Школьные новости

С.И. МосинСоздатель легендарной "трехлинейки" Сергей Иванович Мосин родился 2 апреля (14 апреля по новому стилю) 1849 года в селе Рамонь Воронежской губернии. Его отец Иван Игнатьевич Мосин поступил на военную службу из Московского военно-сиротского отделения. В 1837 г. его произвели в подпоручики, но через год он неожиданно уходит в отставку и становится управляющим имениями и предприятиями в богатом поместье, где женится на одной из местных крестьянских девушек Феоктисте Васильевне.

Их сына Сергея с ранних лет жизнь не баловала. Едва достигнув четырех лет, он лишился матери и остался на попечении отца. Первоначальное образование получил при содействии помещицы, у которой работал отец.

16 августа 1861 г. Сергей Мосин был принят в первый общий класс и зачислен в «неранжированную роту» Тамбовского кадетского корпуса, но в июне 1862 г. переведен в Воронежский кадетский корпус. Последний в 1865 г. был преобразован в военную гимназию, в широкой образовательной программе которой преобладали точные и естественные науки. В 1867 г. С. И. Мосин с отличием окончил гимназию, в 1870 г. -Петербургское Михайловское артиллерийское училище и был произведен в подпоручики. Получив назначение во 2-ю резервную конно-артил-лерийскую бригаду, молодой офицер отправляется к месту службы. По истечении двух лет отмеченной успехами строевой службы он получил разрешение на сдачу экзаменов в Михайловскую артиллерийскую академию, набрал высокий балл и был зачислен на первый курс технического факультета. В том же году Сергея Ивановича произвели в поручики.

В 1875 г. С. И. Мосин по окончании академии был назначен начальником инструментальной мастерской Тульского оружейного завода. Начало его трудовой деятельности в качестве инженера-оружейника совпало с периодом важных усовершенствований стрелкового оружия. Речь идет о применении патронов с металлической гильзой, конструировании так называемых магазинных винтовок, снабженных приспособлениями для азмещения нескольких патронов для ускорения перезаряжания оружия.

К 1880-м годам Мосин в чине капитана был уже известен как большой знаток оружейного дела. По распоряжению Главного артиллерийского управления в 1881 - 1882 гг. он был назначен членом «комиссии для осмотра механических средств и зданий» Сестрорецкого и Ижевского заводов. Это дало ему возможность еще ближе познакомиться с организацией производства на этих заводах и состоянием русского оружейного дела. В центре внимания военных кругов стоял тогда вопрос о перевооружении русской армии малокалиберной магазинной винтовкой. С. И. Мосин, как и некоторые другие русские оружейники, сделал попытку принять участие в разрешении этого вопроса.

На Тульском оружейном заводе Сергей Иванович многие годы возглавлял инструментальную мастерскую, от которой зависела вся деятельность предприятия. Она обеспечивала производство мерительным и поверочным инструментом, лекалами, шаблонами, в ней были заняты лучшие мастеровые и кроме того инструментальщики выполняли все опытные работы по усовершенствованию стрелкового оружия. Так течение 1875 - 1876 гг. при Тульском заводе работала специальная комиссия капитана артиллерии Роговцева, в задачу которой входило улучшение затвора 4,2-линейной винтовки. Мосин активно сотрудничал с ее специалистами. Капитан Роговцев предложил тогда существенные изменения, исключавшие скручивание ударника, поломку затвора в месте соединения стебля с хвостом и ряд других недостатков.

Сам С. И. Мосин первые попытки испробовать конструкторские способности сделал еще в 1878 г., когда по объявленному Артиллерийским комитетом конкурсу занялся проектированием прибора для проверки правильности прицельной линии в винтовках образца 1870 г. Одновременно с ним в конкурс включились В.Л, Чебышев и молодой капитан А. В. Кун, ставший впоследствии начальником Тульского оружейного завода. Свой прибор Сергей Иванович сделал. Насколько он был оригинален, нынче судить трудно, ибо никаких его следов не сохранилось.И хоть в 1881 г. на Тульском заводе было проведено сравнительное испытание приборов, предложенных Мосиным, Куном и Чебышевым, результаты его неизвестны, так как вскоре оружейный отдел решил, что необходимость в указанном приборе отпала. И все же, несмотря на неудачу, крещение Мосина как конструктора состоялось.

Было бы абсолютно неверно считать Сергея Ивановича человеком, интересы которого ограничивались только заводской службой и конструированием винтовки. Он жил жизнью обычного человека со своими радостями и бедами, ему вовсе не чуждо было стремление сделать военную карьеру. Но если по должностной лестнице Мосин поднимался благодаря своим способностям и стараниям достаточно быстро,то число звезд на его эполетах росло не столь стремительно. Он начал службу в полевой артиллерии в чине подпоручика, а в Тулу прибыл в чине штабс-капитана. Этот чин был третьим снизу в петровском табеле о рангах и дался он Сергею Ивановичу после восьми лет службы. Различие в положении армейских и гвардейских артиллерийских офицеров было большим. Военное министерство ради привлечения на военное производство толковых людей настояло на зачислении офицеров-производственников в гвардию, что позволяло увеличить оклады и дать другие привилегии этим труженикам. В результате этого Высочайшим приказом, последовавшим 23 августа 1876 г., «состоявший по полевой конной артиллерии штабс-капитан Мосин переведен в гвардейскую конную артиллерию с зачислением по оной поручиком». Понижение в чине на одну ступень было обусловлено все тем же правилом, по которому армейские офицеры автоматически уступали гвардейцам в повышении в чине. Нона следующий год Сергея Ивановича произвели в штабс-капитаны по вакансии, а в 1880 г., опять-таки по вакансии, он получил капитанские погоны «с оставлением по гвардейской конной артиллерии». К этому времени Мосину исполнился 31 год, некоторые его сослуживцы уже примеряли полковничьи погоны. Сергею Ивановичу для получения этого высокого звания необходимо было изобрести лучшую в мире винтовку.

Винтовка МосинаМосин еще в 1882 г. самостоятельно начал работы по переделке однозарядной винтовки Бердана в магазинную винтовку. Комиссия для испытания магазинных ружей привлекла его к своей работе в числе других известных ей русских специалистов-оружейников. Летом 1883 г. он представил на рассмотрение комиссии разработанные им образцы магазинных винтовок. К винтовке Бердана С. И. Мосин устроил реечно-прикладной магазин на 8 патронов. Сущность устройства магазина сводилась в основных чертах к следующему: патроны помещались в овальной трубке, находившейся внутри приклада. Для подачи патронов служила рейка, зубцы которой захватывали закраины патрона. Рейка была сцеплена с затвором. При отодвигании затвора назад рейка подавала патрон настолько, что он мог быть захвачен затвором. Патроны в магазине располагались наклонно, так что пуля одного патрона не упиралась в капсюль другого, что приводило к полной безопасности магазина Мосина и выгодно отличало его винтовку от иностранных систем.

Винтовка этого образца, и сейчас хранящаяся в музее оружия при Тульском оружейном заводе, была окончательно разработана Мосиным к началу 1884 г. Несколько позднее Мосин создал такой же образец винтовки уже на 12 патронов.

Будучи в Петербурге со своими первыми винтовками, Сергей Иванович встречался с В. Л. Чебышевым и И.А. Вышнеградским и узнал, что среди ученых и крупных военных деятелей идут жаркие споры по поводу перспектив и возможностей многозарядного или, как тогда говорили, повторительного оружия. Казалось бы, уроки Балканской войны должны были однозначно решить вопрос: быть или не быть магазинным винтовкам. Однако в военных кругах нашлось немало сторонников традиционного правила «стреляй редко, да метко». Они считали, что многозарядные винтовки могли бы иметь право на существование, если бы одного солдата требовалось убивать несколько раз. Даже такой передовой генерал, военный теоретик и педагог, считавший необходимым воспитывать в солдатах сознательное отношение к своим воинским обязанностям, как генерал Михаил Иванович Драгомиров, был противником магазинного оружия. Идеалом его была однозарядная винтовка калибром около восьми миллиметров под патрон с прессованным порохом и пулей в стальной оболочке.

Однозначным было мнение профессора В.Л. Чебышева, безоговорочно поддерживавшего магазинное оружие и требовавшего самой серьезной работы над его совершенствованием.

В июле 1883 г. членом особой комиссии по испытаниям магазинных ружей был назначен С. И. Мосин. Это было официальным признанием его как одного из ведущих специалистов в области стрелкового оружия.

Очередные испытания магазинных винтовок комиссия проводила в 1884 г., и в соответствии с предписанием ГАУ С. И. Мосин был командирован в Петербург. Ехал он в приподнятом настроении, ибо перед самой поездкой узнал о том, что награжден болгарским орденом св. Александра 4-й степени. Это была его первая награда. Сергей Иванович принимал непосредственное участие в испытаниях собственной винтовки, внимательно прислушивался к замечаниям, впитывал в себя все новое, что ему удавалось узнать на полигоне и в беседах с коллегами. Привезенная им винтовка была вновь одобрена, но, безусловно, не могла быть принята на вооружение в силу ряда недоработок. Решение комиссии Сергея Ивановича не разочаровало, а лишь придало ему уверенность в конечном успехе задуманного дела и, соответственно, новые силы. В 1885 г. оружейный отдел заказал Тульскому оружейному заводу 1000 винтовок с мосинским магазином для войсковых испытаний.

Характерно, что об этом изобретении из-за попустительства царских чиновников, не умевших хранить военную тайну, узнали за границей, где в то время шли спешные изыскания в области магазинного оружия.

Узнав об изобретении Мосина, иностранцы решили его перекупить. В 1885 г. от имени одной парижской фирмы Мошну было предложено 600 тысяч франков, а затем сумма дошла до 1 миллиона, за право использовать для французской винтовки изобретенный им реечно-прикладной механизм. Иностранцы вынуждены были признать превосходство русского изобретения, ценность трудов выдающегося русского конструктора С.И. Мосина.

Мосин располагал весьма скромными средствами и жил на свое капитанское жалованье. Однако он решительно отверг все предложения иностранцев, поступив как подлинный русский патриот, бескорыстно преданный Родине.

Безусловно, все русские конструкторы-оружейники совмещали изобретательскую деятельность с исполнением прямых служебных обязанностей, но никого, наверное, не нагружали таким количеством посторонней роботы, как Мосина. Он постоянно совмещал несколько должностей. Руководство ценило его трудоспособность и в награду за это в конце августа 1886 г. Сергей Иванович удостоился ордена св. Владимира 4-й степени. Мосина искренне тронула эта высокая честь.

Намечавшееся перевооружение русской армии обещало огромные доходы иностранным фабрикантам-оружейникам, которые спешили этим воспользоваться. Однако предъявленные комиссии осенью 1889 г. известные в то время образцы магазинных винтовок Лебеля, Мандихера, Нагана и других оказались «неудовлетворительны или по устройству магазина, или по непрочности и неудобству затвора».

При строгом и беспристрастном подходе к оценке зарубежных винтовок миф о пресловутом «превосходстве» западноевропейской оружейной техники оказался явно несостоятельным.

Присылка в комиссию иностранных магазинных винтовок оказалась для Мосина удобным предлогом, чтобы просить разрешения вернуться к работе над созданием своей магазинной винтовки. Комиссия дала на это свое согласие. Конструирование своей магазинной винтовки Мосин начал, как мы указывали, значительно раньше Нагана и других зарубежных конструкторов, образцы винтовок которых испытывались комиссией. Русский конструктор взялся таким образом за решение труднейших технических задач, которые не смогли успешно выполнить самые известные и опытные европейские оружейники.

В то время когда Мосин находился в Туле, бельгийский фабрикант и конструктор оружия Наган представил комиссии свои новые образцы винтовок. При испытаниях винтовок Нагана, проведенных весной 1890 г. в присутствии конструктора, они давали заклинивание патронов и «не имели приспособления, отстранявшего несвоевременный выход двух патронов из магазина».

1889-1891 годы были периодом работы с ружьями двух конструкторов - бельгийского Л. Нагана и русского С.И. Мосина, соперничество которых и привело к появлению замечательной по своим свойствам винтовки.

11 марта 1889 г. Главное артиллерийское управление предписало капитану Мосину вступить в должность председателя приемной комиссии Тульского оружейного завода. Назначение для него было вдвойне приятным. Во-первых, у него появилось время для работы над винтовкой, во-вторых, членом этой комиссии был его брат Митрофан. Мосин младший после учебы в Московской военной гимназии окончил Тифлисское юнкерское училище в июне 1873 г. Митрофан Иванович участвовал в Балканской кампании, был награжден орденами св. Анны 4-й степени и св. Станислава 3-й степени. Возможно, что на оружейный завод он попал не без помощи старшего брата.

Метод конструирования Мосина отличался большой инициативой. Он обычно давал лишь основные размеры деталей и данные, определявшие их взаимное положение в образце винтовки. Остальные же «свободные размеры деталей» определялись конструкторами-чертежниками. Затем эскиз в виде нормального чертежа поступал к Мосину, который делал окончательную правку, иногда меняя размеры и даже саму форму деталей.

Мосин очень внимательно относился ко всем этапам конструирования винтовки. Он принимал непосредственное участие в оформлении и проверке рабочих чертежей, постоянно бывал на рабочих местах, особенно на сборке, помогая сборщикам технические иногда и практическими указаниями, лично следил за изготовлением деталей первых опытных образцов винтовки в мастерских завода. После продолжительного времени пришла пора произвести Мосина в очередной чин - все-таки неловко было ему, известному на весь мир изобретателю, 11 лет ходить в капитанах. В начале августа 1891 г. мундир Сергея Ивановича украсили эполеты полковника гвардейской артиллерии.

21 августа 1891 г. Сергей Иванович подал свою винтовку на соискание Большой Михайловской премии, приложив к ней чертежи, краткое описание оружия и правила обращения с ним. Михайловская премия была самой престижной наградой за изобретения в области артиллерии и оружейного дела. Она присуждалась один раз в пять лет, ибо ее учредители справедливо считали, что выдающиеся изобретения чаще не появляются. 25 ноября Мосин получил извещение о том, что Главное артиллерийское управление присудило ему высшую военно-техническую премию русской армии. Это было окончательное признание не только его заслуг, но и фактическое признание его соавторства на русскую магазинную винтовку. В 1892 г. он награждается орденом св. Анны 2-й степени.

21 апреля 1894 г. полковник С. И. Мосин. председатель приемной комиссии Императорского Тульского оружейного завода, был назначен исполняющим дела начальника Сестрорецкого оружейного завода. Знаменитому конструктору устроили торжественные проводы. Трогательное прощание состоялось на перроне Курского вокзала в Туле. Тульские мастеровые незадолго до отхода поезда вручили Сергею Ивановичу продолговатый футляр черной хромовой кожи. В нем покоилась на голубом бархате миниатюрная винтовочка образца 1891 г. Для Сергея Ивановича не было награды дороже, чем это замечательное творение рабочих рук.

Большой успех принес С. И. Мосину и всем оружейникам 1900 г. - на Всемирной выставке в Париже 3-линейная винтовка была удостоена высшей награды - Гран При. Это было международное признание заслуг изобретателя и всей русской промышленности, в подъеме которой Мосин сыграл заметную роль. Вообще после 1894 г. на Сергея Ивановича посыпались награды и почести. Прибыв в Сестрорецк, он стал не только начальником завода, но и начальником Сестрорецкого гарнизона. В декабре 1894 г. его избирают совещательным членом Артиллерийского комитета ГАУ, в следующем году награждают орденом св. Владимира 3-й степени, потом Серебряной медалью в память Александра II. В 1898 г. грудь его украсил бухарский орден Золотой Звезды 3-й степени и, наконец, 9 апреля 1900г. Сергей Иванович был произведен в генералы.

Исключительно полезная деятельность генерала Мосина прервалась довольно рано. В середине января 1902 г. Сергей Иванович простудился, через несколько дней ему стало хуже, вызванный врач определил крупозное воспаление легких, начал лечение, но было уже поздно - недуг приобрел необратимый характер. 26 января 1902 г. около четырех часов пополудни выдающийся русский конструктор-оружейник генерал-майор С.И. Мосин скончался. Он был похоронен в Сестрорецке.

В апреле 1891 года Военное министерство предоставило императору Александру III доклад «Об утверждении образца пачечного ружья, предложенного капитаном Мосиным». Самодержец одобрил изложенные в документе доводы. Русская армия получила новое массовое стрелковое оружие.

Именно оно имеется в виду в песне, исполнявшейся до, во время и после Великой Отечественной войны: «Бей, винтовка, метко, ловко, без пощады по врагу...» Ей посвящены слова другой песни: «Трехлинеечка-винтовка да граненый штык, я тебя на изготовку сходу брать привык...» Одно из главнейших свойств этого оружия стало в разговоре специалистов мерилом качества изделия промышленной продукции: «Просто и надежно в эксплуатации как русская трехлинейка».

Создателю винтовки Сергею Ивановичу Мосину присваивают чин полковника гвардейской артиллерии, награждают 30 тысячами рублей, вручают орден Святой Анны 2-й степени, присуждают Большую Михайловскую премию, назначают председателем приемной комиссии на Тульском оружейном заводе.

Мало кому в ту пору удавалось достичь подобного успеха, не будучи выходцем из потомственной дворянской семьи или представителем именитого и богатого купеческого рода. А Мосин вскоре станет начальником Сестрорецкого оружейного завода, в 1900-м – генерал-майором.

Гран-при

И все же именно винтовка, как ни парадоксально, помогла Сергею Мосину устроить личную жизнь. Дело в том, что в 1878 году он влюбился в Варвару Николаевну Арсеньеву (двоюродная сестра писателя Тургенева). В то время она была замужем, имела двух маленьких сыновей, отец которых, будучи вдвое старше супруги, весьма равнодушно относился к ней и детям, большую часть времени проводя в Петербурге вдали от семьи.

В 1879-м между Сергеем Ивановичем и Варварой Афанасьевной происходит объяснение, выясняется, что они любят друг друга. Разговор же Мосина с Арсеньевым заканчивается вызовом последнего на дуэль, но тот пишет жалобу начальству Мосина, и молодого офицера отправляют под домашний арест на трое суток.

Немного погодя, в здании Дворянского собрания в присутствии многих свидетелей вызов на дуэль был повторен. Результат тот же – жалоба Арсеньева и уже две недели домашнего ареста.

Через четыре года Сергей Иванович вновь просит Арсеньева расторгнуть брак с Варварой Афанасьевной, и тот соглашается на развод в обмен на 50 тысяч рублей. На полученные за трехлинейку премиальные деньги удалось «выкупить» любимую вместе с её детьми...

В 1900 году винтовка Мосина удостоилась гран-при на Всемирной выставке в Париже. Трехлинейка на несколько десятилетий пережила своего создателя. Её модификации составляли основу вооружения императорских войск в Русско-японскую и Первую мировую, Красной армии – в Гражданскую и Великую Отечественную, в конфликтах 20-х и 30-х годов. Объем произведенных у нас в стране и за ее пределами трехлинеек, а также карабинов на ее основе, исчисляется десятками миллионов.

На конкурс, объявленный российским Военным министерством в 1889 году, Сергей Мосин представил свое «детище», разработанное под 7,62-мм «трехлинейный» патрон полковника Николая Роговцева с бездымным порохом, изготовленным в лаборатории под руководством Дмитрия Менделеева. За рубежом уже апробировались магазинные винтовки, и за получение царского заказа боролись известные европейские конструкторы. Конкурентами разработки Мосина стали, в частности, модели француза Никола Лебеля, австрийца Фердинанда Манлихера, бельгийца Леона Нагана. 

…На полигон стали привозить винтовки различных модификаций. Солдаты по команде выходили на огневой рубеж и начинали стрельбу. Оружие проверяли не только на скорострельность и меткость. Его намеренно засоряли, а потом заряжали чистыми патронами. Обливали соленой водой. Клали в сырой погреб. Придумывали и другие испытания – на войне всякое случается.

Почти все зарубежные образцы оказались, как гласил вывод комиссии, неудовлетворительны или по устройству магазина, или по непрочности и неудобству затвора. Лишь винтовки Мосина и Нагана не сплоховали.

Да, основным соперником нашего изобретателя оказался Леон Наган. Имея лучшую производственную базу, он производил образцы, более качественные в исполнении. Окончательные сравнительные испытания в марте 1891-го показали, что оба изделия приблизительно равноценны по меткости и скорострельности, а при тестировании винтовки Нагана был получен несколько меньший процент случаев неисправностей механизмов. Однако внимательный анализ выявлял конструктивные преимущества разработки Мосина и возможность легкого устранения недостатков не путем принципиального изменения проекта, а с помощью незначительного упрочнения второстепенных деталей.

В конструкции Мосина стоит особо отметить технически остроумное решение задачи о подаче патронов из магазина путем введения особой детали механизма – отсечки-отражателя. Наган пришел к этому только в последних образцах своих винтовок.

Что касается неисправностей, в некоторых источниках приводится следующий факт. На стрельбах в ходе войсковых испытаний 300 винтовок Мосина и стольких же Нагана первые дали 217 задержек при подаче патронов из магазина, а вторые – 557, почти втрое больше. Поскольку конкурс по сути сводился именно к поиску оптимальной конструкции магазина, одно это говорило о преимуществе системы Мосина с точки зрения надежности. Кроме того, комиссия пришла к выводу: «…пачечные ружья иностранца Нагана сравнительно с такими же кап. Мосина представляют собой механизм более сложный для выделки… и сама стоимость каждого экземпляра ружья, несомненно, увеличится».

А ведь речь шла о существенных затратах. Даже по самым скромным подсчетам, производство бельгийского образца повлекло бы дополнительные издержки от двух до четырех миллионов золотых рублей на первый миллион выпущенных винтовок, то есть по два – четыре рубля на каждую, притом что общая сумма, требуемая на перевооружение одного русского солдата, составляла в среднем около 12 рублей. Кроме того, требовалось дополнительно три-четыре месяца на освоение конструкции промышленностью, что при наметившемся отставании России от развитых европейских стран в оснащении армии новым стрелковым оружием представлялось критичным. Винтовка Мосина была рассчитана на высокую степень технологической преемственности с уже выпускавшейся берданкой.

Короче говоря, в 1891 году по завершении войсковых испытаний было выработано компромиссное решение: принять на вооружение винтовку, созданную на базе конструкции Мосина, но с изменениями и дополнениями, как позаимствованными из конструкции Нагана, так и выполненными с учетом предложений членов комиссии. По мнению специалистов, взятое у бельгийца (форма обоймы для заряжания, крепление подающей пружины к крышке магазина, форма отсечки-отражателя) несколько облегчало обращение с винтовкой, но даже в отсутствие всего этого не лишало ее функциональности.

«Сергей Иванович Мосин занимает почетное место на пьедестале славы отечественных конструкторов. Память о талантливом оружейнике жива не только как об изобретателе знаменитой трехлинейки. Мосину принадлежит заслуга создания практических основ развития конструкторской мысли и фундамента российской оружейной школы. Премия, которой награждаются лучшие оружейники России, по праву носит имя выдающегося русского военного инженера и имеет глубокие исторические корни, уходящие в начало XX века». Эти строки обращения к читателям книги «Премия имени С. И. Мосина: из века в век», выпущенной под руководством правительства Тульской области, написаны вице-премьером Юрием Борисовым.

Книга начинается с исторической главы, в которой рассказывается о жизни Сергея Мосина с самой юности, его становлении и деятельности как инженера-конструктора, о славной, более чем полувековой судьбе его детища – винтовки образца 1891 года, которую солдаты любовно называли «мосинкой». В работе над историческими разделами наряду с издательским домом активное участие принял сотрудник ГТРК «Тула» Виктор Щеглов. Казалось бы, о самом оружейнике и о его винтовке издано много сборников, монографий, исторических исследований, брошюр. Однако авторский коллектив и редакционный совет во главе с первым заместителем губернатора Тульской области – председателем правительства региона Юрием Андриановым, в который вошли руководители крупнейших оборонных предприятий Тулы и области, привлеченные к работе историки, журналисты, сотрудники архивов, музеев, библиотек общими усилиями сумели за короткий срок создать действительно интересное историко-энциклопедическое издание, открывающее широкому читателю неизвестные ранее факты и документы. Например, доцент Воронежского государственного архитектурно-строительного университета, кандидат исторических наук Павел Попов написал о том, как в результате его исследований «воскрес» дом, в котором родился и жил Сережа Мосин, – уникальный факт, о котором до недавнего времени ничего не было известно.

Некоторые события из жизни конструктора, особенно его отношения с представителями царской власти, в изданиях советского времени излагались с явно идеологической подоплекой. Здесь они получили взвешенную оценку, основанную на архивных материалах и документах. Большая заслуга в этом принадлежит консультантам книги – заместителю директора Тульского государственного музея оружия (ТГМО) Борису Пинку и сотруднику Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (ВИМАИВиВС) Руслану Чумаку, которые профессионально и глубоко владеют материалом по мосинской теме.

Впервые использовано множество редких фотографий. Подробно рассказывается о коллекциях серийных винтовок Мосина, а также ее модификациях, собранных в музеях России, в частности в ТГМО и ВИМАИВиВС.

Специально для этой книги было создано поэтическое произведение – «Баллада о винтовке Мосина». Ее автор не профессиональный поэт, а тульский оружейник, почетный машиностроитель Российской Федерации, ведущий инженер-конструктор КБП им. академика Шипунова Вячеслав Липец. Он сумел в поэтической форме проследить весь исторический путь легендарной винтовки и ее роль в развитии отечественной военно-технической школы.

Огромную, кропотливую и самое главное – результативную работу провел в петербургских архивах и фондах сотрудник СПбГЭТУ «ЛЭТИ» капитан 1-го ранга Михаил Партала. Именно благодаря ему более 20 документов и фотографий, представленных читателю, обоснованно имеют примечание «Публикуется впервые». Неизвестные ранее архивные материалы начала ХХ века, в том числе из архивов Сестрорецкого оружейного завода, воссоздают дореволюционную историю премии имени генерал-майора С. И. Мосина. Своеобразный венец работы историка – неизвестное ранее, высочайше утвержденное императором Николаем II в 1903 году Положение об этой премии.

Основная и самая большая по объему глава книги представляет читателям краткие сведения обо всех лауреатах премии имени Мосина. Со времени ее возрождения в Туле в 1961 году лауреатами стали 2617 человек. В основном это местные оружейники, но есть и представители других регионов России, а также граждане Белоруссии, Китая, ФРГ. Среди лауреатов – выдающиеся тульские конструкторы, Герои Социалистического Труда Аркадий Шипунов, Василий Грязев, Евгений Сабинин, Александр Ганичев, Вадим Усов, Николай Макаров, Владимир Рогожин, Геннадий Денежкин и многие другие. Их разработки известны и востребованы во многих странах. По приведенным биографическим данным лауреатов можно проследить развитие отечественной оружейной школы и конструкторской мысли. Чувство гордости охватывает только от одного перечисления систем, проектов, тем, направлений над которыми работали туляки и оружейники других городов России.

Отдельные главы знакомят с тульскими предприятиями и организациями оборонно-промышленного комплекса: КБП им. академика Шипунова, НПО «Сплав», Туламашзавод, НПО «Стрела», ТОЗ, Тулаточмаш и другими, а также образцами продукции, в том числе теми, в которых использованы разработки и изобретения, отмеченные премией имени Мосина.

В книге приводится краткий сравнительный анализ различных мировых систем, школ, видов стрелкового вооружения.

(Использованы материалы СМИ; М. Стрелец, А.Уткина)

Над выпуском работали военкоры юнармейского отряда «ФЕНИКС» им. Адмирала П.С. Нахимова:
Анастасия Шестакова, 
Анастасия Пономарёва, 
Рыков Павел