 конструкции Н. И. Камова.

В ходе их летной эксплуатации велись широкие исследования и закладывались основы тактики и боевого применения противолодочной авиации, вскоре перешедшей на более совершенные противолодочные комплексы типа Бе-12, Ка-25, Ка-27, Ми-14, Ил-38 и Ту-142 различных модификаций.

Освоение же ракетных комплексов с авиационными крылатыми ракетами значительно повысило боевые возможности ударной авиации флотов в борьбе с корабельными группировками вероятного противника на море.

В начале 60-х годов противолодочная и морская ракетоносная авиация оформилась организационно в самостоятельные рода авиации военно-морского флота. Параллельно шло и преобразование разведывательной авиации флотов.

На флоты открытого моря — Северный и Тихоокеанский — поступили дальние самолеты-разведчики Ту-95рц с автоматизированной системой целеуказания ракетному оружию ударных сил флота, в том числе и ракетным подводным лодкам, несшим боевую службу в море. Это же позволило морской авиации выйти в удаленные районы Мирового океана для наблюдения за морскими силами вероятного противника и своевременного предупреждения об угрозе их воздействия по нашим силам и объектам.

На Балтике и Черном море разведка стала осуществляться сверхзвуковыми самолетами-разведчиками Ту-22р.

Боевые возможности морской авиации СССР существенно расширились за счет вхождения в состав военно-морского флота противолодочных крейсеров «Москва» и «Ленинград». Именно с этого времени официально оформилась как новый род авиации военно-морского флота корабельная авиация.

Первый поход на боевую службу в Средиземном море противолодочный крейсер «Москва» с вертолетами Ка-25 на борту совершил в период с 19 сентября по 5 ноября 1968 г. В последующие годы противолодочные крейсера «Москва» и «Ленинград» неоднократно несли боевую службу в различных районах Мирового океана.

По заключению тогда Главнокомандующего Военно-Морским Флотом Адмирала Флота Советского Союза С. Г. Горшкова, вертолеты стали составной частью современных надводных кораблей различного предназначения, они придали им совершенно новое боевое качество. Принципиально новое направление в развитии морской авиации открыли создание самолетов вертикального взлета и посадки и постройка авианесущих крейсеров типа «Киев».

Первый авиационный полк корабельных штурмовиков Як-38 формировался на Черноморском флоте. Его первым командиром был Ф. Г. Матковский. Он первым возглавил авиационную группу и обучал летчиков полетам с корабля в дальнем походе авианесущего крейсера «Киев».

На Северном флоте первым командиром авиаполка корабельных самолетов-штурмовиков стал В. Н. Ратненко. В. М. Свиточев первым командовал полком корабельных штурмовиков на Тихоокеанском флоте.

Авианесущие крейсера «Киев», «Минск» и «Новороссийск» неоднократно несли боевую службу в различных районах Мирового океана, а корабельные авиаторы — летчики, инженеры и техники — проявили мужество, мастерство и высокие морально-психологические качества.

Особое внимание в книге уделено корабельной истребительной авиации флота. Такая авиация была создана на базе истребителей четвертого поколения типа Су-27 и МиГ-29, признанных на сегодня лучшими в мире из современных истребителей. Первый авианосный корабль, созданный в нашей стране, способен обеспечить базирование и боевые действия истребителей трамплинного взлета и аэрофинишерной посадки.

В рождении и становлении корабельной истребительной авиации большая заслуга одного из ведущих летчиков-испытателей Виктора Георгиевича Пугачева. Одним из первых энтузиастов в освоении нового рода корабельной авиации стал Тимур Автандилович Апакидзе. О его мужестве и профессиональном мастерстве свидетельствует тот факт, что еще в 1991 г. он был удостоен Почетного диплома и премии Международного фонда авиационной безопасности за решительные и грамотные действия в аварийной ситуации в полете. Спасая экспериментальный самолет, Т. А. Апакидзе покинул неуправляемый падающий аппарат на последней секунде. Вскоре после пережитой аварии он пошел на новый риск и первым из летчиков строевых частей военной авиации в нашей стране совершил посадку на палубу крейсера «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» на первом российском корабельном истребителе Су-27к без провозки на спарке. Это было 29 сентября 1991 г. на Черноморском флоте.

В ходе летно-конструкторских испытаний самолета Су-27к была успешно подготовлена к полетам и боевым действиям с палубы корабля первая лидерная группа летчиков ВВС Северного флота. Таким образом, в 1994 г. в морской авиации России родилась новая элита военных летчиков — элита палубных летчиков.

Флотские учения 70-х гг. Сотни кораблей, тысячи летательных аппаратов морской авиации. Место действия - моря и океаны. Амфибии, проводящие разведку, противолодочные самолёты и вертолёты, несущие на борту оборудование для поиска и уничтожения субмарин. Ракетоносцы, работающие с берега, способны уничтожить авианосец потенциального противника. А на вооружение вот-вот будут приняты палубные самолёты. Советская морская авиация в 70-х гг. представляла грозную силу.

РЕАКТИВНЫЙ ТАРАН ЛЕТЧИКА КУЛЯПИНА

18 июля 1981 года заместитель командира авиационной эскадрильи по политической части капитан В. А. Куляпин над территорией Закавказского военного округа таранным ударом Су-15 сбил самолет-нарушитель Государственной границы CL-44, который вошёл в штопор и упал в двух километрах от границы.

Экипаж погиб. Таран завершился благополучно для советского летчика. За этот подвиг он был награжден орденом Красного Знамени.

Это был второй случай реактивного тарана в мировой практике. Впервые это сделал 28 ноября 1973 года капитан Геннадий Николаевич ЕЛИСЕЕВ.

28 ноября 1973 года системы ПВО Закавказского военного округа зафиксировали нарушение Государственной границы. На перехват цели отправился МиГ-21, за штурвалом которого был 35-летний капитан Геннадий Николаевич Елисеев. Нарушителем оказался американский Фантом RF-4C с иранскими опознавательными знаками. Экипаж самолёта, как впоследствии выяснилось, составляли американский полковник Джон Сондерс и иранский офицер Мохаммад Шокуния. Выйдя на дистанцию прицельной стрельбы, Елисеев выпустил по нарушителю две ракеты Р-3С, но Фантом применил тепловые ловушки, и ракеты, захватив их, пролетели в 30 метрах от самолёта и самоликвидировались. Тогда Елисеев решился на таран. Оба самолета взорвались. Катапультироваться Елисееву не удалось, а оба вражеских пилота оказались более удачливыми. Они катапультировались и были задержаны пограничниками. Генндию Николаевичу Елисееву было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Валентин Куляпин, конечно, знал об этом случае. «Я учился на третьем курсе Высшего военного лётного училища, когда услышал о таране капитана Елисеева, - рассказывал впоследствии Валентин Александрович. - Мы все, 19-летние, в те дни спрашивали друг у друга: "А ты бы смог ?" Я тогда промолчал - что толку, находясь в безопасности, толковать о подвиге ? Но про себя решил: Елисеев оставил нам, молодым, завет научиться искусству тарана на реактивном самолёте. Так когда-то Нестеров своей героической гибелью передал русским авиаторам завет сделать открытый им рискованный приём оружием в войне с врагом, и более 600 советских лётчиков - наследников Нестерова - насчитывает сегодня история авиации».

Нужно сказать, что у реактивного сверхзвукового самолёта нет разящего винта и мощных плоскостей - крыльев. Таран казался на нём технически невозможным, тем более после гибели лётчика Елисеева. И всё же через 8 лет капитан Валентин Куляпин на сверхзвуковом реактивном самолёте совершил второй такой таран, уничтожив самолёт, вторгшийся в воздушное пространство СССР.

18 Июля 1981 года Государственную границу СССР на территории Армении нарушил транспортный самолёт Канадэр CL-44 аргентинской авиакомпании со швейцарским экипажем, перевозивший контрабандой партию оружия в Иран. На перехват были подняты 2 пары истребителей Су-15ТМ. Не обнаружив цели и израсходовав всё горючее, они вернулись на аэродром. Тогда на цель был наведён Валентин Куляпин. Ему была поставлена задача посадить нарушитель на нашей территории. Обнаружив самолёт - нарушитель на высоте 11000 метров, он сблизился с ним и пошёл параллельным курсом. Куляпин стал подавать нарушителю знаки следовать за собой. Тот не реагировал и продолжал лететь в направлении границы. Тогда с КП поступила команда - "Нарушителя сбить!".

Су-15ТМ Куляпина был вооружён ракетами дальнего радиуса действия Р-98М. Для их пуска дистанция была недостаточной, а сделать новый заход для атаки уже не хватало времени - нарушитель приближался к границе. Тогда Куляпин решил таранить. Он сблизился с самолётом - нарушителем и со второй попытки нанёс удар фюзеляжем по правому стабилизатору транспортника. После этого Куляпин катапультировался, а CL-44 вошёл в штопор и упал в двух километрах от границы. Экипаж погиб.

За этот подвиг Валентин Александрович был представлен командованием полка к званию Героя Советского Союза, но... получил орден Красного Знамени.

Больше никто во всем мире не решился повторить подвиг капитана Елисеева.

Над выпуском работали военкоры юнармейского отряда военкоров «ФЕНИКС» им. Адмирала П.С. Нахимова «МС ДИНАСТИЯ» МЦ МАОУ СОШ 135 и учитель школы:
Анастасия Шестакова, командир отряда, лауреат конкурса «Гордость Пермского края», нач. киноклуба РО РВИО;
Анастасия Пономарёва, нач. клуба «Юный военкор», лауреат конкурса «Гордость Пермского края»;
Алина Сафиуллина, военкор, эколог-доброволец;
Патрушева Юлия, военкор, эколог-доброволец;
Илья Блинов — нач. музейного клуба, военкор
Тьютор: Куляпин Александр Сергеевич